Душа любовью пленена… Полное собрание стихотворений - Джованни Боккаччо

CXXIII

Ему же

Коль Данте, где бы ни был он сейчас,

Печалится, что труд его нетленный

Мной, как ты говоришь, толпе презренной

В публичном чтенье явлен напоказ,

Я очень сожалею и не раз

Себя за это порицал смятенно,

Но не в моем уме, скажу смиренно,

Безумная затея родилась.

Пустой карман, напрасные надежды,

Друзей настойчивость и слепота

Меня на это дело подбивали.

Но не такого кустари-невежды

Хотят товара, ибо красота

Лютейшего врага найдет едва ли!

CXXIV

Ему же

Я впрах стихами изведен твоими,

Они меня стыдом всечасно жгут;

И хоть грызет невыносимый зуд

Всю кожу мне, я, понуждаем ими,

Не раз устами дал, почти немыми,

Ответ на твой диктат и скорый суд,

Чьи стиль и форма, что меня гнетут,

В Болонье почитаются дурными.

И сам я каюсь всякий миг с тех пор,

Как сделал глупый шаг, что душу гложет,

Но ведь содеянного не вернуть.

Окстись, прошу, и верь, что мой позор

Не повторится и никто не сможет

Меня на этот путь опять толкнуть.

CXXV

В челнок, припасов начисто лишенный,

Я чернь бессмысленную поместил

И по морю без кормчего пустил

Плыть наобум, хоть мнит себя ученой:

В посудине, на гибель обреченной,

Дно в дырах и дощатый сгнил настил,

И как гребец веслом бы ни частил,

Всем предстоит хлебнуть воды соленой.

А я, в виду возни их бестолковой,

Усядусь на высоком берегу

И смехом им воздам за злую травлю,

За скупость, за обман, за мой лавровый

Осмеянный венок, и, сколь смогу,

Тревог и злоключений им доставлю.

CXXVI

На смерть Петрарки

Учитель мой, и ты достиг чертога,

Куда стремятся души, кои к свету

Призвал Господь, когда покинут эту

Юдоль, в которой суетного много.

И вот теперь туда твоя дорога,

Где уповал ты видеть Лауретту,

Там и мою прекрасную Фьямметту

Ты можешь встретить у престола Бога.

Ты будешь с Чино и с Сеннуччо вместе,

И с Данте тоже вечный мир вкушать,

Какого не постигнуть в дольней шири.

О, если хочешь мне добра и чести,

Возьми меня туда, где созерцать

Смогу я ту, кого любил в сем мире.

Из «Декамерона»

День первый

Мне собственная прелесть так мила,

Что, верно, в целом мире

Я б ни в кого влюбиться не могла.

$$Я в зеркало смотрю и вижу там

Картину, мне несущую усладу:

Ни новым бедам, ни былым тщетам

Не вырвать у меня сию отраду;

На чем еще остановиться взгляду

В огромном этом мире,

Чтоб я однажды полюбить могла?

$$На неземную эту красоту

Я никогда дивиться не устану, —

Наоборот, ее тем больше чту,

Что силы нет, лишь в зеркало я гляну,

Противиться блаженному дурману,

Как знает всякий в мире,

В ком вспыхнуть страсть подобная могла.

$$И в отраженном лике столько чар,

Он так влечет к себе неудержимо,

Что в сердце разгорается пожар,

И я дрожу, нема и недвижима;

Я вся предвестьем неги одержима,

И нет в подлунном мире

Такой, что с ней сравниться бы могла.

День второй

Кому и петь о счастье, как не мне,

Чьи все сбылись желания вполне?

$$Приди ж, Амор, источник всех отрад,

Всех чаяний, восторгов и свершений;

Споем с тобою хором,

Но не о горьких вздохах, что стократ

Любви томленье делают блаженней,

А об огне, которым

Горю, объята негой и задором,

К тебе взывая с Богом наравне.

$$Однажды опалив меня, Амор,

Ты юношу стараньями своими

Представил мне тогда же,

Чьи красота, отвага, ясный взор

Столь совершенны, что вовек ни с чьими

И не сравню их даже;

О нем, мой властелин, в любовной блажи

Пою с тобой на пару, вся в огне.

$$Амор, я знаю, так устроил ты,

Что он мне люб и я ему желанна,

И оттого ликую;

Мои все сокровенные мечты

Исполнились, и верю неустанно,

Что, жизнь пройдя земную,

Мы, Божьей волей, в дверь войти иную

Достойны будем с ним вдвоем вдвойне.

День третий

Печаль моя лихая

Всех горше на земле,

И я люблю, увы! вотще вздыхая.

$$Творец и повелитель сферы звездной

Затем создал меня

Чарующей, прелестной, грациозной,

Чтоб о себе напомнить, ввысь маня

Отнюдь не мощью грозной,

А красотой сердца людей пьяня;

Но, скорый суд чиня,

Они меня отвергли,

Презрительным насмешкам подвергая.

$$Я девочкой влекла того, который

Мне волнами тепла

Окутал сердце, упоенно взоры

Мои ловил, и слушать без числа

Его похвал повторы

Я рада всякий день и час была:

И я его ввела

В кружок друзей сердечных;

Но днесь – о горе! – лишена дружка я.

$$Позднее на моем пути случился

Спесивец молодой,

Что рыцарством и доблестью кичился,

Но, к ревности подвигнут клеветой,

Вконец ожесточился:

Мой дух, увы! подавлен немотой

И грустью омрачился —