Целительница из Костиндора - Теона Рэй

– Анка… – Всхлипывающая Глафира посмотрела на меня испуганно. – Там Ванька в лесу… мертвый.

Я потерла нос: зачесался. Вздохнула и кивнула:

– Раз мертвый, то никуда не денется, пока я сплю.

– Он совсем… мертвый, – сказал Митяй. – Изуродованный. Что ж за зверь такое мог сотворить?

«Вы сами, например?» – усмехнулась я про себя. Забить девушку камнями – тоже надо быть зверьем.

– От меня вы чего хотите? Митяй, попроси кого из мужиков, пусть сходят с тобой. Или мне похороны Ваньке устроить? Так и это вы без меня сможете.

– Посмотрела б ты на него и сказала – зверь разодрал его или… кто-то еще. Нам знать нужно, кто или что в лесу завелось.

– Волков полно, сами знаете.

– Да не волк это! – вскрикнула Глафира. – Где ж ты видела, чтоб волки людей избивали?

– А я что могу сделать? Я не могу на глаз определить, что случилось.

– Ну ты ж… это… – Глафира вспыхнула, залилась румянцем. – Ведьма.

– Хватит! Я не спала черт знает сколько, так что мне сейчас не до Ванек, Петек и Агафий. Пойдите в деревню и ждите – я позову. Где вы его нашли?

– У родника! – взвыла Прасковья. – Куда по воду ходи-и-им!

– Ну, значит, не ходите за водой, пока он там. Все, оставьте меня в покое.

Я ушла в дом, задвинула за собой дверь и ненадолго прижалась к ней щекой. Слабое сознание еще боролось, чтобы я не рухнула на пол, но мысли уже отсутствовали. Тенью я добрела до спальни мимо безмолвных демонов, все так же сидящих на скамейке, бросила оценивающий взгляд на бессознательного лорда, убедилась, что он пробуждаться не собирается, и скрылась в комнате.

Здесь, в свете утренней зари, окрасившей стены, пол и кровать в блеклый янтарный цвет, было так тихо и спокойно, что мой уставший мозг мигом забыл все то, что мне пришлось пережить в последние дни.

Христина спала. Теперь она правда спала, а не была без сознания. Она лежала на боку, подложив ладошки под щеку, а не на спине, как я ее оставила.

Надеюсь, проспит до полудня, иначе еще одного бессонного дня я не вынесу. Свихнусь, и всего делов.

Я приоткрыла окно, вдохнула утренний прохладный воздух, наполненный запахом леса. Ранние птички голосили на все лады – их крики напоминали мольбы о помощи, а не пение, так что я прикрыла окно.

Не помню, как заснула, но проснулась на полу с затекшими руками и ногами, а надо мной стояла заплаканная Христина.

– Милая, – я приподнялась на локте, – давно встала?

– Теть, там кто-то есть. – Подбородок девочки задрожал. – Я хотела водички попить, а там…

– Все хорошо, не бойся. Это наши друзья.

– Друзья?

– Они тебя не обидят. Можешь вообще сделать вид, что их нет. Не обращай на них внимания, и все.

Голубые глаза расширились, крупные слезы упали на грудь и впитались в грязное платье.

– Так, давай-ка я с тобой схожу. – Я поднялась, кое-как удерживаясь на ногах. Кажется, мне удалось выспаться – по крайней мере, глаза уже не слипались, да и сознание куда яснее. – Ручку давай.

Христина сунула свою руку в мою, и мы вместе шагнули в кухню.

– Вы вообще никогда не отдыхаете? – удивленно спросила я, застав Безликих в том же положении, в котором они пробыли весь вчерашний день.

– Мы мало спим, – отозвался один из демонов.

Христина прижалась к моей ноге, дрожа от страха.

– Это Христина, – представила я девочку. – Моя двоюродная сестренка. И она вас боится, так что постарайтесь лишний раз ей не докучать.

– Нам не давали приказа уби…

– А вот и вода! – воскликнула я, прерывая демона. – Давай-ка постой тут. – Я отняла свою руку у Христины, но девочка схватилась за мою ногу. – Так, ладненько…

Я зачерпнула кружкой воды из небольшой бочки и протянула сестре. Ехидно улыбнулась Безликим – пусть помнят, что это все еще мой дом, а они здесь только потому, что я разрешила.

Нужно что-то придумать с завтраком для малышки, помыть ее в бане, переодеть в одно из моих детских платьев, которые бабушка бережно хранила в запылившемся сундуке, и уже тогда отвести ее к матери. Мать, собственно, даже не пришла поинтересоваться состоянием дочери.

Неинтересно? Или меня боится? А может, доверяет, знает, что я Христину не обижу?

Нет, скорее первое. Христина с рождения была слабой, и Лукерья с Кузьмой уже давно привыкли к мысли, что ее однажды не станет. Даже запланировали еще одного ребенка взамен этого…

– На, – шепнула Христина, протягивая мне кружку.

Я поставила кружку на стол думая, как бы оставить девочку в доме, пока я достаю продукты из погреба и топлю баню.

Покосилась на Безликих – еды они у меня не просили, много места не занимают, да и особых хлопот не доставляют. Но их предводитель – или кто он там – лежит на моем топчане, из-за чего мне пришлось спать на полу. Сегодня нужно будет проверить его раны, а это тоже отнимает время…

– Вы вчера баню топили, – обратилась я к ним. – Не забыли, как это делается?

Безликие повернули головы в мою сторону.

– Натопите баню. Пожалуйста. Я занята вашим лордом, так что…

Демоны кивнули. Один остался в доме, а второй молча вышел.

– Ты посидишь в комнате недолго? – спросила я Христину. – Я принесу продукты из погреба и приготовлю вкусный завтрак.

– Он меня съест, – едва слышно прошептала она, косясь на демона. – Правда, рта у него нет… А как он ест?

– Он вообще не ест, – вздохнула я. – Тем более маленьких детей. Вы невкусные.

– Обманываешь?

– Нисколько. – Я хихикнула и повернулась к Безликому. – Как тебя зовут?

Мне показалось, что он вздрогнул.

Ответа я ждала долго, даже решила, что демон меня не расслышал.

– Даламар, – произнес он негромко. – Мое имя – Даламар.

– А вы детей едите? – с любопытством спросила Христина, но страха