Предел скорости - Тери Нова

– Я не знаю, – голос сел. Побоявшись озвучить настоящие мысли, выпалила первое, что пришло в голову. – Чувствую, что мои сотрудники наверняка уже успели накосячить, пока я тут прохлаждаюсь.

Майкл усмехнулся, всколыхнув горячим дыханием волосы у меня на затылке, и скользнул пальцами по предплечьям.

– Хмм, звучит довольно напряженно, но к черту этих бездарей. Как насчет того, чтобы отправиться в душ, пока я запру гараж и выберу книгу?

Книгу?

Сделав над собой усилие, чтобы не прокричать это вслух, я просто кивнула.

Парень подошел к комоду и вытащил свою футболку и полотенце, протягивая их мне.

– Я захватила пижаму.

– Не сомневаюсь, – он провел большим пальцем по подбородку. – Но я хочу, чтобы ты надела это.

Что-то в его тоне завораживало, и моя рука сама потянулась к подношению. На нетвердых ногах я отправилась в ванную.

Принимая душ, все никак не могла выкинуть слова Майкла из головы. Он серьезно собирается читать книгу, когда сексуальное напряжение висит над нами, угрожая сжечь весь кислород?

Зло надавив на баночку, я выдавила на мокрую мочалку гель для душа – его гель для душа – и с силой принялась тереть наэлектризованное тело, стараясь смыть опустошающее чувство недосказанности. Тот же запах, что каждый раз появлялся легким шлейфом в присутствии Майкла, забил ноздри, доведя меня буквально до отчаяния. Как будто клеймила себя его ароматом, доказывая свою принадлежность этому человеку.

С чего я вообще так завелась? Ах, да! У меня не было секса целую вечность, а парень за стенкой упорно обходил обостренные углы, за исключением сводящих с ума поцелуев, предпочитая чтение. Удивительно, учитывая тот факт, что обычно близость с девушкой для него превращалась в подобие олимпийского вида спорта.

Не досушив волосы, вышла из ванной, обнаружив Майкла развалившимся поперек кровати в самом ее изножье, с закрытыми глазами. На нем были только спортивные шорты, а в руках – проклятая книга величиной с атлас мира.

Я прочистила горло, и ореховые глаза открылись, скользнув по мне с головы до ног. Желваки прошлись по скулам парня за секунду до того, как его лицо озарила вымученная улыбка. Футболка с изображением эмблемы НАСКАР едва доходила до середины моего бедра.

– У меня опять дежавю, – хрипло сказал он. Ну еще бы. Я – взрослая женщина, черт побери, к чему жеманство. Подошла ближе и, не потрудившись накрыться одеялом, забралась на кровать, вытянув ноги, но при этом хорошо зная, что с его позиции открывается прекрасный вид на мое нижнее белье.

Притворилась, что изучаю обложку.

– Что читаешь сегодня? – кивнула подбородком в сторону книги.

– Ничего.

Я выгнула бровь. Майкл протянул мне то, что оказалось справочником по цветоводству, вызвав еще больше замешательства.

– Эмм, ты хочешь, чтобы я читала тебе это?

– Ага, – он беззаботно закинул руки за голову, уставившись в потолок.

– Где ты вообще его взял? А главное, зачем?

– Купил в «Костко»[12], решил, что тебе понравится.

– Мило, – натянуто ответила, открывая долбаный справочник. – Окей, поехали! Травянистые и древесные многолетники – самая привлекательная и распространенная группа декоративных растений, по степени признания и любви садоводов не имеющая себе равных. Ну, тут я бы поспорила. – Майкл хохотнул. – Основное различие между травянистыми и древесными многолетниками заключается в продолжительности жизни их надземных орган…

Теплый воздух коснулся моей щиколотки, рассыпая волну мурашек, бегущую вверх по ноге. Я замерла.

– В чем дело, милая? – хрипло спросил парень, когда на полуслове повисла тишина. Я выглянула из-за книги. Он все так же лежал на спине, но смотрел уже не в потолок, а на меня.

– Ни в чем. – Должно быть, мои фантазии вышли за пределы головы. Как неловко.

– Тогда продолжай, – с нажимом сказал Майкл. Я вернулась к чтению.

– …надземных органов. Травянистые побеги живут недолго – один сезон, отмирая по его окончании и возрождаясь грядущей весной заново-о-о-о, – мой голос стал певучей трелью, когда невесомый поцелуй коснулся голени. Сразу следом еще один, в колено. – Ч-что ты делаешь? – не осмелилась посмотреть, что происходит, чувствуя, как центр тяжести сместился с края матраса в мою сторону.

– Читай, Сьюзан, – это не было просьбой, а в сочетании с моим полным именем звучало твердо, почти разрушительно.

– Жизнедеятельность многолетников… О, господи! – дорожка из поцелуев, смешанных с горячим дыханием, поднималась по внутренней стороне бедра, и я взмолилась, чтобы Майк не увидел мокрое пятно, пропитавшее мои трусики. – …как и любых других растений, осуществляется… а-ах… за счет системы подземных и надземных органов.

В тот момент, когда пальцы парня подхватили край моего белья, я могла слышать только то, как кровь бежит по моим венам, горячей лавой расплавляя все на своем пути.

– Читай, – медленно проговорил Майкл гравийным голосом, вибрирующим прямо напротив моей сердцевины.

– Значение корня… для… для… растения трудно переоценить… Ох! Черт! – выругалась я, когда язык парня скользнул одним долгим движением по всей поверхности влажного лона. Разряд тока ударил в тело, а голова почти отключилась. Скольжение языка ускорилось, сочетая размеренный ритм с посасываниями, а потом Майкл втянул в себя клитор, и воздух покинул легкие с громким, бесстыдным стоном. – Я… я не могу…

Ощущения настолько сводили с ума, что мутное зрение едва фокусировалось на буквах.

– Не можешь? – язык парня исчез, а вместе с ним и ощущения. – Хм, тогда я тоже не могу.

– Нет, не останавливайся! – вцепилась в книжку, ерзая по кровати в поисках источника наслаждения. Мне было плевать, как я выгляжу и что обо мне подумает мужчина, перед которым лежала, обнажив не только тело, но и часть своей души. Все, что имело значение, – это сила, с которой меня затягивало в распутную воронку из ощущений, не знакомых мне ранее. – Корень – это «якорь»… о-опора, прочно удерживающая-а-а-а-а… растение… Боже!

– Я хочу знать, что дальше, Сьюзан, – то, как мое имя слетало с его губ, усиливало ощущения в теле в тысячу раз. Клянусь, все, что происходило в моей сексуальной жизни до этого момента, можно смело сложить в коробку, облить бензином и поджечь, не предаваясь ностальгии. Казалось, каждая клетка в моем теле была настолько возбуждена, что непрерывно пульсировала.

– …в его среде обитания – почве, – последнее слово вырвалось из меня едва уловимым шепотом, как раз перед тем, как палец Майкла проник внутрь, взорвав мое естество гигантским салютом из медленно гаснущих искр перед глазами и сбитого напрочь дыхания. Мое лицо покраснело, а все, что не было скрыто задравшейся до талии футболкой, гудело, источая жар.

Кажется, я еще что-то бормотала, выйдя за рамки своего тела и паря над кроватью, но сердце так колошматило, что не могла слышать собственный голос.

– Я и не знал, что цветоводство может быть таким увлекательным, – ехидный голос Майкла, вытирающего рот тыльной стороной ладони, вернул меня в реальность.

– Выкусите все те,