Золотистая пыль - Татьяна де Ронэ

— Ну, конечно! Вы же тогда тоже жили в «Мэйп-се»! Как я могла забыть? — воскликнула Ленни.

— Да, жила. И, как я теперь припоминаю, съемки проходили с невероятными сложностями.

На экране журналистка продолжала интервью.

— Как долго вы общались с актрисой? И что, по-вашему, в ней было особенного?

— Мэрилин вообще была особенной. Ей были интересны люди, включая таких, как я, — обслуживающий персонал, на кого обычно никто не обращает внимания. Она даже выразила желание познакомиться с моей дочкой, которой тогда было три года. И попросила дирекцию гостиницы, чтобы именно я обслуживала ее номер. На протяжении нескольких месяцев я видела ее почти каждый день.

— Поделитесь с нами самым ярким воспоминанием о Мэрилин.

— Трудно выбрать что-то одно… Но, пожалуй, это был день, когда она пригласила меня на съемки.

На лице немолодой женщины появилась улыбка: да, в тот день Мэрилин сыграла самую трудную, самую волнующую свою сцену. Незабываемую. Женщина провела рукой по коротким волосам с легкой проседью, и ее лицо с большими зелеными глазами озарилось улыбкой.

Старая дама хлопнула здоровой рукой по коленке так энергично, что Ленни вздрогнула.

— Черт! Я видела эту женщину. Я помню ее глаза. Улыбку. Запишите, пожалуйста, ее имя. Оно сейчас на экране. Поскорее, прошу вас!

Журналистка продолжала:

— Значит, вы встретили в «Мэйпсе» Мэрилин Монро. В тот момент она переживала, возможно, самый сложный момент в своей карьере. Вы с ней подружились?

— В каком-то смысле да. Но после ее отъезда из «Мэйпса» мы больше не виделись.

— Доктор Полин Базеле, — повторила Ленни, делая запись в блокноте. — Ветеринар в Маунт-Шаста, Калифорния. Вот, я все записала.

— И каким образом Мэрилин изменила вашу жизнь? Что конкретно она сделала?

— Я была молода, жила однообразной неинтересной жизнью. Чувствовала себя в ловушке и не знала, как из нее вырваться. Мэрилин помогла мне поверить в себя. И сделала мне подарок.

— Какой?

— Это личное. Предпочитаю хранить это для себя. Скажу только, что он послужил для меня трамплином, и в тот год я уехала из Рино.

— «Мэйпс» был для вас особенным местом. Что вы почувствовали, увидев несколько минут тому назад, как его не стало?

— Почувствовала, что вместе с ним ушла частичка моей жизни.

— Спасибо, доктор Базеле.

Старая дама энергично поднялась с кресла.

— Ленни, послушайте! С этой дурацкой рукой я ничего не могу делать. Пожалуйста, отберите среди моих папок все, где написано «Рино, Невада, 1960».

Ленни отправилась к письменному столу.

— Нашла семь, нет, восемь. Вам нужны все?

— Да, все.

— Что вы ищете?

— Сейчас увидите. Вы же знаете, как я люблю рыться в своем архиве, натыкаться на то, о чем забыла, перетряхивать воспоминания.

Ленни посмотрела на нее с нежностью:

— А я люблю, когда вы улыбаетесь.

— Мне не помешает еще один стаканчик каберне. Сегодня нам предстоит долгое путешествие. Направление: город Рино, Невада. Вас я беру с собой.

Рино, Невада

Тот же день.

Воскресенье, 30 января 2000 года

8 часов 30 минут

— Француженка! Я сразу тебя узнала!

Давным-давно никто не называл так Полин. Женщина, ее ровесница, тянула ее за рукав, толпа растекалась в разные стороны, и Полин потеряла из виду Джимми и Билли-Перл. Полин смотрела на женщину, пытаясь сообразить, кто бы это мог быть.

— Я Китти. Помнишь меня?

— Китти! — воскликнула Полин. — Конечно, помню!

Китти засмеялась, показав белоснежные зубы. Да, она поменяла прическу и к тому же не раз побывала у пластического хирурга: подправила нос, подбородок и еще кое-что по мелочи. Китти помахала в воздухе рукой с длинными красными ногтями. А вот Полин совсем не изменилась, все такая же высокая и стройная! У Китти после отъезда Полин родилось еще трое ребятишек. От двух мужей, теперь бывших. А как Полин? Как она жила все это время? Китти всегда помнила подружку-француженку. И глупых девчонок, зеленых от зависти из-за миссис Миллер.

— Ты здорово держалась во время интервью! Неужели не волновалась? Совсем не было заметно. Скажи, а ты с ней еще виделась?

— С миссис Миллер? Нет. Она через два года умерла.

— Знаешь, когда я об этом узнала, сразу почему-то подумала о тебе. Через неделю после твоего отъезда из Рино умер Кларк Гейбл. И Монтгомери Клифт тоже сыграл в ящик в 1966-м. Просто не фильм, а катастрофа!

Полин узнавала голос, интонации Китти и ее глаза, точно такие же, как она помнила, на ее изменившемся, странно неподвижном лице. Казалось бы, трудно уместить сорок лет жизни в несколько минут, но Китти осталась такой же болтушкой и успела рассказать о своих бурных разводах, о жалких алиментах, о пяти ребятишках, которых пришлось поднимать одной. Конечно, что тут говорить, хлебнула по полной. Но теперь, когда стала бабушкой, она всем довольна, ей живется гораздо легче. А взрыв этот ее огорчил. Она была уверена, что «хранители» все же в последнюю минуту спасут отель. Она работала в «Мэйпсе» до последнего дня, а потом перешла в гостиницу в Карсон-Сити, куда уехала с третьим мужем. Полин знает, что Милдред Джонс недавно умерла? Она с годами смягчилась и всегда по-доброму вспоминала «француженку».

Полин ничего не пришлось рассказывать, только отвечать на вопросы Китти. Да, она так и живет в Калифорнии. Нет, в Рино теперь приезжает редко. Да и зачем? Мама и отчим на кладбище в Маунтин-Вью. Нет, замуж так и не вышла, и детей, кроме Лили, тоже нет. Да, были кое-какие истории, но без продолжения.

— Что-то грустновато, а? Как скажешь? Всю жизнь потратила на работу…

— Не знаю… Возможно. Но знаешь, не так давно я встретила…

— Тогда рассказывай!

Китти протянула Полин сигарету, и, затянувшись, Полин словно бы оказалась в прошлом. Им обеим по двадцать, они в форменных платьях «Мэйпс». Полин рассказала Китти о Нике, об их первой встрече на ужине в доме друзей, о том, как между ними сразу возникло взаимное притяжение.

— Так ты что? Влюбилась?

— Да. Впервые в жизни. Влюбилась до безумия. Оказывается, нужно было дожить до шестидесяти.

Обе звонко расхохотались.

— А дочка как? Такая была лапочка!

Лили сорок три, она замужем, муж отличный парень, у нее двое детей, она работает с Полин в их ветеринарной клинике.

— Но, в общем, ты своего добилась, француженка! Стала ветеринаром, как мечтала.

Да, стала. Но ценой каких усилий, призналась Полин. С самого начала, уезжая из Рино, она понимала, что отдыхать будет некогда и придется крутиться. Она стажировалась в клинике, давала уроки французского и подрабатывала официанткой. За этот первый год она сдала экзамены на аттестат, получила его и подала заявку на стипендию в университете в Дейвисе.

— Неужели получила?

— Представь себе, да! И мы