Богиня на кухне - Софи Кинселла

Я подошла к зеркалу и в первый раз за все время пребывания у Гейгеров взглянула на себя со стороны. Честно и беспристрастно.

Ужас. Лучше бы я оставалась в неведении. Начнем с того, что как можно выглядеть прилично в голубом нейлоновом форменном платье? Я взяла пояс, затянула его на талии, поддернула подол на пару дюймов вверх – так мы, помнится, поступали со школьной формой.

– Привет, – сказала я своему отражению и небрежным жестом откинула волосы со лба. – Привет, Натаниель. Привет, Нат.

Еще наложить теней погуще – и окончательно перенесусь на пятнадцать лет назад, в свое неумелое отрочество.

Я потянулась за косметичкой и минут десять занималась тем, что накладывала и стирала макияж, пока наконец не придала своему лицу вид одновременно естественный и… гм… охотницкий. Во всяком случае, так я решила. Проверим на практике.

Теперь язык тела. Я наморщила лоб, вспоминая телесериалы. Если женщину влечет к мужчине, зрачки у нее расширяются. Кроме того, она бессознательно подается вперед, смеется его шуткам и демонстрирует запястья и ладони.

Я наклонилась к зеркалу и выставила руки ладонями наружу.

Вылитый Иисус.

Добавим игривый смешок.

– Ха-ха-ха! – произнесла я. – Как вы меня насмешили!

Тот же Иисус, только с дурацкой улыбочкой. Не уверена, что мне это идет.

Я спустилась вниз, раздвинула шторы, впуская в дом утреннее солнце, и подобрала с коврика у двери почту. Когда я перелистывала страницы местного журнала о недвижимости, выясняя, сколько стоит дом в этих краях, зазвенел звонок. Я открыла. На пороге стоял юноша в комбинезоне с листком бумаги в руках; за его спиной, у ворот, виднелся автофургон.

– Компания «Профессиональная кухня». Доставка кухонного оборудования, – сообщил юноша. – Куда ставить коробки?

– А! – сообразила я. – Отнесите на кухню, пожалуйста.

Профессиональное кухонное оборудование. Это для меня, для профессионального кулинара. Черт, а я-то надеялась, что его привезут хотя бы на следующей неделе.

– Что это за фургон, Саманта? – спросила Триш, вышедшая на площадку в платье и высоких сабо. – Цветы?

– Это кухонное оборудование, которое вы заказывали для меня. – Как ни удивительно, мне удалось выказать подобие энтузиазма.

– Наконец-то! – Триш лучезарно улыбнулась. – Теперь ничто вам не помешает порадовать нас своим умением! Значит, сегодня вечером будет жареная дорада с овощным жульеном?

– Э… Хорошо, мадам. – Я сглотнула. – Если вы не против.

– Поберегись!

Мы обе подскочили от неожиданности. В дом ввалились двое парней с коробками в руках. Следом за ними я прошла в кухню и недоверчиво воззрилась на груду картона. Гейгеры что, заказали весь каталог?

– Мы купили вам абсолютно все, что только может понадобиться, – подтвердила мою догадку подошедшая Триш. – Ну, открывайте же! Вам ведь не терпится, я уверена!

Я взяла нож, взрезала первую коробку, а Триш своими острыми, как бритва, ногтями вскрыла вторую. Из моря пенопластовых шариков, подобно древнегреческой богине, возникло сверкающее стальное… нечто. И что это за хреновина? Я бросила взгляд на этикетку на коробке. «Форма для саварена».

– Форма для саварена! – воскликнула я. – Вот здорово! Как раз ее-то мне и не хватало.

– Мы сумели купить только восемь, – озабоченно проговорила Триш. – Этого будет достаточно?

– Ну… – Я беспомощно пожала плечами. – Думаю, вполне.

– А это кастрюли. – Триш извлекла из следующей коробки несколько алюминиевых кастрюль и вручила одну мне. – Нам сказали, что они – самого лучшего качества. Что скажете? Вы же у нас эксперт.

Я посмотрела на кастрюлю. Новая, блестящая. Что еще о ней можно сказать?

– Ну-ка, ну-ка. – С деловым видом я взвесила кастрюлю на руке, подняла ее, изучила днище, провела пальцем по металлу и затем, для пущей важности, царапнула ногтем покрытие. – Замечательная кастрюля. Прекрасный выбор.

– Отлично! – Триш уже копалась в другой коробке. – Вы только поглядите! – Из вороха упаковочных материалов появился странной формы предмет с деревянной ручкой. – Никогда такого не видела. Что это, Саманта?

Я промолчала. Откуда мне знать, что это за помесь ситечка, терки и метлы. Может, этикетка меня выручит? Увы, проклятую бумажку содрали…

– Что это? – повторила Триш.

Не тушуйся, девочка. Ты же эксперт. Ты же знаешь, что это такое.

– Данный предмет имеет сугубо специализированное назначение, по которому и используется, – туманно высказалась я. – Сугубо специальное назначение.

Триш с уважением посмотрела на меня.

– Великолепно! Покажите, для чего он предназначен. – Мне в ладонь легла деревянная ручка.

Хорошо. – Я перехватилась поудобнее. – Делаем серию… круговых… э… вращательных движений… Запястье расслаблено. – Я помахала диковинкой в воздухе. – Что-то вроде этого. Знаете, показывать довольно сложно… без трюфелей…

Без трюфелей ? С какой стати мне на ум пришли именно трюфели?

– Я вас позову, когда соберусь им воспользоваться, – решительно подытожила я и от греха подальше положила непонятный предмет на стол.

– С удовольствием. – Триш мечтательно улыбнулась. – А как оно называется?

– Я всегда называла его… э… трюфелевзбивалкой, – заявила я. – Но у него достаточно других названий. Не хотите ли чашечку кофе? Остальное я распакую потом.

Я включила чайник, потянулась за кофе и случайно посмотрела в окно. По лужайке шел Натаниель.

Господи! Я застыла как вкопанная. Полная, стопроцентная подростковая прострация. Все симптомы налицо.

Глаз не оторвать. Его волосы словно искрились в солнечном свете. И эти старые линялые джинсы… Натаниель подхватил большой мешок с чем-то, изящно повернулся и бросил мешок куда-то – должно быть, в компостную кучу.

Перед моим мысленным взором будто наяву возникла картина: он подхватывает меня. Его крепкие, сильные руки обхватывают мое тело… Я же не тяжелее мешка с картошкой, правда?

– Как прошли выходные, Саманта? – Голос Триш разрушил мои фантазии. – Мы вас практически не видели. Где вы пропадали?

– Я пошла к Натаниелю, – ответила я, не подумав.

– К Натаниелю? – удивилась Триш. – К нашему садовнику? А зачем?

Я мгновенно осознала свою ошибку. Не признаваться же, в самом деле, что ходила учиться готовить. Несколько секунд я глуповато таращилась на Триш, судорожно пытаясь придумать сколько-нибудь убедительную причину.

– Ну… чтобы поздороваться, – выдавила я в конце концов, понимая, что несу ахинею. И что мое лицо заливает краска.