Научу быть папой - Мира Спарк

В перерыве снова берусь за швабру, начинаю драить уже и так чистый пол. Нужно движение. Нужно отвлечься.

И все равно мысли возвращаются к ней.

К ее испуганным глазам в свете фонаря.

К дрожи в голосе.

Она боится. Боится меня. Боится поверить.

И я знаю, что победить этот страх я могу не словами.

Только делом. Но вот как…

Голова начинает болеть от напряженного размышления.

Дело ведь не в ухаживании, не в цветах и прочих бирюльках.

Вся эта мишура для Насти не важна… Тогда что?

Решение где-то совсем рядом, и я найду его.

Ожесточенно тру пол и… ничего.

Мысль ускользает, как песок меж пальцев.

Ни до чего не додумавшись, просто иду к ее кабинету — тянет. Сильнее чем магнитом.

Просто должен увидеть ее — не могу уже без этого.

Стучу. Слышу тихое «войдите».

Она сидит за столом, и что-то пишет.

Увидев меня, вздрагивает, глаза становятся настороженными, испуганными.

Этот взгляд режет меня по живому.

Глаза — колючие, как льдинки.

Хочется подойти, схватить ее в охапку, сжат и зашептать жарко в волосы, чтобы согрелась наконец эта добрая, милая девушка… Не телом, а душой.

— Настя, — говорю я, и голос звучит более хрипло, чем хотелось бы. — Нам нужно поговорить.

Она вздрагивает, будто это неожиданность для нее. Молчит.

Прохожу в кабинет, не сажусь.

Смотрю на нее сверху вниз и вижу, как она вжимается в спинку стула.

— Ты была права, — начинаю я.

Испуг в глазах начинает сверкать ярче. Всполохами льда на морозе.

— Насчет охотника, — продолжаю. — Раньше. Да, я такой и был. Брал то, что хотел. Не задумываясь.

Она смотрит на меня, не отрываясь, пальцы сжимают ручку.

— Но я изменился. Даже если ты в это не веришь. Я не брошу тренировать детей. Не брошу быть отцом для Анютки. Это... это теперь часть меня. Та часть, которую я сам в себе не знал.

Делаю паузу, подбираю слова.

Тяжелые, неуклюжие.

С удивлением и раздражением чувствую, как потеют ладони и предательски дрожат пальцы.

Черт, Волк, ты что-то размяк… Размяк? Да и плевать! Главное донести до нее правду.

— И я не перестану добиваться тебя. Но не как трофея. Никогда. Трофей можно повесить на стену и забыть. Ты... — голос срывается, — ты не то, что можно забыть.

Подхожу ближе к столу. Опираюсь на него ладонями.

— Все что я сейчас сказал — я подтвержу делом. Так поступают настоящие мужчины.

Разворачиваюсь и иду к двери.

Уже в дверях оборачиваюсь. Смотрю ей прямо в глаза. Серьезно, без улыбки.

— Я все равно тебя добьюсь, Настя. Обещаю. Но не как охотник. Как мужчина, который понял, что нашел то, что искал всю жизнь, даже не зная об этом.

И выхожу, оставляя ее одну с ее мыслями. Не знаю, поверит ли она мне. Но я сказал правду. Всю правду, на которую был способен.

А теперь... теперь нужно делать то, что умею лучше всего.

Действовать.

Глава 30

Олег

Воздух в спортзале густой, как кисель — им дышишь, и им же питаешься.

Сегодня мы спаррингуем.

Не та бестолковая возня, что обычно, а почти что показательный бой.

Против меня — Денис, один из старшеклассников. Оказывается, пацан серьезно занимается кикбоксингом, имеет даже разряд кандидата в мастера спорта.

Глаза горят азартом, стойка уверенная.

Выходим в центр зала — ребята обступают нас со всех сторон.

Это бой с пацаном, но хоть он и пацан — но противник достойный и серьезный.

И… Боже, как же я соскучился уже по всему этому — тяжелому дыханию, хлестким ударам, и поединку взглядов.

— Ну что, Олег Игоревич, покажете класс? — ухмыляется он, и в его тоне нет наглости, только спортивный задор.

Я лишь усмехаюсь в ответ.

Денис хорош.

Быстрый, резкий, техничный.

Его удары ногами свистят в воздухе, заставляя меня работать на уклонах.

Я будто возвращаюсь домой.

Каждый блок, каждый уклон — это родной язык, на котором я думал годами.

Боль в мышцах уходит, остается только чистое, огненное течение инстинкта.

Я не бью в полную силу, конечно.

Я — стена, о которую он разбивает свои атаки.

Я — тень, которую невозможно догнать.

Показываю ему слабые места в его обороне, пропускаю пару несильных ударов, чтобы он почувствовал уверенность.

А потом иду в контратаку.

Это не ярость Волка. Это танец.

Череда точных, выверенных движений: блок, уклон, легкий, щелкающий джеб, который заставляет его отшатнуться, и низкое подсекающее движение, после которого Денис, не упав, а плавно перекатившись, оказывается на матах.

В зале на секунду воцаряется тишина, а потом взрывается оглушительными овациями.

Ребята просто с ума сходят.

Денис вскакивает, с горящими от восторга глазами.

— Это было нереально! Спасибо, Олег Игоревич!

Я тяжело дышу, вытираю пот со лба и… ощущаю какое-то глубокое, необычное удовлетворение.

Почти отцовскую гордость.

Вижу эти горящие детские глаза и… как же это круто.

Энергетика просто искрит.

На эмоциональном подъеме ребята заканчивают тренировку и бегут играть в лесенку на турнике.

И болтают-болтают без умолку о спарринге и о том, как же круто научиться «вот так же».

Я посмеиваюсь — пусть учатся. Для того я здесь.

Пусть каждый из них станет чемпионом!

Следующим утром в школе как-то странно тревожно и тихо.

Учителя провожают меня странными взглядами — не то осуждающими, не то испуганными.

Почти сразу меня просят пройти к директору.

Слово «срочно» произносится так, будто я уже совершил преступление.

Захожу в кабинет.

Воздух ледяной. Директриса сидит за столом с лицом, будто высеченным из гранита.

Рядом с ней — какой-то пузатый хмырь — чиновник в дорогом, но безвкусном костюме.

Тема сидит по стойке «смирно», бледный, и не смотрит на меня.

И Настя. Она тут, в углу, скрестив руки, губы сжаты.

— Нестеров, — начинает директор ледяным тоном. — Вы понимаете, что вы натворили?

Я в ступоре. Я ж только пришел? Когда успел-то…

Чиновник с министерства, не представившись, тычет своим дорогим телефоном мне в лицо.

На экране — вчерашний спарринг с Денисом. Качество отличное, видно каждое движение.

Красивый бой — сто процентов.

— Это что?! — рычит он. — Драка? Жестокое обращение с несовершеннолетними? Вы, так называемый педагог, издеваетесь над ребенком на камеру?!

Видео уже набрало сотни тысяч просмотров. Тысячи лайков, сотни комментариев. «Чемпион!», «Волк вернулся!», «Где записаться к этому учителю?». Но чиновник видит только одно: «Скандал!», «Уволить!», «Посадить!».

— Вы подвели всю школу! Регион! Меня лично! — давит директор. — После этого видео у нас будут проверки!