Маяк потерянной надежды. Исповедь невротика - Мария Заботина

– Это тема, которую я предпочитаю избегать, но если ты действительно хочешь знать, то я расскажу.

Он молча кивнул, не отводя от меня взгляд.

– Со мной случилось то, что называют паническим расстройством. Начиналось все постепенно и почти незаметно, и я долго смахивала свое самочувствие на стресс, усталость и магнитные бури. Но, к сожалению, становилось только хуже: меня начали одолевать мигрени и приступы панических атак, и в какой-то момент я уже не могла выходить из дома, потеряла способность нормально общаться с людьми, работать, да и вообще существовать. Я уже не могла управлять своими мыслями и действиями и контролировать рефлексы – все происходило как будто без моего участия. Мне было очень страшно и стыдно признаться кому-то в том, что со мной творилось, даже врачам. Иногда мне казалось, что я схожу с ума и остановить этот процесс невозможно. Моя прежняя жизнь отдалялась от меня все стремительнее и вскоре представлялась мне нереальной. А потом… умерла моя бабушка, и мое состояние совсем ухудшилось.

– Мне очень жаль, – тихо вставил он, а я продолжала:

– Я легла в клинику неврозов и на какое-то время буквально превратилась в овощ. У меня было чувство, что я больше не существую, что не осталось ничего, кроме сплошного, непроходимого мрака. Мне поставили нервный срыв и запущенную стадию невроза с паническими атаками. Порой казалось, что к нормальной жизни я не вернусь никогда. Я постоянно находилась под действием сильнодействующих транквилизаторов, и они помогли мне выжить. Это дало мне хоть какую-то временную передышку, а потом… все завертелось снова. Я не представляла тогда, как мне жить дальше и как снова стать нормальной, но уже настолько измучилась и устала от этого бесконечного кошмара, что, превозмогая собственное сопротивление, начала понемногу возвращаться к жизни, чтобы вновь почувствовать себя человеком. В конце концов, я вернулась домой и с тех пор держусь. Поначалу я чувствовала себя так, будто выжила в аду. Но жизнь продолжалась, и в ходе своей терапии, по совету психолога, я оказалась в детском доме.

Когда я подняла глаза, Саша смотрел на меня без тени осуждения. В его взгляде читалось лишь понимание моей боли и искреннее сопереживание.

– Ну вот теперь ты все знаешь, – я боялась, что голос предательски задрожит, и резко замолчала.

– Спасибо, что поделилась со мной, – тихо сказал Саша и взял мою руку в свою.

Вокруг было тихо, и мы сидели так близко, что я слышала, как он дышит. Саша крепко обнял меня, гладя по волосам, а я прижалась к нему всем телом, вдыхая его запах. От того, что сейчас происходило между нами, сердце билось с бешеной скоростью.

Я снова ощущала себя той девчонкой, которая умеет верить в искренность и настоящие чувства. Девчонкой, которая, казалось, навсегда осталась в прошлом, после предательства Никиты. Я поймала себя на мысли, что какая-то долго спавшая часть меня, наконец, пробудилась и вновь завладела мной. Саша был первым за долгое время мужчиной, к которому меня так неистово влекло.

И тут я почувствовала, что что-то внутри меня сломалось. Я смотрела ему в глаза и понимала, что барьер, который я возводила между нами в течение всех этих недель, стремительно разрушается, и вряд ли его удастся восстановить. Удивительно, но это осознание не вызывало у меня тревоги – все страхи и сомнения улетели далеко отсюда, и все мое нутро молило о продолжении. Я безумно хотела его. А он – хотел меня.

Мы оказались в его домике, и я заранее знала, что останусь там до утра. Все случилось само собой. У нас не было шансов избежать близости – нас обоих уже давно тянуло друг к другу так сильно, что сопротивление не имело смысла. В эти мгновения для меня не существовало никаких преград, страхов, проблем и ограничений. Только я и он. Если бы только я могла остаться в этом прохладном вечере навсегда… Без роя беспорядочных мыслей в голове, довольной, расслабленной и по-настоящему счастливой!..

* * *

Утром я проснулась у Саши на плече, и это оказалось такое приятное чувство. Я попыталась потихоньку выбраться из его объятий, но услышала сонное:

– Даже не думай убегать.

Еще вчера мы были всего лишь частью одной команды, соблюдали дистанцию и каждый из нас жил сам по себе. А уже сегодня мне подумалось, что все так и должно происходить: его футболка вместо моей пижамы, утренние поцелуи и сплетение рук. Мне словно вкололи дозу счастья, и я словно выбралась со дна колодца, где застряла без надежды увидеть свет.

«Интересно, он чувствует то же самое или для него это в порядке вещей?»

Дождавшись, пока все собрались в столовой на завтрак, я незаметно выбралась из Сашиного домика и прокралась в свой, чтобы принять душ и переодеться, – как будто мне снова семнадцать и я возвращаюсь домой с ночного свидания, боясь оказаться застуканной родителями за своим «преступлением».

Попытки вернуть разум к реальности снова открывали передо мной дорогу из тревог, страхов и неуверенности в завтрашнем дне. Поэтому я гнала эти мысли, не желая думать, не совершили ли мы ошибку, когда переступили грань дружбы, и что будет с нами после. Я все еще ощущала на себе его запах, и это вызывало приливы нежности.

Стоя под струями теплой воды, я улыбалась своим воспоминаниям о прошедшей ночи, до конца не веря, что это в самом деле случилось с нами. В какие-то моменты мне начинало казаться, что я наблюдаю за нашей историей со стороны – как зритель в кинотеатре, а не явлюсь ее главной героиней. Совсем недавно все было так привычно и безопасно, а теперь – незаметно обрело новый смысл.

Когда я снова вышла на улицу и уселась на крыльце, все уже поели и вовсю резвились на полностью озеленившемся газоне. Это такое невероятное ощущение – когда на душе легко, безоблачно и радостно. Когда ничто не омрачает твой день, и ты не просыпаешься утром по звонку будильника, понимая, что это был всего лишь сон. Но время неумолимо бежало вперед, а мне так не хотелось, чтобы эта поездка заканчивалась.

Как будто почувствовав мою тоску, Саша сел рядом и взял меня за руку. И в тот момент я четко