Алмазная искра для драконов - Людмила Вовченко

Из магического марева вышла дуэлянтка.

Алария из рода Гортанель.

Она была в зелёной мантии, с разрезами до бёдер, и сотней колец на пальцах. Глаза — цвета болотной воды, волосы тёмные, как кора. На губах — насмешка.

— Искра во плоти. Ну что ж. Покажем, кто умеет гореть ярче?

— Ты хочешь слепить меня блёстками? — усмехнулась Елена. — Или словесной кислотой?

— Я покажу, что бывает с теми, кто думает, будто богиня им гарантирует победу.

И поединок начался.

* * *

Алария первой пустила магию: иллюзии — целые волны.

Перед глазами Елены заклубился дым — и вдруг она оказалась… в пепле. Всё сгорело. Гнездо разрушено. Мужья мертвы. Сама она — одна. Даже фамильяры исчезли.

Голос внутри головы:

«Ты поздно. Ты проиграла. Ты — ошибка».

Но это было неправда.

Елена сделала вдох.

— Ложь. Я — жива. И во мне целый род.

В глазах вспыхнул алмазный свет, и иллюзия рассыпалась в пыль.

* * *

Следующая волна — соблазн. Иллюзия Ильварри, тянущийся к ней, предлагающий сдаться, «отдохнуть», забыть обязанности, гнездо, род…

— Слишком банально, — усмехнулась она. — Ты бы хоть в мимике потренировалась.

Она разрезала иллюзию, взмахом руки. Фамильяры запели — тонко, но ярко. Они вливали магию в её кровь, рождая пульс алмазной искры.

И тогда Алария изменилась.

Она сорвала мантию, под ней — змеевидная кожа. И глаза — больше не болотные, а чёрные, как ночь. Из её спины вырвались крылья.

— Ты не род Гортанель… — прошептала Елена.

— Наконец-то поняла, — хрипло прошипела та. — Я — подставная. Шпионка Ледяной Ветви. Мы смотрим. Мы ждём. И ты — только начало.

Она метнула заклинание, похожее на осколок стеклянного яда, прямо в сердце.

Елена не успела бы, если бы не…

— Я здесь. — прошептал кто-то внутри неё.

Алмаз на груди вспыхнул, и из её руки вырвалась волна пульсирующего света.

Удар. Магия взорвала поле дуэли.

И Алария отлетела, крича, сгорая в пламени, которое не оставляло ожогов, но выжигало ложь.

* * *

Вся долина загудела. Песок под ногами расплавился. А на вершине холма показалась… Зара.

Богиня была в белоснежном одеянии, лёгком, как пар. Волосы — сияли, глаза — серьёзные.

— Ты вызвала силу рода. Ты прошла.

— Это была ловушка?

— Это было испытание. И они часто совпадают.

* * *

Елена стояла среди пепла, дышала тяжело. К ней бросились мужчины.

Каэль схватил её за плечи, смотрел в глаза:

— Всё в порядке?

— Нет, — прошептала она. — Теперь началось настоящее.

Реймар встал рядом, опираясь на меч.

— Ледяная ветвь. Значит, кто-то из Совета уже предал.

Таэрон поднял руку, в которой держал обломок кристалла.

— Она оставила это. Кровь. И знак. Этот знак — из прошлого. Вымершего рода, которого не должно быть.

* * *

А где-то, в ледяной пещере, женщина с глазами без зрачков сказала:

— Искра вспыхнула. Пора… выпустить тьму.

Глава 14

Глава 14

Возвращение в гнездо было не триумфом, а молчаливым маршем победы.

Фамильяры кружили над крышей, словно охрана. Драконьи глифы на входной арке пульсировали светом, как сердцебиение.

— Я дома, — прошептала Елена, и только тогда поняла, как сильно устала.

Не от магии. От напряжения. От необходимости быть сильной каждое мгновение. От взглядов. От ожиданий.

Она хотела падать лицом в подушки и дрыхнуть сутки. Или двое. Или до следующего века.

Но вместо этого…

— Разойдись, — велел Каэль, внося её на руках, как раненую богиню. — Она белее льда. Кто тронет — останется без рук.

— Я просто немного перегорела, — буркнула Елена, уткнувшись в его шею. — У тебя шея удобная, кстати. Надо будет использовать почаще.

— Уже записываю в список обязанностей: «подушка с функцией защиты».

* * *

Таэрон шёл следом, неся плащ и одновременно дразня фамильяров.

— Героиня дня, конечно, хороша, но где моя медаль за моральную устойчивость? Я пережил ревность, бой, аромат чужой магии — и ни разу не начал читать поэзию.

— Это угроза?

— Почти.

В библиотеке Реймар готовил отвар с таким сосредоточенным лицом, будто собирался варить зелье бессмертия.

— Она должна восстановиться. И сразу — защита. С сегодняшнего дня никто не заходит в дом без ритуала проверки. Ни гости, ни даже претенденты. Особенно претенденты.

— Это ты так мягко хочешь сказать «нет новых мужиков»?

— Это я хочу сказать, что в наш дом впустили ложь, — отрезал он.

* * *

После ванны, похожей на облако, с лепестками лаванды и драконьим молоком, Елена чувствовала себя человеком. Почти.

Она стояла у зеркала в длинной сорочке цвета инея, с распущенными волосами, и смотрела на своё отражение.

На лице — шрам, тонкий, едва заметный, под скулой. След от магии Аларии.

— Становится модно. Может, и остальным шрамы пририсовать, чтоб гармонировали, — пробормотала она.

— Я против, — раздался голос Ильварри.

Он стоял в дверях, опираясь на косяк. На нём был чёрный халат, волосы собраны в тугой хвост. Глаза — отражали свет, как зеркала.

— Ты пришёл снова сказать, что боишься, что я не выберу тебя?

— Нет. Сегодня я боюсь, что выбрал тебя слишком рано.

Он подошёл ближе. Их дыхание смешалось.

— Ты не должна быть одна. Даже ночью. Даже сильной.

— Ты ведь понимаешь, что я всё равно всё контролирую? Даже когда закрываю глаза.

— А я — не против быть тем, кого ты держишь за руку, пока контролируешь остальное.

Он коснулся её шрама губами.

И вышел.

* * *

Спать не получилось.

Позже, в общей зале, где горел магический огонь, собрались все трое мужчин. Елена сидела в кресле, укутавшись в плед. На её коленях — фамильяр Фьёкки, тихо пыхтя.

— Кто-то помог Аларии. Изнутри. — Реймар перебирал бумаги с отметками магии. — Следы искажения слишком точные. Она не прошла бы защиту долины, если бы кто-то не отключил наш щит извне.

— Кто? — спросила она.

Каэль взглянул на неё, прищуренно.

— У меня есть одна догадка. Но она… неприятна.

— Говори.

— Один из фамильяров мог быть подменён. Или заколдован. Мы никогда не считали, что через них может прийти враждебный маг. Это было бы… святотатством.

— Значит, они нарушают законы. — Елена поднялась. — И