Алфи и Джордж - Рейчел Уэллс

Дела у Клэр, Джонатана и Саммер тоже шли превосходно. Мне нравилось, что Джордж и Саммер сделались лучшими приятелями — я хотел, чтобы у них сложились такие же отношения, как у меня с Алексеем. Мы оба любили всех детей, но с этими двумя были особенно близки, потому что я, можно сказать, вырос вместе с Алексеем, а Саммер стала для Джорджа подругой детства. Ей недавно исполнилось три, и по этому случаю Клэр с Джонатаном устроили замечательный праздник, на котором объявили о своем решении. Они долго шли к нему, и великий день наконец настал. Нас ждали большие перемены; я надеялся, что на сей раз — к лучшему.

Нам всем было радостно и в то же время тревожно. У меня сосало под ложечкой. Каждый принарядился: Джонатан был в парадных брюках и рубашке, Клэр в красивом платье в цветочек, а Саммер нарядилась в костюм принцессы, который ей подарили на день рождения, — она утверждала, что это ее самая лучшая одежда. Собственно, Саммер почти все время в нем ходила, но он ей и правда очень шел. Я проследил, чтобы Джордж как следует вылизал шерсть, и тоже тщательно умылся. Не буду скромничать, мы оба были просто неотразимы.

И вот мы ждали, нервничали и не знали, чем заняться. Минуты ползли еле-еле, так всегда бывает, когда чего-нибудь ждешь.

Клэр и Джонатан, разумеется, уже виделись с ребенком, который скоро мог стать нашим приемным сыном. Они много раз бывали у него, гуляли с ним, и сегодня он впервые должен был прийти к нам домой. Нужно было убедиться, что ему здесь хорошо. Но разве тут могли быть сомнения? Наш дом, каждая его комната, был прямо-таки наполнен любовью. Конечно, мальчик здесь приживется, как только освоится. Совсем как мы с Джорджем.

Я потянулся, и тут в дверь позвонили;

— Ну вот, это они. Я нормально выгляжу? — Клэр взволнованно пригладила волосы. Эти дни она ходила счастливая и полная надежд, все время повторяла, что это судьба. И кажется, Джонатан был с ней наконец согласен.

— Ты отлично выглядишь, — сказал Джонатан. Я заметил на его лице легкую испарину. Он взял Клэр за руку, и они пошли открывать дверь.

— Я тоже! — закричала Саммер и побежала следом, а за ней мы с Джорджем.

Джонатан впустил в дом женщину с мальчиком, ровесником Генри. Он казался перепуганным и крепко держал ее за руку. Я сразу почувствовал к нему симпатию: видно было, что этому ребенку совершенно необходим кот.

— Здравствуйте, Мари, — сказала Клэр и пожала женщине руку.

— Здравствуйте. Привет, Саммер, — сказала Мари.

Клэр опустилась перед мальчиком на колени:

— Здравствуй, Тоби, мы рады тебя видеть, — ласково сказала она. Мальчик посмотрел на нее и нерешительно улыбнулся.

— Тоби, — выскочила вперед Саммер. — А я принцесса!

— Здравствуй, Саммер.

С ней он, кажется, чувствовал себя увереннее, но все равно переминался с ноги на ногу. Я смотрел на Клэр и Саммер; Джонатан держался чуть поодаль.

Мне показалось, что пора представиться. Мальчик наверняка растерялся, да и не дорос до таких переживаний. Я потерял свой первый дом совсем маленьким, когда еще плохо понимал смысл происходящего, и все равно это была самая тяжелая пора моей жизни. Мне хотелось объяснить ему, что его чувства мне знакомы.

— Мяу, — сказал я и потерся о его ноги.

— Котик! — воскликнул он, уселся на пол и погладил меня. Клэр и Саммер с радостью к нему присоединились. Джордж подскочил к нам и выгнул спину. Как это, все гладят — и не его?!

— Еще котик! — воскликнул Тоби.

Джорджу он особенно обрадовался, а тот залез к нему на колени. Я почувствовал, что Тоби хороший мальчик — сразу видно, что он любит кошек. Саммер засмеялась, Тоби посмотрел на нее и тоже хихикнул. Я заметил, как глаза Клэр увлажнились, и у меня самого сжалось горло. Почти не сомневаюсь, что мы с ней подумали одно и то же: вот он, наш сыночек.

Некоторое время мы все играли на полу. Соцработница Мари держалась в стороне, но Джонатан никак не мог сдвинуться с места. Я решил, что надо пойти и немного пободать его ногу.

— Кто хочет есть? — спросил он наконец, взглянув на меня, а потом на них.

— Я! — закричала Саммер.

— А ты, Тоби? — спросил Джонатан.

Тоби застенчиво кивнул. Мы все смотрели на Джонатана; в его глазах стояли слезы — такое нечасто увидишь, — и голос дрожал. В эту минуту я гордился своим семейством, но Джонатаном особенно.

Он протянул руку Тоби. Тот несколько мгновений смотрел на нее, но потом ухватился. Джонатан бережно помог ему подняться и не выпустил его ручонку.

— Пойдем, сынок, — сказал он.