Тянет к тебе - Ана Сакру

– Да просто подружка фото прислала с Яриком. Когда он с ней в Калининград ездил. Профессиональные, хочешь посмотреть?

И отдает гаджет! Блять, нет!

Проклинаю сучку Душку взглядом. В ответ сестричка нагло дергает бровью и задирает нос. О, она специально, я знаю, да!

Мстительная коза! Хочется сползти под стол. Бабуля хмурясь листает. Потом и вовсе, поджав губы, напяливает на нос очки.

Да бля…

– Дорогой, вы встречаетесь? – наконец вскидывает бабушка требовательный взгляд на меня. И это сказано не как вопрос! – Почему ты молчал?

Приоткрываю рот, но без понятия что говорить.

Зато это отлично знает Лида!

– О, нет, бабуль, они не вместе. Ярик давно за ней ходит хвостом, но боится серьезных отношений, так что просто страдает пока в одиночестве. Да, братик? – хлопает на меня ресницами и мило улыбается.

Придушу.

– Ты не много на себя берешь? – тихо шиплю на сестру.

– Ой, я давно подозревала что-то такое, – вдруг оживленно вставляет бабуля и чуть подается ко мне через стол, раскачивая в руке за тонкую ножку бокал вина, – Милый, это глупо. Ты уже взрослый мальчик, стоит просто попробовать.

– Бабуль, что ты слушаешь ее больные фантазии! – начинает подрывать меня.

Что это вообще за абсурд! Они теперь вдвоем меня лечить собрались?!

Но бабушка будто вообще не слышит меня, продолжая томно рассуждать.

– Знаешь, ты всегда был глубоко ранимым мальчиком…

– Я?! – поднимаю брови на лоб.

– А ведь все проблемы родом из детства, – тыкает бабушка в мою сторону пальцем.

– У меня было прекрасное детство! – искренне возмущаюсь.

– Родился ты слабенький, с гипоксией, 7/8 по Апгар, семимесячный, с весом недобор, все время, просто бесконечно орал, срыгивал фонтаном, понос, – мечтательно перечисляет.

– Я уже чувствую себя инвалидом, благодарю, – бормочу, злобно косясь то на ностальгирующую бабушку, то на лучезарно улыбающуюся сестру.

– Мать твоя сама еще ребенок была, вечно плакала, уставала, – это бабушка говорит уже с легким укором, чувствующимся в голосе, – И одновременно никаких нянек нормально признать не могла. Эта вечная тревожность ее! Я ей всегда говорила, что она с молоком передается. Не может быть спокойного ребенка у нервной матери!

– Это все очень захватывающе, но причем тут моя личная жизнь, – отрезаю.

– Как причем? – разводит руками бабушка, и вино опасно плещется в ее бокале, – А потом Лидушка родилась. Беспроблемная, такое солнышко! И девочка, и младшенькая, и все внимание на нее, а ты вдруг в полтора годика встал взрослым! Еще и мать твоя учиться пошла, и конечно на дневное! Успокоилась наконец, отпустила. И в доме только няньки. А как придет с учебы, так Лидушке ж больше надо, да… Знаешь, милый, вот есть книга “Тайная опора”, там про ваш случай очень хорошо написано.

– Какой такой случай?! – почти рычу, расстегивая вторую пуговицу рубашки. Что-то и она давить стала.

– Как какой? Разрыв привязанности в матерью, конечно!

– Бабуль, при всем уважении, вернись к Агате Кристи, а?! Это полезней будет литература.

Но кто бы слушал меня! Бабушка вдохновенно продолжает.

– И Кирюша всегда строг с тобой был, а Лиду баловал. Дочка же. Девочка. Я отцу твоему, своему сыну, говорила, что нельзя так! Но у него же своя голова. Да и я, прости меня, милый, не самая подходящая бабушка для малышей. Ни тебе лишней ласки, ни горы блинов, – покаянно вздыхает и грустно улыбается.

