Тихие слова любви - Сара Джио

Мы обе подняли глаза, когда звякнул колокольчик у двери, и в проеме показалось знакомое лицо.

– Мэри! – воскликнула я и помахала ей рукой.

– О, привет! – она с улыбкой поздоровалась с нами.

– Ты же помнишь мою подругу Элейн и ее мужа Мэтью, правда?

– Разумеется, – засмеялась Мэри. – Должна тебе признаться, Элейн, что я подсела на твои мини-кексы с шоколадным донышком.

Элейн улыбнулась.

– Забавно, что ты об этом сказала. Я сегодня утром разговаривала с женщиной. Она на тридцать девятой неделе беременности. Так вот она сказала мне, что съедала такой кекс каждый день во время всего третьего триместра. А она худая, как доска, бережет фигуру.

Мэри посмотрела сначала на меня, потом на Элейн и понимающе улыбнулась.

– Минутку, – вмешалась я. – Мэри, ты же не…

– Беременна? – Она вся светилась, но в глазах плескалась печаль. – Нет, это невозможно. Но Илай должен приехать в следующем месяце и остаться на некоторое время. Так что, кто знает…

Элейн ушла за прилавок и вернулась с небольшой коробкой мини-кексов.

– На удачу, – сказала она. – Заходи в любое время. Мы сумеем накормить будущего малыша нужным количеством масла и сахара.

Мэри широко улыбнулась и встала, чтобы уйти.

– Спасибо.

– Джейн, – обратилась ко мне Элейн, заново завязывая тесемки фартука, – давай встретимся позже.

– Обязательно, – ответила я, встречаясь с ней взглядом. Я вспомнила, как видела то, что соединило ее с Чарльзом, их новым соседом, которого они пригласили отпраздновать с ними Рождество.

Мэтью посмотрел, как его жена проскользнула за прилавок, потом повернулся ко мне.

– Ты не будешь против, если я провожу тебя до магазина и закажу для Элейн розы?

– Нет, конечно, – ответила я, и мы вместе направились к двери. Улица встретила нас холодным прозрачным воздухом, на рынке было множество народу. Я поделилась с Мэтью своими страхами по поводу Илая, который месяцами не бывает дома.

Мэтью нахмурился.

– Я просто не понимаю, как человек может быть до такой степени эгоистичным, как он может отказываться от такой прекрасной жизни ради поиска более зеленых пастбищ.

В это мгновение я вспомнила о Чарльзе и подумала о состоянии, в котором пребывала Элейн этим утром. Мэтью был похож на человека, который стоит на холме в солнечный безветренный день, не подозревая о том, что у него за спиной собираются грозовые тучи. Мне вдруг стало его жаль. Атмосфера менялась, а он не был готов к этим переменам.

В цветочном магазине я помогла ему выбрать розы.

– Как думаешь, она счастлива? – вдруг спросил Мэтью. Его лицо было неподвижным, задумчивым, в глазах светилась тревога.

– Ты об Элейн?

Он кивнул и несколько нервным жестом почесал голову.

– В последнее время она как будто сама не своя, – продолжал Мэтью. – Не знаю даже, как будто отстраненная, – он вздохнул. – Знаешь, Джейн, чего я боюсь больше всего на свете?

Я покачала головой и спросила:

– Чего же?

– С самой нашей встречи в ту сумасшедшую ночь в Беллтауне меня преследует этот страх. Я увидел ее в другом конце комнаты. Клянусь, в эту минуту ось Земли сместилась. Изменилось атмосферное давление. Я понятия не имел, почему Элейн подошла ко мне, как не понимаю и того, почему она выбрала меня. Этого я никогда не знал. Но Элейн поступила именно так, и это стало величайшим подарком в моей жизни. Эта красивая, удивительная женщина выбрала меня. И я всегда буду бояться того, что однажды она поймет, какую огромную ошибку совершила.

– О, Мэтью, – прошептала я, кладя руку ему на плечо. – Ну что ты говоришь…

Но когда я произносила эти слова, я почувствовала в самой глубине неприятную дрожь, потому что я собиралась сказать Мэтью ложь.

– Элейн любит тебя. Очень сильно.

Мэтью кивнул и выдавил из себя улыбку.

– Спасибо, – сказал он, – за то, что ты стоишь тут и слушаешь мои излияния. Должно быть, флористки обладают особым даром.

Я улыбнулась.

– Да, мы умеем заставить людей разговориться.

Я указала на карточки, стоявшие рядом с кассовым аппаратом.

– Не забудь карточку.

Мэтью выбрал одну, нацарапал на ней несколько слов, потом подписался. Перечитал написанное, кивнул и вложил карточку в конверт.

– Я ее не заслуживаю. Я всегда знал об этом. Я женился на женщине, которая намного лучше меня.

Немногие согласились бы с такой самоуничижительной оценкой. В конце концов, Мэтью – красивый, успешный и добрый. Для мужа это великолепные качества. И все же он всегда находился в тени Элейн. У нее более острый ум, она более уверена в себе. Она человек другого калибра.

– Это неправда, – попыталась я успокоить Мэтью.

Он провел пальцами по краю конверта и по-прежнему стоял в глубокой задумчивости.

– Что ж, каждое утро я просыпаюсь рядом с девушкой моей мечты. Это самая большая радость в моей жизни.

Я улыбнулась.

– Красиво сказано. Ты написал это на карточке?

Мэтью покачал головой.

– Нет, я просто написал: «С Днем Святого Валентина!»

Мы оба посмотрели на дверь, когда в магазин вошла Ло с двумя ведрами свежей зелени. Мэтью попрощался, и как только он вышел, Ло спросила:

– Это же муж твоей подруги Элейн, верно?

– Да, – я смотрела в окно вслед Мэтью, который пересекал рыночную площадь. – У них сейчас не все ладится, но я не понимаю, что происходит.

– Приглядывай за ними, – посоветовала Ло. – Вдруг их случай подойдет для этой твоей старинной книги? Кстати, ты уже обдумала то, что тебе сказала Колетт?

– Я много думала об этом. Честно говоря, ее слова все время не выходят у меня из головы, – призналась я.

Ло одобрительно кивнула.

– Но, – продолжала я, – на Новый год я совершила страшную глупость.

– Неужели? – хмыкнула подруга.

Я округлила глаза.

– Я не об этом говорю. На вечеринке был один человек, Кэм, журналист. Я здорово опьянела, а разговор зашел о любви. Было в нем нечто такое, что заставило меня выложить ему всю правду о моем даре.

Ло задумалась.

– И как он отреагировал?

– Разумеется, Кэм решил, что я пошутила. Или все выдумала, – я пожала плечами. – Глупо было ему об этом рассказывать.

– Возможно, ты рассказала, потому что он тебе понравился.

Я покачала головой.

– Нет, он не мой тип.