Тянет к тебе - Ана Сакру

– Да-а-а, – тянет со значением, дергая бровью.

И я понимаю, что он просто подыгрывает парням, но мгновенно каменею. Даже не от наличия у него какой-то непонятной секретарши, а от тона, каким он об этом говорит.

– Оу, ебабельная? – допытывается Ваня.

Ярик щурит один глаз, медля с ответом, будто вспоминает ее и прямо сейчас оценивает.

И мне… Честно, мне хочется ему всечь!

Все томление внутри, что накопилось за день, мигом превращается в кипящую раздражением лаву.

Он неисправим! О чем я только думала, блин?! Придурок…

– Ну… Ничего такая, – Яр вертит в итоге в воздухе рукой неопределенно.

– А фото есть? – Ваня все не отстает.

– Да откуда?! – смеется с него Ярик.

– Ну соцсети там…

– Без понятия про ее соцсети. Ты бы порнухи смотрел поменьше, а, Чиж? Совсем мозги сцедил, – Тихий уже откровенно над ним ржет.

И вместе с ним весь наш стол.

Яр рывком берет шею Ваньки в захват и тормошит ему волосы. Тот пыхтит, пытаясь вырваться, и тоже хохочет. Возятся рядом со мной, как боевые воробьи. Отсаживаюсь подальше, чтобы не снесли.

– Да, бля, вот такая вот жизнь! – весь красный, весело бурчит Ваня, когда ему удаётся скинуть руку Яра с себя, – Кому-то смотреть порнуху про секретаршу, а кому- то самому снимать. Нормально устроился, одобряю!

– Да не…– Ярик чешет бровь, качая головой, и случайно скашивает взгляд в мою сторону.

И наверно у меня невероятно красноречивое застывшее лицо, потому что он мгновенно перестает улыбаться. Будто рубильник дернули.

– Кхм, – прочищает горло, дергая кадыком. Хмурится, резко крутанув в руках бутылку пива, – Да там вообще не до этого на самом деле. Отец будто специально мне скинул самый жопный отдел. Да и в принципе мне это все на работе на хрен не надо. Так что я даже не думаю о таком, – говорит без тени улыбки, серьезно.

– Ага, рассказывай. Ну хоть раз то отсосала под столом, – подаёт голос Богдан, криво улыбаясь, – Это будешь не ты, если нет…

– Фома, завязывай, – рычит на него Яр тихо, бросая тяжелый взгляд исподлобья, а потом снова мельком косится на меня, —Пока опять не получил…

– Ну все, пацаны, хорош, задрали! – раздражается Эмиль, – Это вообще-то днюха моя!

– Да я то че?! Это Тихому скажи своему бешеному! – разводит руками Богдан.

– Ты успокоишься – нет?! – подрывается Яр.

Воздух вокруг мгновенно начинает звенеть, накаляясь. Не хватало, чтобы сцепились опять.

Все. Мне это надоело.

Вжикаю молнией, застегивая зипку, и встаю со скамьи.

– Ты куда? – Яр перехватывает мое запястье, останавливая, требовательно ловит взгляд.

– В туалет, – высвобождаю руку из его пальцев.

Сунув ладони в глубокие карманы зипки, ухожу. Территория дачи небольшая, все на виду, и идти тут особо некуда. А побыть одной в тишине и просто подышать хочется очень.

Потому я сворачиваю к гостевому домику, в котором застолбили комнату мы с Лидой, и присаживаюсь прямо на ступеньки маленького крыльца.

Здесь тихо и пахнет ночью. Шум ребят приглушен, слышно сверчков, видно звезды на черном небе и зеркальную гладь небольшого озера.

Я не то, чтобы расстроена, я даже верю, что не было у Яра ничего с этой его секретаршей, просто… Неприятно было это все.

Он будто вдруг забыл, что я рядом, и что меня его шуточки могут ранить.

Хотя почему забыл? Разве он мне что-то должен? Что-то обещал?

Оттягиваю ворот зипки и зарываюсь носом в мягкую плотную ткань. Жадно дышу, закрыв глаза. И внутри, несмотря ни на что, упрямо чувственно трепещет. В голове кружит.

Шаги. Резко распахиваю глаза, перестав нюхать кофту.

Яр. Идет ко мне, пряча руки в карманах серых спортивных штанов.

Присаживается на ступеньку рядом. Легонько толкает меня плечом в плечо.

– Ты что тут спряталась? – тихо.

– Ничего, просто, – бормочу, слепо смотря на озеро впереди.

– Из -за этого бреда про секретаршу?

– Нет, – качаю головой.

Сердце начинает где-то в горле частить, по телу простреливают токи. Как-то слишком интимно вокруг все. Ночь, тишина, Яр, его кофта на мне, разговор…

– Нет? – переспрашивает Ярик. По тону слышно, что не верит, – Мне это правда на хрен не надо… Кудряшка…– перехватывает пальцами мой подбородок и поворачивает к себе. Секунда, и наши лица так близко, что его дыхание оседает на моих губах, – Энджи, слышишь меня? – глухо, с нажимом и будто с мольбой.

И я слышу. Но не столько его слова, как то, как все во мне тянется к Яру. Завтра я наверно опять горько об этом пожалею, но сегодня я, качнувшись, сама прижимаюсь своими губами к его.

Глава 43. Анжелика

В кромешной темноте пятимся с Яром по коридору гостевого дома. Его руки жадно шарят по моему телу, то пробираясь под толстовку, то спускаясь на задницу и нахально сминая ее.

Шумно дышим друг другу в рот, целуясь. Крепко обнимаю его за шею, практически повиснув. Переступаю на носочках, ноги ватные, не держат, дрожат. Я вся – лихорадочное предвкушение, потому что точно знаю, что с ним мне будет хорошо.

Так хорошо, как никогда и ни с кем. И я очень хочу этого. – Сюда? – хрипло спрашивает Ярик, кивнув на дверь в одну из комнат.

– Мхм, – мычу, заливаясь жарким румянцем, – Яр, я там с Лидой…

– Понял, – затягивает меня внутрь, – Где ее сумка, она разбирала ее?

– Вот, – показываю на вещи подруги, – Вроде бы нет…

– Ок, – просто берет и выставляет сумку за дверь, а затем захлопывает ее и проворачивает замок, закрывая нас.

– Эм, не думаю, что…

– Все отлично, забей, – перебивает Яр нетерпеливо и снова сжимает меня в объятиях.

Целует беспорядочно лицо и шею, пятится со мной к кровати, пока я растерянно продолжаю бормотать.

– Она не обидится? – Нет. – Я бы… – Кудряш, поверь, она только "за", – отрезает и затыкает мне рот, толкая язык сквозь мои приоткрытые губы.

В ответ вдоль позвоночника тянущая вибрация проходит. Глухо стону, забывая о Лиде и вообще обо всем.

Яр поспешно избавляет меня от зипки, неуклюже стаскиваю с него футболку через голову, он тянет наверх мою и сразу спускает бретельки бюстика вниз по моим плечам, пока белье не повисает под грудью, оголяя полушария. Шумно выдохнув, прижимает к себе, тремся обнаженными по пояс телами, распаляясь все больше.

Мои ноги упираются в матрас. Запрокидываю голову, прикрыв глаза, пока Яр влажно целует мою шею. Мои пальцы скользят по его разгоряченной коже спины, ловят мышечную дрожь от прикосновений. Его вставший член вдавливается в мое бедро, и от этого так сладко и