Любовь среди туманов - Кира Крааш

– Поздороваться успеем, – усмехнулся он.

– А вообще? – продолжала настаивать я.

Парень поколебался, но все же ответил:

– Не знаю. Последнее время выходит лучше. Идем, пока кто-нибудь еще не решил подзакусить хорошенькой целительницей.

Я вздрогнула и вцепилась в Валентайна крепче. А тот лишь самодовольно хмыкнул, сжав мою ладонь посильнее. Ну не гад? Хоть и не чешуйчатый!

Шаг, другой, и вот уже в белом молоке проступает тусклое свечение защитного круга. Туман, точно волны о скалы, бьется в магическую стену, тревожится, колышется, но не может пересечь черту. Я даже не заметила, как прижалась к спутнику, а тот напрягся, готовый бить и бежать.

– Не отпускай мою руку. Ни при каких условиях, – тихо попросил он.

Я кивнула, и Валентайн, глубоко вздохнув, шагнул к защитному кругу. Несколько быстрых прикосновений, точно игра на фортепьяно, – и невидимая стена отзывалась замысловатыми рунами под его пальцами. Касание, другое, третье, и…

– Хм.

– Что? – мрачно спросила я, наматывая подол отвратительно сырых юбок на кулак и готовясь бежать.

– Как будто бы никого нет.

– Хм, – это уже я.

Защитный круг может стоять и без своего хозяина внутри. Как долго – зависит от силы хозяина, конечно, но я мало что об этом знала, специфика не та.

– Как максимально долго может простоять такой круг без хозяина? – спросила я, нервно оглядываясь. Казалось, что рядом кто-то недовольно фырчит.

– Ну, есть теория, конечно, что такой круг может стоять годами, но… мне кажется, это из разряда сказок. Несколько часов, ну, может, сутки… – неуверенно закончил Валентайн.

– Но наверняка никто не знает, да? – резюмировала я.

– Все верно, – напряженно кивнул парень. – Идем?

– Угу, – кивнула я.

И мы, крепко держась за руки, пересекли защитный круг.

Он недовольно кольнул меня своей темной магией и нехотя пропустил. Я как будто протиснулась сквозь очень плотный мыльный пузырь. Туман остался недовольно бурлить за спиной, а мы оказались на симпатичной и довольно просторной поляне, не очень хорошо просматриваемой в сумерках.

Защитный круг шел по контуру невысокого заборчика. Виднелись кусты малины и смородины в зарослях крапивника, одна яблонька. Следы грядок почти сгладил бурьян, яблоки усыпали землю, а заборчик давно требовал краски и досок под замену. Журавль над колодцем усох, устал и покосился. А в центре стояло огромное дерево, не иначе как многовековой дуб, под ветвями которого притулился небольшой домик с негостеприимно распахнутой покосившейся входной дверью. Собственно, это все, что можно сказать о территории.

– Сколько, говоришь, такой круг простоит без хозяина? – повторила я вопрос, посмотрев на Валентайна.

Парень был еще более мрачен и собран, чем перед шагом сюда, хотя, казалось бы, куда еще.

– Мне здесь не нравится, – произнес Валентайн, – но идти все равно некуда. Держись ближе, это дом темного мага, и всякое может случиться. Я бы мог вызвать демонов для проверки территории, но не уверен…

– Что хватит сил удержать?

– И это тоже. Но в основном меня беспокоит, что я не знаю, как Туманная чаща отразится на призванном демоне. Можем оказаться между молотом и наковальней.

Я невольно оглянулась на Туман, где отчетливо виднелись чьи-то светящиеся красные глаза, и кивнула:

– Значит, проверим по старинке своими силами.

И решительно направилась к домику. Далеко я, впрочем, не ушла – меня тут же схватили за шиворот.

– О Темнейший, ты как вообще дожила до своего возраста? – простонал Валентайн.

– А? – не поняла я.

Вместо ответа меня все так же за шиворот оттащили себе за спину.

– Стоишь здесь.

– Ну уж нет! – возмутилась я. – Дом определенно пустой, а здесь за мной подсматривает местное население.

Я ткнула в красные глаза, светившиеся в Тумане по ту сторону защитного круга. Валентайн поднял глаза к небу и устало пробормотал:

– О Темнейший, дай мне сил…

И вот опять, опять Темнейшего ищут наверху, хотя по всем религиозным канонам он житель подвального этажа!

– Ладно, идем, – сдался темный. – Но держись за мной.

И вот мы, напряженные, готовые отражать всякую напасть, шагнули за порог подозрительного домика. Валентайн подбросил в воздух несколько магических светильников, и мы увидели интерьер.

В домике была всего одна комната, служившая и спальней и кухней. Несмотря на мусор, занесенный через открытую дверь, и впечатляющий слой пыли, все, кажется, лежало на своих местах. Давно лежало. Очень давно.

– Здесь никого нет, – резюмировал Валентайн, не делая ни шага, но окинув комнату внимательным взглядом чуть сияющих магией глаз.

Я кивнула. Кто-то просто вышел на минуту и не вернулся больше никогда. И это пугало, но не потому, что хозяйка внезапно ушла, не дорезав хлеб. А потому, что сквозняк из двери качал прибитую к потолку корзинку, служившую люлькой.

И я боялась туда заглянуть.

– Валентайн… – позвала я резко севшим голосом.

Парень проследил за моим взглядом, нахмурился и подошел к люльке. Кажется, время исказилось в бесконечность, и у меня сердце перестало биться, пока парень заглядывал в корзинку.

– Пусто, – произнес Валентайн, и я с шумом выдохнула.

– Что же здесь случилось? – спросила я, обходя комнату по периметру.

– Сложно сказать, – пожал плечами парень. – Но однозначно сказать можно две вещи. Здесь жила темная магичка. И находимся мы рядом с Беллариумом.

– С чего ты взял? – удивилась я, отрываясь от рассматривания полок.

Вместо ответа Валентайн показал деревянную коробочку с надписью: «Пирожные из Беллариума».

– Да, вряд ли кондитерские изделия переживут длительное путешествие, – согласилась я.

– Да, но это значит, что все еще хуже, чем я рассчитывал, – мрачно отозвался парень, и я не могла с ним не согласиться.

Беллариум был лидером охоты на темных магов и дошел в этом ремесле до кровавого совершенства. Тем страннее избушка темной под боком у города, и тем мрачнее судьба ее хозяйки.

– И как мы отсюда выберемся? – спросила я, чувствуя, как усталость перерастает в беспомощность.

– Для начала едим, сохнем и отдыхаем. Решать сложные задачи будем на свежую голову.

– То есть еда для тебя из простых задач? – приподняла я брови.

– В сравнении с возвращением – да. Пройдись по ящикам, там наверняка есть крупы.

– Если это не ели мыши, то нам это есть тем более опасно, – нахмурилась я.

– Николетта, ты в доме темной магички. Если она поставила мощный защитный круг, то мышей наверняка смогла отвадить.

С этими словами парень вышел из избушки, а я принялась инспектировать жилье.

Ощущение, прямо скажем, было странное – лазить по чужим полкам, заглядывать в чужие банки и коробки. Рыться в самом священном для каждой женщины – в ее кухонных шкафах!

По итогам ревизии было обнаружено три вида идеально чистой крупы, специи и котелок,