Опасный маскарад - Джорджет Хейер

У Фэншо будет карточный вечер, догадалась Прюденс. Скорее всего, придет немало великосветских щеголей. Нет сомнений, что темой разговора послужит ее несостоявшаяся дуэль с Ренсли.

Она достала из гардероба первое, что попалось под руку, – атласный камзол цвета персика и потом отыскала к нему красивый жилет с серебряным шитьем. Робин подвил ей волосы щипцами и напудрил ее каштановые локоны.

Укладывая завиток к завитку он промолвил: – Долго там не оставайся и не разговаривай с Фэншо наедине. Я уверен, что он благородный джентльмен, всегда готовый встать на защиту неоперившегося юнца. Но лучше быть с ним поосторожнее.

Прюденс согласилась с первой частью этой речи, в остальном же решила действовать по собственному усмотрению. Незачем тревожить Робина попусту. Не исключено, что большой джентльмен знает больше, чем надеется брат. Прюденс терпеливо ждала, пока он завязывал черную ленточку у нее на затылке, а потом встала. Робин подал ей камзол. Девушка взглянула на себя в зеркало и осталась довольна. В самом деле, из зеркала на нее глянул опрятный молодой джентльмен. Кто может усомниться? Она надела на палец кольцо и сунула табакерку в один из бездонных карманов камзола. Ей показалось, что у нее плохо натянуты чулки, и она наклонилась исправить эту погрешность, потом поправила кружевной рюш у горла и вышла к ожидавшему ее портшезу.

Дом на Клэрджес-стрит был непривычно тих. Подавая слуге шляпу и плащ, она прислушалась, ожидая услышать голоса и смех, но было тихо. Лакей провел ее к дверям библиотеки сэра Энтони, широко распахнул их и звучно объявил ее имя.

Сэр Энтони в одиночестве стоял перед камином, в котором билось несильное пламя. Больше в комнате никого не было.

Фэншо двинулся навстречу Прюденс, чтобы поздороваться, и на мгновение задержал ее руку в своей с каким-то шутливым вопросом. Она ответила ему в том же тоне. Оказалось, что сегодня она будет его единственным гостем.

– Мне решительно нечем вас развлечь, разве что предложить партию в пикет после обеда, – улыбнулся Фэншо. – Чувствую, что заманил вас под ложным предлогом, но вы простите меня?

– Мне все равно очень приятно, сэр! – Это не совсем соответствовало истине, но ведь что-то надо ответить, подумала она.

Прю помолчала. Надо ведь сказать что-то о его вчерашнем странном поступке, поскольку он не в последнюю очередь затрагивал ее честь.

В голосе девушки не было и намека на дрожь, когда она заговорила, – только легкая усмешка и мягкий укор:

– Мне придется поссориться с вами, сэр Энтони. Вы, должно быть, догадываетесь почему.

Он придвинул ей кресло, а сам остался стоять, опершись о каминную доску.

– Нет, не догадываюсь, – ответил он. – Разве я чем-то оскорбил вас?

Ее длинные пальцы выстукивали дробь на крышечке табакерки. Прюденс безмятежно смотрела в его непроницаемое, но добродушное лицо.

– Знаете, сэр, мистер Деверю считает, что я имею право вызвать вас на дуэль, – сказала она, и в серых глазах мелькнул шутливый огонек.

– Боже упаси, юноша! Что же такого я сделал, чтобы навлечь на себя такой гнев?

– Вы, полагаю, знаете, сэр, что нынче утром я должен был встретиться с мистером Ренсли на Грейз-Инн-Филдз. И этому помешал сэр Энтони Фэншо. Не могу сказать, что я в восторге.

У нее было такое ощущение, что за ней следят неотступно и внимательно.

Фэншо чуть улыбнулся и отвесил поклон:

– О, прошу прощения, мистер Забияка. Но ваши претензии лучше обратить к Ренсли, а не ко мне.

Прюденс была невозмутима.

– Вы можете быть уверены, что Ренсли вновь получит вызов, как только, перестанет нуждаться в услугах хирурга. – Ей показалось, что его прямые брови дрогнули – похоже, он был изумлен. Прюденс продолжала: – Чарльз считает, что я теперь не могу драться с ним, но я убежден, что после подобного оскорбления у меня лишь более причин требовать удовлетворения. Если Чарльз не будет моим секундантом – что всего вероятнее, ибо он крайне педантичен в отношении этикета, – могу ли я обратиться к вам, сэр?

С ее стороны это был довольно рискованный ход, но она рассчитывала, что к тому времени, как Ренсли оправится от раны, в Лондоне уже не будет никакого мистера Мерриота.

– Здесь я совершенно согласен с мистером Белфортом, юноша, – медленно проговорил сэр Энтони. – Теперь вы не обязаны сражаться с Ренсли.

– Прошу прощения, сэр. Я думаю, что окончательный выбор все же за мной. – Взгляд Прюденс выразил недовольство. – Надеюсь, в следующий раз никто не сможет предотвратить нашу встречу.

– Это намек? – Сэр Энтони поднес к лицу лорнет. – Думаю, я не склонен повторяться в своих поступках.

Она поклонилась, давая знать, что разговор окончен. Вошел слуга – объявить, что обед на столе, – и сэр Энтони первым двинулся в столовую.

На столе горели свечи в кованых подсвечниках, мерцало серебро. Стояли два кресла, и были накрыты два прибора. В хрустальных графинах просвечивало вино, сияли крышки на блюдах и белели накрахмаленные салфетки.

Они уселись за стол: сэр Энтони – во главе, Прюденс – слева. Блюда сменялись одно за другим, она ела с аппетитом и поддерживала оживленный разговор. Сэр Энтони заговорил о поездке в Ньюмаркет и пригласил Прюденс сопровождать его.

Когда она помолчала, перед тем как ответить, он лукаво сказал:

– Теперь-то, Питер, вы не осмелитесь сказать «нет». Помните, как я тогда рассердился?

Ей показалось, что он решил поддразнить ее:

– Как, неужели вы думаете, что я боюсь этого, сэр?

Сэр Энтони был всецело занят разрезанием цыпленка, но встретил шутливый вызов ее серых глаз.

– А разве нет, юноша?

Сказать по правде, она очень боялась этого.

– Боюсь, для вас это лишь повод усомниться в моей храбрости, – весело ответила она. Думаю, у меня нет причин бояться вас.

– Как знать, – ответил сэр Энтони. – Ведь с таким таинственным и вечно ускользающим юношей даже я могу потерять терпение. И вы этого не боитесь?

Похоже, это угроза? Но нет, большой джентльмен улыбался все так же добродушно.

– О, неужели вы вызовете меня на дуэль? – как можно более наивно спросила она.

– Избави меня Бог от детоубийства. Но я могу отказаться отпугнуть волка в следующий раз.

Она отпила бургундского и нахмурилась. Любезный хозяин снова наполнил ее полупустой бокал.

– Вы заставляете меня предположить, сэр, что ваш вчерашний поступок был отпугиванием волка.

– Вы бы это так назвали? – Сэр Энтони неторопливо налил вина – теперь уже себе. – Я-то думал, вы признаете, что волк на время лишился зубов.

– Если угодно. Значит, это правда? – Она не сводила с него глаз.