Замуж до утра - Теона Рэй

– Позволю. Но не смогу дать развод – мы говорили об этом.

– Правда? – я неверяще обернулась к Ригану. Мужчина смотрел на меня внимательно и будто умоляюще. Он словно ждал, что откажусь. – Мне на самом деле можно уйти?

– Я помогу вам поселиться в гостинице, – тихо ответил он. – Не хочу, чтобы вы страдали. Мне правда жаль, что все произошло не так, как мы планировали. Я задержал вас надолго, а не должен был.

Я расслабленно опустила руки и улыбнулась. Мои беды закончатся сразу, как только мы с Риганом вернемся от Джины Ингелоу! Если Риган думал, что я ни за что не брошу свою подругу в столь ужасной ситуации, то он глубоко ошибался. Ванессе нечего и некого бояться, разве что охотников, а вот мне… Если я немедленно не найду тихое жилье, то лучшее, что со мной может произойти – пневмония. А о худшем даже думать не стану.

Охотники, найдя меня в доме Ванессы, казнят нас обоих. Чернокнижник, который стремился избавиться от Ригана, тоже не обеспокоится моей невиновностью. Особого холода и сырости в подвале не было, и подхватить какую-нибудь болезнь было довольно проблематично. Но во снах, как наяву, я видела горячую ванну, вкусно пахнущее мыло и жесткую мочалку.

До пункта назначения я шла с широкой улыбкой. Теперь я не видела нечистот в канавах и не обращала внимания на всюду преследующую вонь. Мысленно купалась в горячей воде, натиралась маслами и расчесывала волосы щеткой, а не пальцами. Я была почти счастлива.

Джина Ингелоу жила в огромном доме, окруженном кованым забором. Псы, свободно разгуливающие по территории, не позволяли нам войти без предупреждения.

– Звонок, – сказал Риган, кивая на колокол у ворот.

Я дернула веревку. Унылый сад наполнился глухим звоном, и почти сразу из дома выскочил пожилой мужчина в ливрее. Он семенил, едва не спотыкаясь о собственные ноги, торопился поскорее впустить нас.

– Мистер Болейн? – уточнил мужчина.

– Он самый, – спохватился Риган. – Ведите же нас скорее к мисс Ингелоу, не видите, что мы мерзнем?

Слуга почти бегом проводил нас к двери. На входе забрал накидки, а вместо них выдал тонкие и очень мягкие покрывала.

– Промокли совсем, – посмотрел он на нас с сочувствием. – Мисс Ингелоу ждет вас в малой гостиной. Вот и Седрик, он проводит.

Седрик – тощий мальчишка лет десяти, поприветствовал нас как полагается, с поклоном. Мы шагали за ним, и я рассматривала внутреннее убранство дома: дощатый, выкрашенный в коричневый цвет, пол; простенькие люстры под потолком, на окнах занавески из дешевой ткани. Мебели или совсем не было, или только необходимая: проходя мимо столовой, я заглянула в нее и удивилась. Огромный дом Джины Ингелоу был так красив снаружи и так прост внутри.

Скрипнула дверь, и металлический скрежет выдернул меня из размышлений.

– Прошу, входите, – Седрик пригласил нас в гостиную, и мы, не мешкая, послушались.

В нос ударил резкий запах лаванды, но его тут же перебил свежий аромат хвои.

Джина Ингелоу с задумчивостью во взгляде встретила нас, не поднявшись из кресла. Махнула рукой Седрику, чтобы тот вышел, и заговорила:

– Я ждала мистера Болейна.

– Почему? – хмуро спросил Риган. – Что могло понадобиться исследователю нечисти от владельца верфей?

– Ты устраиваешь мне допрос?

– Нет, всего лишь любопытствую. Джина, ты ведь знаешь, что мы не приходим к тебе просто так…

Тонкие губы, накрашенные алой помадой, сжались. В темных глазах писательницы мелькнул испуг, но всего на миг. Она поправила черную прядь, выбившуюся из прически, и встала.

– Охотники меня уже давно не навещали. Что требуется в этот раз?

– Почти то же самое, что и в прошлый, – Риган расслабленно опустился в кресло, чувствуя себя как дома. Он даже закинул ногу на ногу: какая невоспитанность!

Джин тоже села. Я осталась на месте, практически сросшись с полом. Не знала, куда девать свои руки, и нервно теребила пуговицу на платье. Взглядом скользила по бесконечным книжным полкам, по столу, сплошь заваленному бумагами и перьями.

– Вырвался? – спросила мисс Ингелоу недовольно.

Риган кивнул.

– Если за последние годы ты хоть немного продвинулись в своих исследованиях, то я могу надеяться на помощь? Как уничтожить его, Джина?

Мисс Ингелоу открыла рот, чтобы что-то ответить, но дверь вдруг распахнулась.

– Прошу прощения, мисс, – Седрик сделал виноватое лицо. – К вам мистер… Болейн. Еще один.

Я, плохо осознавая, что делаю, мышкой юркнула под рабочий стол Джины и затаилась там. Всего через долю секунды Риган поступил точно так же! Мы прижались друг к другу, а в это время в гостиной раздались шаги моего отца.

– Здравствуй, Джина, – поприветствовал он писательницу. Послышался шорох платья, влажный поцелуй в щеку. – Выглядишь прекрасно.

– И ты, Ландорф, хорошеешь с каждым днем. Присаживайся, прошу. Задержался из-за непогоды?

– Мой конюх не вовремя проснулся.

– Снова пил?

– Как всегда.

– Почему ты его не уволишь? Он так наплевательски относится к своей работе!

– Куда ему идти? – хмыкнул мистер Болейн. – Пьянчуг в хорошие дома на работу не берут.

– А твое какое дело?

– Сын он мне, – со вздохом ответил Ландорф.

Я, услышав это, подпрыгнула на месте и едва не ударилась головой о крышку стола. Риган схватил меня за руку, прижал палец к моим губам. Мои глаза сделались круглыми, и, наверное, такими смешными, что Риган улыбнулся.

– Я догадывалась, – ответила Джина. – Не думала, правда, что ты в этом признаешься.

– Теперь уже нет никакого смысла скрывать что-либо. Моя супруга оставила этот мир, а больше некому на меня обижаться.

– Твоя дочь знает правду?

– Нет у меня больше дочери. Она ушла, не сумев принять мою новую любовь.

– Ты влюблен?

Ландорф Болейн ничего не ответил вслух. Наверное, просто кивнул, но я этого не видела. Очень мне хотелось выглянуть из-под стола, но Риган держал меня обеими руками. Муж был так близко, что я беспрепятственно положила голову на его плечо и в тот же миг успокоилась. От мужчины приятно пахло травами, которыми его лечила Ванесса. От его кожи исходило тепло. Я пригрелась и даже позволила себе приобнять Ригана за плечи, забыв о смущении.

Мне казалось, что мое тяжелое дыхание выдаст нас, и я еще сильнее прижалась к мужу. Он погладил меня по спине, по волосам, и поправил капюшон.

– Бранда Дью еще совсем молода, но так хороша собой, – сказал Ландорф. – Я не мог противостоять ее чарам. Тебе ли не знать, дорогая, какие слабые сердца у мужчин.

Риган напрягся. Вцепился в мое плечо пальцами. Я нахмурилась: разве он не слышал, что я рассказывала Ванессе в ту ночь? Он не