Богиня на кухне - Софи Кинселла

– Но ваша мама… Или бабушка… – Я отчаянно замотала головой. – Неужели никто?..

Я закусила губу. Айрис глубоко вдохнула, словно осознала наконец, какую непосильную ношу собирается на себя взвалить.

– Значит, вы не умеете готовить. А чем вы собирались угощать Гейгеров?

Боже мой!..

– Триш хотела примерного меню. Ну… я и… составила меню… по вот этому… – Я достала из сумочки помятое меню «Максима» и протянула листок Айрис.

– «Ягненок, тушенный в молодом луке, и ассамбле из картофеля, козьего сыра, кардамона и шпината», – прочитала она, округлив глаза.

Послышался сдавленный смешок. Я обернулась. Натаниель согнулся пополам, явно сражаясь с душившим его хохотом.

– А что мне оставалось ?! – воскликнула я обиженно. – Что я могла им предложить – рыбные палочки с фри?

– «Ассамбле» – это всего-навсего запеканка. – Айрис продолжала изучать меню – В общем, обыкновенный пастуший пирог. Этому мы вас научим. Лосось, тушенный с миндалем, – тоже ничего сложного. – Она водила пальцем по строчкам, а когда дочитала, подняла голову и нахмурилась. – Саманта, я могу научить вас готовить эти блюда, но это будет нелегко. Если учесть, что у вас нет никакого опыта… – Она покосилась на Натаниеля. – Честно говоря, не знаю…

Меня охватила тревога. Пожалуйста, пожалуйста, не отказывайтесь!

– Я быстро учусь. – Я подалась вперед. – И привыкла много работать. Я на все готова. Мне это очень, очень нужно.

Я смотрела Айрис в глаза, телепатируя: «Пожалуйста, не бросайте меня!»

– Хорошо, – сказала она наконец. – Попробуем.

Она достала из буфета весы, а я воспользовалась моментом, чтобы извлечь из сумочки ручку и записную книжку. Когда Айрис увидела, что у меня в руках, на ее лице появилось недоуменное выражение.

– Зачем вам это? – Она кивнула на мои инструменты.

– Чтобы записывать, – объяснила я. Поставила на листке дату, написала: «Кулинарный урок № 1», подчеркнула строчку.

Айрис покачала головой.

– Саманта, ничего записывать не понадобится. Готовка – это не записи. Это вкус. Запах. Умение чувствовать пищу.

Понятно. – Надо запомнить. Я быстро сняла с ручки колпачок и записала: «Готовка = вкус, запах, чувство и т. д.». Потом надела колпачок обратно.

Айрис недоверчиво поглядела на меня, затем решительно забрала ручку и записную книжку.

– Вкус, – повторила она, – вкус записями не выработаешь. Вы должны довериться чувствам. Инстинкту, если угодно. – Она сняла крышку с кастрюли, потихоньку кипевшей на плите, и окунула ложку в содержимое. – Попробуйте.

Я настороженно поднесла ложку ко рту.

– Подливка, – мгновенно определила я и вежливо добавила: – Очень вкусно.

Айрис опять покачала головой.

– Вопрос не в том, что это за блюдо, а в том, что вы чувствуете.

Я передернула плечами. Хорошенький вопросик, однако!

– Я чувствую… подливку.

Выражение лица Айрис не изменилось. Она явно ждала другого ответа.

– Э… мясо? – рискнула я.

– Что еще?

В голове не было ни единой мысли. Я ничего не могла придумать. Ну, подливка и подливка. Что про нее можно сказать?

– Попробуйте снова, – не отступалась Айрис. – Постарайтесь распробовать.

Я старалась так усердно, что даже вспотела. Я чувствовала себя глупым ребенком, неспособным выучить таблицу умножения.

– Мясо… вода… – Черт побери, что еще кладут в подливку? Ну конечно! – Мука!

– Саманта, не пытайтесь отождествить ингредиенты. Просто скажите мне, что вы чувствуете. – Айрис вновь зачерпнула варево ложкой. – Вот. Закройте-ка глаза. Закрыть глаза?

– Ладно. – Я зажмурилась.

– Что вы чувствуете? – тихо спросила Айрис. – Сосредоточьтесь на вкусовых ощущениях.

С закрытыми глазами я постаралась отрешиться от всего и сконцентрироваться на ощущении во рту. Какая-то теплая соленая жидкость… Соленая! Вот один вкус. И сладкая… и… и… еще какая то…

Казалось, я внезапно начала различать цвета. Сперва самые яркие, а потом и те, которых обычно не замечаешь – настолько они нежные.

– Она солоноватая, мясная… – проговорила я, не открывая глаз. – И сладкая… И фруктовая… Как вишни., .

Я открыла глаза, заморгала от солнечного света. Айрис пристально смотрела на меня. Натаниель тоже не сводил с меня взгляда. Я смутилась. Пробовать подливку с закрытыми глазами – дело, как выяснилось, весьма интимное. И сознание того, что за тобой наблюдают…

Айрис поняла без слов.

– Натаниель, нам понадобится вот это. – Она споро набросала список ингредиентов и вручила ему. – Будь хорошим мальчиком, обеспечь нас всем необходимым.

Когда он вышел, на губах Айрис заиграла улыбка.

– Так лучше, правда?

– Джордж, у нее получается! – процитировала я, и Айрис расхохоталась[7].

Как посмотреть, милая, как посмотреть. Ну-ка, наденьте. – Она протянула мне белый в красную полоску фартук, и я с деловым видом завязала его на талии.

– Я вам очень признательна, – проговорила я, пока Айрис доставала лук и какие-то неведомые мне оранжевые овощи. – Так любезно с вашей стороны…

– Мне нравится справляться с трудностями. – Она усмехнулась. – Признаться, я заскучала. Натаниель опекает меня во всем. Иногда он даже перегибает палку.

– Все равно. Ведь я для вас чужой человек…

– Мне понравилось то, что о вас рассказывали. – Айрис положила на стол тяжелую деревянную разделочную доску. – Натаниель в лицах изобразил, как вы выпутывались с ужином. Я вполне оценила.

– Нужно же было спасать положение, – Я криво улыбнулась.

– А в результате вам повысили жалование. Чудеса! – Морщинки в уголках ее глаз напоминали лучики звезд. – Знаете, Триш Гейгер – очень глупая женщина.

– Мне нравится Триш. – Слова Айрис почему-то задели меня.

– Мне тоже. Она крепко поддержала Натаниеля. Но вы должны признать – с мозгами у нее туго. – Я подавила желание захихикать. Айрис поставила на плиту огромную кастрюлю, потом сложила руки на груди и повернулась ко мне. – Значит, вы их облапошили.

– Да, – согласилась я с улыбкой. – Они понятия не имеют, кто я такая.

– И кто же вы?

Ее вопрос застал меня врасплох. Я раскрыла было рот – но слова не шли с языка. – Вас вправду зовут Самантой?