Любовь среди туманов - Кира Крааш

– Ты точно целитель? Вам вроде запрещено отнимать жизнь.

– А я темная, мне теперь все можно.

Демон фыркнул.

– Убьешь меня – никогда отсюда не выберешься.

– Тебе уже будет все равно, – заметила я.

– Логично, – согласился демон и вздохнул: – Ну и что ты хочешь узнать?

Я немного растерялась. Ответ «Все» серьезным не был, но именно это узнать и хотела. Поразмыслив, я спросила:

– Все демонологи – демоны?

Если это так, то ненависть светлых к темным обретает смысл. Получается, темные и не люди вовсе, а нечисть, притворяющаяся людьми.

– Нет, – разрушил все мои теории всемирного заговора демон, – демонологи не демоны.

– А ты?

– Кхм…

– Мне нужны объяснения, – напомнила я.

Чешуйчатое чудовище задумчиво побарабанило когтями по валуну, оставляя в нем вмятины и абсолютно никак не реагируя на долбящуюся в защитный круг живность. И наконец сдалось:

– Хорошо, я расскажу тебе. Но взамен ты расскажешь, как герцогиня с правом наследования одного из государств материка оказалась в Темнейшей академии.

– Хорошо, – легко согласилась я, – только наследую я в самом хвосте длинной очереди.

– Не важно. Наследница есть наследница.

Я скривилась в ответ.

– Нет в тебе здоровых аристократических амбиций! – покачал головой демон.

– И прекрасно себя с этим чувствую, – парировала я. – Итак?

– Итак… – вздохнул демон, изображающий Валентайна. – Как ты уже, наверное, догадалась, моей семье чудесным образом удается сохранить свой темный дар в тайне.

– Я предполагала, но это вроде как невозможно, – осторожно вставила я. Просто потому, что темных магов вырезали многие века и среди аристократов их быть не может по определению.

– Для пытливого ума нет ничего невозможного, – отмахнулся демон. – В общем, с помощью везения, магии и такой-то матери нам удается сохранять темное инкогнито. Но наш род очень древний и, хм, нажил себе немало кровных врагов за время существования. А потому наследник должен быть сильным.

– И твою душу заложили Темнейшему князю?

– Темнейшему вообще нет дела ни до чьих душ, светлая.

– Тогда тебя призвали вместо Валентайна? – продолжала я выдвигать гипотезы.

– Какая потрясающая безграмотность. Чему вас только учат в этих ваших светлых академиях.

Я хотела возмутиться, но кто-то опять ударился о защитный круг, и тот опасно прогнулся. Мой демон нехорошо прищурился, оскалил острые зубы, и все стихло.

– Хм. Так вот… – Демон перевел взгляд на меня. – У нашей семьи есть ритуал призыва демона-покровителя. Если наследник выживает, доказывает право на существование, демон наделяет его силой. Вместе с силой приходит и цена. У каждого своя, и мой вариант не самый худший, как ни странно. Дед вот получил уникальный дар черного пламени, но потерял самоконтроль. И пока не восстановил его, успел сжечь двух жен, семь любовниц, тещу и с полсотни прислуги.

Демон жестко усмехнулся.

– А у меня всего лишь чешуя, крылья и хвост. Что, как ты понимаешь, не было бы проблемой, не изображай моя семья светлых магов.

Я задумалась.

– Но я не видела тебя таким раньше.

– Я держал себя в руках. Не хотел напугать.

Мы помолчали. Я обдумывала слова Валентайна. В защитный круг кто-то размеренно, но вяло стучал.

– Ты сказал, дед смог восстановить самоконтроль? Значит, и ты сможешь?

Демон-Валентайн неопределенно повел плечом, прошуршав крылом.

– Необязательно. Есть несколько гипотез. Я постепенно проверяю каждую.

– Ясно, – вздохнула я. – Надеюсь, у тебя все получится.

– Предлагаю пока надеяться, что мы выберемся, – усмехнулся демон. – А теперь твоя очередь, Николетта.

– Чем тебе не нравится версия, что сострадательная светлая целительница вызвалась помочь темным магам? – невинным тоном спросила я.

– Я был с тобой откровенен. – Хвост демона сердито дернулся. – Не обманывай мои ожидания.

Я недовольно цокнула языком.

– В Темнейшей академии я оказалась, чтобы избежать помолвки.

Чешуйчатая морда непередаваемо вытянулась.

– Ты что, из этих… – демон пощелкал ногтями, рассыпая искры, – борцов против детей, мужей и здравого смысла?

– Чего? – не поняла я.

– Ну из этих, которые «я никогда не выйду замуж, моя холостая свобода дорога мне как память о безвременно ушедшей юности»?

– Фу, нет, конечно, – поморщилась я. – Просто опекун решил, что дешевле всего будет откупиться от Бешеного принца мной.

– От кого? – не понял демон.

– Бешеного принца, – повторила я.

– А… кто это? – Демон выглядел крепко задумавшимся.

– Адриан Риордан, – нехотя ответила я.

– А почему Бешеный-то? – спросил Валентайн возмущенно, как будто я его кровному родственнику в репутацию плюнула.

– Потому что, – емко ответила я, но, заметив, как сердито дернулся хвост у демона, пояснила: – Он в одиночку вырезал целый полк своей магией! Чисто бешеный.

Демон обалдело потряс головой, как будто ему что-то померещилось.

– Вы знакомы? – догадалась я.

– О да. Еще как! – воскликнул Валентайн и зло добавил: – Вот он удивится, когда узнает, какое ласковое прозвище получил в народе.

– Зато его очень боятся, – честно призналась я. – Тьфу, то есть уважают в соседних странах. В моей, например.

Демон немного помолчал, о чем-то размышляя, а затем спросил:

– Опекун отдает тебя против воли?

– Безотносительно меня, ты серьезно думаешь, что есть на свете девушка, которая захочет выйти замуж за Бешеного принца?

– Да не Бешеный он, – поморщился Валентайн.

– Такая слава не на пустом месте рождается, как ты понимаешь.

– Угу, – мрачно отозвался демон. – А как тебе позволили бросить герцогские обязанности?

– А что тебя смущает? – не поняла я.

– Насколько я знаю, обучение целительству отнимает очень много времени.

– Все время, – согласилась я.

– Так как получилось, что дочь такого блистательного рода стала целительницей?

– Сбежала из дома, – усмехнулась я.

Валентайн уважительно хмыкнул:

– А ты девица с характером.

– А что остается бедной сиротке?

– Так уж и бедной?

– Как храмовая мышь. Все мои земли после войны перешли соседям. А сама война забрала семью.

– Вот как?

– Ну, там еще опекун, конечно, постарался и предыдущий король. Но вряд ли все это случилось бы, не будь войны.

– Ты сохраняешь удивительный оптимизм для девушки в твоем положении, – заметил демон. – Это вызывает восхищение.

– А, ты думаешь, раз я сижу на дне пропасти в компании демона посреди Туманной чащи, самое время для отчаяния?

Валентайн рассмеялся. Это был лающий сиплый хохот, мгновенно напомнивший мне, что передо мной не совсем тот парень, с которым я познакомилась.

– Даже не знаю, говорить тебе или нет… – отсмеявшись, произнес демон.

– Что? – я нахмурилась.

– Мм…

– Говори! – потребовала я.

– Ну смотри, сама захотела.

– Валентайн!

– Мы не на дне пропасти, светлая. Мы в самом сердце Туманной чащи.

– Как… как это? – не поняла я, начав оглядываться, как будто в ночи в тумане можно что-то разглядеть.

– Представления не имею.