Жаркие свидания - Сара Орвиг

Взяв письмо, Эмили начала читать.

– О боже, – произнесла она наконец, с изумлением глядя на Джейка. – Вы с Тейном были братьями.

– И я не знал об этом.

– О боже. Бен Уорнер – ваш отец. И никто не знает?

– Никто, кроме моей матери, отца Тейна, какого-то доктора, который мне незнаком, и нас с вами.

– Ух ты. Так вы вовсе не Ральстон?

Джейк улыбнулся и кивнул:

– Да. Так что, возможно, те, кто меня ненавидел, могут позабыть о своей антипатии и сменить гнев на милость.

– Ну, это же просто смешно.

– Может, и так, но мы с вами больше не являем собой яркий пример того, как Ральстон и Кинкейд могут прекрасно ладить.

– Вы можете никому не рассказывать об открытии – и тогда мы будем примером. Об этом вовсе не обязательно знать всем. Тейна больше нет. В вашей жизни ничего не изменится, если все узнают. Да и потом, разве вы хотите причинить боль Бену Уорнеру, вашей матери, а миссис Уорнер? Не рассказывайте ни о чем. Мистер Уорнер хранил тайну все эти годы, и ваша мама тоже. Может, не стоит посвящать в подробности остальных?

– Я согласен. Наверное, именно поэтому мистер Уорнер всегда так интересовался моими делами. Жаль, что Тейн ничего не знал – да только мы с ним и так были словно братья. А тот, кого я считал своим отцом, никогда мной не интересовался – теперь, думаю, я понимаю почему. А я просто думал, что он не умеет любить.

– А что написано в вашем свидетельстве о рождении?

– Написано, что мой отец – Дуайт Ральстон, но полагаю, за эту бумажку заплатили немалые деньги. – Джейк склонил голову и пристально посмотрел на Эмили. – Я не хочу причинять боль маме и Уорнерам. Наверное, стоит избавиться от письма и никому не говорить правды.

Эмили задумалась. На несколько минут в комнате воцарилось молчание.

– Думаю, да, вам нужно молчать, – произнесла наконец девушка. – Право решать, кому рассказывать, должно остаться за вашей мамой. И потом, если никто не узнает, это поможет нам покончить с семейными распрями.

– Вы правы. Пожалуй, не буду больше рассказывать никому.

– Да, это будет ударом для матери Тейна.

– Я не хочу причинять ей боль. Порвать письмо?

– Наверное, не стоит. Ведь оно – единственное доказательство правды.

– Всегда можно провести экспертизу ДНК. Ну что ж, тогда пока положу письмо в сейф. – Джейк покачал головой. – Хорошо, что мне никогда не приходила в голову мысль о свидании с Камиллой Уорнер.

– Я удивлена, что не приходила. Разве она – как это вы говорили – не из тех, кто вам нравится?

Джейк пожал плечами.

– Я помнил ее с детства – и она всегда казалась мне слишком маленькой. Между нами никогда не было и намека на взаимный интерес.

Взглянув в глаза Эмили, он понял, что она думает сейчас о том же, о чем и он: взаимный интерес между ними был настолько очевиден, что не нужны были и намеки. Глядя на порозовевшее лицо девушки, Джейк хотел лишь одного: снова поцеловать ее, и ее глаза говорили, что она разделяет его чувства.

Решительно отодвинув в сторону бумаги, Джейк встал и подошел к креслу Эмили.

– Джейк, – прошептала она.

Снова поставив руки на подлокотники и наклонившись, он произнес:

– Вас выдают ваши глаза. От одного поцелуя ничего не изменится.

– Один поцелуй может изменить всю жизнь, – возразила Эмили.

– Нет, мы не позволим такому случиться, – ответил Джейк, приподнимая Эмили и помогая ей встать.

– Джейк, это неправильно.

– Почему? Мы с вами взрослые люди, в данный момент не в отношениях – что плохого в том, что мы делаем?

Джейк нежно провел губами по уху Эмили – от нее исходил тонкий аромат духов, и вся она была такая нежная, мягкая, соблазнительная… Он нашел губами ее губы и крепко обнял за талию – удары ее сердца отдавались в его груди. О, снять бы сейчас с нее всю одежду, целовать и исследовать каждый сантиметр тела всю ночь напролет. Эмили тоже обхватила Джейка руками за шею и прижалась к нему – каждое ее движение распаляло его все сильнее. Ни одна женщина прежде не порождала в нем желания такой силы.

Рука его спустилась ниже по шее, к округлой мягкой груди, еще ниже, по животу к кромке толстовки – и скользнула под одежду. Нащупав кружевной лиф, Джейк приподнял его, и в ладонь ему легла обнаженная грудь девушки – большими пальцами он провел по ее соскам. Эмили застонала и прошептала:

– Джейк, хватит.

Отстранившись, она снова опустила лиф и толстовку. Но Джейк с трудом мог себя обуздать – сердце его колотилось так отчаянно, что казалось, вот-вот выпрыгнет. Никогда прежде он никого так не хотел, как сейчас – Эмили. Позабылись мысли о том, что отношения между ними должны быть сугубо деловыми – осталось лишь желание, и оно, Джейк это знал, было взаимным. Несмотря на то что Эмили первая отстранилась, она не ушла – и лишь смотрела на него.

– Мы здесь по делу, нам некогда думать о поцелуях, – прошептала она.

– Слишком поздно – и потом, дело это временное. Наверное, нам стоит забыть о нарушении делового этикета – все равно мы уже переступили черту.

– Ты сейчас мне совсем не помогаешь.

– Я знаю, но все это потому, что я хочу…

– Прекрати, – оборвала его Эмили, качая головой. – Не хочу это слышать. Нам нужно действовать разумно и рассудительно, если хотим закончить работу.