Архивариус, или Игрушка для большой девочки (переиздание) - Владимир Купрашевич

Василий согласно кивнул головой.

— Я не ропщу. Но от тебя тащился, как выражаются нынешние салаги, с первой минуты.

— Это я тоже знаю. Но мне тоже интересно знать, как ты представлял себе развитие романа там, на шхуне? Рядом муж, как никак.

— А никак и не представлял. Разве в угаре можно что-то просчитать? В такие минуты с головой не дружишь. Но мне кажется, что и тебе не так уж и плохо было на корабле. Больше притворялась?

— Притворялась только немного, но сбежала не потому, что испугалась тебя. Другая причина.

— И эта причина снова привела тебя в Питер?

— Уж больно ты догадливый, — попыталась улыбнуться Ксения. Ты мне лучше признайся, по чьей рекомендации мы в Севастополе?

— А что? Неужели не нравится? — удивился Василий.

Ксения неопределенно скривила губы.

— Не в этом дело…

— Это решение твоего. У него был выбор, но он остановился на Черном… Не знаю почему. Раньше вроде бы мечтал о Кронштадте, даже на Мурманск соглашался…

— Значит, в моей изоляции были заинтересованы оба, — усмехнулась Ксения.

— Знаешь, что я тебе скажу, по поводу твоего. Он перспективный малый. Тяготение к бабам слабо выраженное, собой управляет. Выдержка на высшем уровне. Исполнительный. Этот на пути к адмиральской звезде не оступится. Не то, что некоторые…

— Он же меня не любит!

— Кто сказал? — изобразил удивление Василий.

— Ты как будто не знаешь.

— Ну…, — протянул он. — Семья у моряка это море. А если женщина и есть, то…

— Серенькая. Не богу свечка…, — подсказала Ксения.

— Да нет, не во внешности дело. Главное, чтобы сам с ума не сходил и не строил иллюзий.

— Значит, в его представлении, я изначально была шлюхой, которую и потерять не жалко. Интересное открытие.

Ксюша поднялась и подошла к окну.

По проспекту вовсю мельтешили автомобили. Немало и прохожих — не все еще угомонились…

Ксюша снова обернулась к Василию.

— И что, ты там, на шхуне, трахнул бы меня, выставив мужа за дверь и… в порядке вещей? Был бы прекрасный наглядный урок курсантам. а я там была как наглядное пособие. Вот, мальчики, я же вам говорил, что все женщины шлюхи и не надо по ним страдать, они того не стоят. Вы служите спокойно ребята… Короче, свой житейский опыт ты внедрил в систему воспитания.?!

— Ну, разве я не прав?

Ксения взвившаяся было внезапно осела и уже негромким голосом ответила:

— Да прав, конечно.

К обоюдному облегчению вошла Женя и выставила на стол парящий пирог.

— С рыбой! — сразу же определил капитан.

Женя кивнула.

— Вот всю жизнь с морем, а рыба не надоела. Больше всего люблю пирог с рыбой… И как эта бестия только догадалась!

— Приходится настраивать нюх, — улыбнулась Женя. — А то ведь опять снимешься с якоря.

— Ну, нет, — уже серьезно заявил потенциальный жених. — Решаюсь я, конечно, долго, но основательно. Ты моя последняя ставка. Заявляю официально.

Коньяка оказалось на донышке бутылки и капитан, вскочив, отправился в ближайший магазин.

Женя тотчас же обернулась к Ксюше.

— Знаешь, я ему рассказала о себе все. С самого первого дня, какой помню. И стало как будто легче. Даже не то слово… Будто скинула с себя вшивую одежду… Но страшно.

— Как все?! — не поверила Ксения.

— Очень просто. Похоже, было на хирургическую операцию без наркоза…

— И он тоже покаялся в своих прегрешениях? Уж ему то, наверное, ночи бы не хватило…

— А я даже и не спрашивала. Мне безразлично.

— Вот так дела… А как же равноправие?

— Если оно не предусмотрено природой, то, наверное, его и не должно быть. Чего-то мы недопонимаем…

Ксения иронично посмотрела на подругу поверх фужера, с недопитым шампанским.

— И про Андрея тоже?

— Что про Андрея?… Что спала с ним? — сверкнула глазами Женя.

Ксения промолчала.

— Жалко мне его почему-то стало. Зря ты его обижаешь… Василий размазал? — ухмыльнулась подруга, продолжая пытливо следить за выражением лица Ксении.

— Сама поняла. Думала, что в процессе самоочищения ты и мне поведаешь что-нибудь…

— Тебе это нужно?

Ксения задумалась.

— Наверное, нет. Но, с другой стороны, это меня саму как-то реабилитирует.

— Комплексуешь?

Ксюша кивнула головой.

— Немного. Наверное, старею.

— Я думала, что только у меня такое чувство.

«Старухи» пригорюнились.

Появление гонца с бутылкой водки их оживило. Василий сам вызвался приготовить овощную закуску.

— Может быть, сдать тебе кухню с инвентарем по описи? — ревниво заметила Женя, рассматривая красиво разложенные дольки помидоров, огурчиков, зелень (все инкрустировано сметанными узорами) на широком блюде.

— Не претендую, — возразил Василий. — Это твоя вотчина, я могу лишь оказывать теоретическую помощь.

— Шеф поваром.

— Ни в коем случае. Если женщина не чувствует себя хозяйкой на кухне, то у нее создается ощущение лишней, а я этого позволить не могу.

— Вот повезло тебе, Женя! У тебя самый удачный вариант, когда мужчина прошел хорошую стажировку, все понимает, все может. Такой уже не испортит…

— Борозду? Безусловно. С глубиной вспашки у нас все в порядке, — подхватил Василий и подмигнул Жене.

Та, неожиданно, порозовела лицом.

«Ну, прямо, метаморфозы!» — изумилась Ксения.

Ближе к полуночи стал назревать вопрос, где будут ночевать потенциальные молодожены. Василий предположил, что можно остаться и здесь, все равно у них период физиологической реабилитации. Мораторий. Женя возразила и настояла, чтобы ехать к Василию. Не все же пути перекрыты…

— Вот! — заключил Василий. — Разве откажешь ей в рассудительности?!

Ксения, предварительно проверив, взяла ли Женя ключ от своей квартиры, закрыла за ними дверь.

Пропажу Ксения обнаружила утром, когда мысли о скором отъезде окончательно измучили ее. Открывая сумочку, вспомнила, что уже несколько дней ей не попадался на глаза паспорт, который она хранила вместе с косметичкой и кошельком. Ксюша обшарила все уголки и отделения. Действительно, паспорт пропал. Паническое состояние длилось недолго. В любом случае это очень убедительный повод задержаться. Пока в милиции добьешься справки об утерянном документе, можно как минимум на наделю продлить отпуск. И, кто знает… Ксюша уже отыскала лист бумаги и авторучку, чтобы сочинить короткую и ясную телеграмму мужу, умудрившемуся дважды позвонить Жене, с одним и тем же вопросом — когда вернется жена. Завтра-послезавтра он должен прибыть с учений на базу. Телефонный звонок отвлек ее. Ксюша все еще была дома одна и взяла трубку. Голос Корнеича.