Милая лгунья - Кэрри Томас

— Но откуда такое сходство с Анной? Вы что, родственницы?

— Нет. Это всего лишь шутка природы. В школьные годы мы с Анной просто ненавидели наше сходство.

Андрэ вновь откинулся на стуле, из-под полуприкрытых век окинул Стейси испытующим взглядом.

— Сходство и впрямь поразительное, мисс Уилкинс.

Стейси невольно улыбнулась — уж больно официально прозвучали эти слова — и тут же в глазах Андрэ сверкнули сердитые огоньки.

— Тебя все это забавляет? Меня — ничуть!

— Вовсе не забавляет, месье Страусс, — возразила она нарочито официально. — Просто... после всего, что было между нами, как-то странно обращаться друг к другу по фамилии.

Андрэ слегка смягчился.

— Мне бы следовало извиниться перед тобой, — неловко проговорил он. — Я не должен был сегодня... настаивать на своем. — Взгляды их встретились. — Видишь ли, с той минуты, как я впервые увидел тебя, я усомнился, что ты — моя кузина. Ты очень похожа на Анну, и все же есть между вами какое-то неуловимое различие... Так или иначе, меня сразу потянуло к тебе, а Анна никогда не вызывала у меня подобных чувств. Впрочем, я убедил себя, что тебя изменили прошедшие годы и пережитая недавно трагедия. Чтобы окончательно избавиться от сомнений, я решил заманить тебя в постель и... — Он пожал плечами. — Если ты не Анна, рассуждал я, ты никогда этого не допустишь. Если же — Анна... что ж, значит, ты настолько изменилась, что я готов смириться с бабушкиной заветной мечтой.

— Жениться на мне исключительно для того, чтобы доставить удовольствие мадам Страусс, — с горечью проговорила Стейси. — Вот только я, к сожалению, все-таки не Анна. Извини, что так получилось. Я и понятия не имела, что ты привезешь меня к себе домой. Наверное, мне следовало бы сразу потребовать, чтобы ты отвез меня назад, на виллу мадам Страусс — тогда я смогла бы сыграть свою роль до конца. И никто бы не пострадал.

— Но я ведь сказал тебе, что Анна потеряла невинность в тот самый день, когда я застал ее с Полем Мелано! — Андрэ скривил губы. — Или ты думала, что я не замечу?

— Я вообще ничего не думала. И в этом отчасти виновен ты.

— Я виновен во всем от начала и до конца, — с горечью поправил Андрэ. — Должно быть, я спятил. Мое поведение было... непростительным. Я не был пьян — ведь я выпил всего пару бокалов вина — но мне было так приятно сидеть с тобой за одним столом, ужинать, болтать о пустяках... Мне вдруг отчаянно захотелось, чтобы ты была Анной, только Анной! — Андрэ помолчал, глядя на Стейси так, словно до сих пор не был уверен, что перед ним не Анна. Потом бессильно развел руками. — Когда я обнял тебя, мне почудилось, что я делал это уже тысячу раз! Потом-то я сообразил, что в моих объятиях девственница, но было уже поздно... — Он горько усмехнулся краем рта. — Впервые в жизни я понял, почему Поль Мелано так обошелся с Анной. Начав ласкать тебя, Стейси, я не мог уже остановиться, даже если бы потолок рухнул нам на головы!

Она потрясенно смотрела на Андрэ, не в силах вымолвить ни слова. Ее бросало то в жар, то в холод.

— Ладно, — сказал он, помолчав, — прежде чем мы вернемся к суровой реальности, скажи мне вот что: ты испытала хоть какое-то наслаждение? Или я причинил тебе слишком сильную боль?

— Хочешь, чтобы я поставила тебе оценку? — ядовито осведомилась Стейси — и с удовлетворением отметила, что Андрэ покраснел.

— Не хочу! — отрезал он и с силой втянул воздух сквозь стиснутые зубы. — Однако... мне было бы жаль, если бы из-за причиненной мной боли ты и вовсе отказалась бы в будущем иметь дело с мужчиной.

— С тобой? — сладким голосом уточнила Стейси. Теперь, когда ей больше не нужно было изображать Анну, она ощущала себя до дерзости свободной. — Уж это вряд ли!

На миг глаза Андрэ словно остекленели.

— Что ж, меня это не удивляет, — ровным голосом произнес он. — Однако же я имел в виду других мужчин.

— Других мужчин?

— Скажем так — другого мужчину! — отрезал Андрэ. — Есть же у тебя кто-то в Англии? Или все твои приятели — импотенты?

— Нет, самые обычные мужчины. Если кого-то можно назвать ущербным, то это меня, — добавила она с горечью, потому что лишь сейчас с ослепительной ясностью осознала: жизнь ее была ущербна, потому что в ней не было Андрэ Страусса. Единственного мужчины в мире, который способен воспламенить в ней страсть.

Андрэ чуть насмешливо изогнул бровь:

— Ты хочешь сказать, что предпочитаешь лесбийские радости?

— Как сам видишь, нет! — отрезала Стейси. — Кроме того, мои сексуальные предпочтения нисколько тебя не касаются!

Андрэ мрачно усмехнулся.

— Ты права. Извини, Анна.

— Стейси!

— Стейси, — повторил он медленно, словно ему до сих пор нелегко было свыкнуться с правдой. — Что ж, теперь расскажи, как и почему Анна уговорила тебя сыграть ее роль.

— Как — могу рассказать хоть сейчас, но почему — расскажет только сама Анна.

— И когда она намерена это сделать?

— Понятия не имею.

Андрэ нахмурился.

— Саймон в курсе вашей аферы?

— О Боже, нет! — Стейси даже вздрогнула. — Знают только Анна, моя мать и я. А теперь еще и ты.

— Она тебе хорошо заплатила? — жестко спросил он.

Стейси густо покраснела.

— В общем-то да. — Запинаясь, она неохотно рассказала, почему вынуждена была согласиться на предложение Анны. — От меня она хотела только одного: чтобы я заменила ее в этот уик-энд. Никто во всем мире, кроме меня, не смог бы справиться с этой задачей. Во-первых, наше сходство... во-вторых, я училась в Париже и поэтому бегло говорю по-французски... — Стейси умоляюще взглянула на Андрэ. — Пожалуйста, поверь, вначале я отказывалась, но Анна очень тепло относится к моей матери и всерьез тревожится о ее здоровье, что вполне понятно, ведь она совсем недавно осиротела. В конце концов Анна устроила так, что я просто не смогла отказаться.

— И как же ей это удалось? — холодно осведомился Андрэ.

— Она пообещала оплатить мамину операцию независимо от того, поеду я во Францию или нет.

— А ты слишком горда, чтобы принять подачку.

— Вот именно.

— И все же ты не можешь мне сказать, почему Анна не приехала сама?

— Не могу, извини. Уверена, Анна скоро сама все расскажет бабушке... то есть мадам Страусс, — смущенно поправилась Стейси.

— Я вижу, ты привыкла считать ее своей бабушкой. — Гнев Андрэ заметно смягчился. — Неужели она так похожа на твою настоящую бабушку?

— Нет, нисколько.

— Тогда либо ты превосходная актриса, либо моя бабушка с первого взгляда пришлась тебе по душе.

Стейси кивнула.

— Вначале я ужасно боялась этой встречи, но, когда увидела ее, мне показалось, что мы знаем друг друга тысячу лет. — Глаза ее подозрительно блеснули. — Честно говоря, Андрэ, иногда мне кажется, что мадам Страусс и вправду моя настоящая бабушка.