– Ты шикарная бабушка, – бурчу, чувствуя как тело начинает знобить.

Бабуля какой-то бред говорит, но меня вдруг пробивает. Сердце неровно колотится, в носу тревожно щиплет…

Да ну… Фигня это все…

– Но это все надо просто преодолеть, дорогой, – подытоживает бабуля, – Ты же знаешь, мы тебя любим. И я, и отец, и мать.

– Я знаю, – отзываюсь дрогнувшим голосом.

– И даже если мы что-то делали не так, не надо бояться эмоциональных связей.

– Да я не боюсь! – повышаю голос, не выдерживая.

– Боишься, – встревает Лида.

– Я тебя прибью, – в ответ шиплю, – Никакая связь не спасет.

– Дамы, да отстаньте от парня, насели! – наконец вклинивается Иван Глебович, протягивая мне “спасательный круг” и рюмку, – Не хочет и ладно, без вас с юбками разберется! Все нормально у него! Молодой еще. Двадцать лет! Что ему теперь? На первой же жениться что ли? Пусть гуляет.

– Спасибо, дядь Вань, – искренне благодарю, забирая стопку себе.

Поднимаем. Чокаемся. Иван Глебович хитро подмигивает, прежде чем выпить.

– Но и ты не забывай, Ярослав. Если долго смотреть на красивую девушку, то можно увидеть, как она выходит замуж.

Черт. Прямо под глоток выдал. Чудом не давлюсь. Носоглотку обжигает. Во рту и в душе горько.

Внезапно вспоминаю, как в самолете качок весь полет клеился к Кудряхе. И так внутри тоскливо сосет. Невыносимо.

Вот зачем только Иван Глебович это сказал?!

Глава 39. Ярик

Я валяюсь на кровати в своей комнате в родительском доме. От выпитого за ужином коньяка тяжелая голова.

Темно. Тихо. Завтра рано вставать…

А я все лежу и до заслезившихся глаз пялюсь в светящийся экран телефона, корпус которого сжимаю влажной горячей рукой. Меня потряхивает так, будто готовлюсь прыгнуть с десятиметровой вышки в бассейне.

Умом понимаю, что ничего страшного не произойдет, а грудную клетку все равно сдавливает предчувствием стремительного падения, легкие уже обжигает нехваткой кислорода, и толща воды с громким всплеском смыкается над головой.

Лида отказалась пересылать мне фотки от Эндж. Сказала, чтобы просил у нее сам.

Хоть какой-то адекватный предлог, да?Что ж…

Открываю мессенджер и зависаю на контакте Кудряхи. Вот кора будет, если я тут собираюсь с силами полчаса, а она тупо заблокировала меня.

“Яр, ты идиот. Просто сделай это,” – подначиваю себя. Пишу.

Яр: Привет

Стираю. Да блять. Это тупо, нет?

Ну а как еще? Не "Доброго вечера" же…

Набираю снова.

Яр: Привет :-)

Эм, нет, на хрен смайл! Стираю.

Яр: Привет. Скинешь фотки?

Смотрю, не мигая, на сухие строчки, пока они не начинают плыть перед глазами. И не дав себе передумать, отправляю.

Ушло. Доставлено. Перестаю дышать. А когда вижу, что почти сразу прочитано, меня будто кипятком обдает.

Ответит?!

Секунда, две, три… Твою мать!

А, бля, пишет! Волной шипящего адреналина подрывает, и я резко сажусь на кровати, уставившись в телефон.

Эндж: Привет. Какие?

Яр: С фотосессии со свадьбы

Эндж: Ок

И все. Просто "ок". Ей букв жалко что ли?! Или хотя бы улыбающейся скобочки…

А через несколько секунд мне прилетают фотки. Много. С просто свадьбы еще, хоть мы почти весь банкет и прогуляли.

Смотрю их,