Дневник Ричарда Хоффа - Петр Добрянский

– Зачем нам мистер Кук? Вы разве не собираетесь остаться?

– Ха. Я очень ценю ваше предложение, но у меня много работы, я сегодня же отправляюсь обратно для подготовки дела.

– Скажите мне на милость, почему мы не можем вас арестовать и бросить гнить вместе с мистером Куком на веки вечные?

– Хороший ход, господин Роствуд, но боюсь если я не приеду, завтра в столицу, то мой поверенный, у которого я оставил документ и сказал, что поеду сюда, передаст все в комиссариат. Я думаю, мы друг друга поняли, господа? Всего доброго и надеюсь, мы с вами больше не встретимся. Пит, пойдем.

Мы ушли от главы и направились обратно к гостевому дому.

– Что это было?

– Помог тебе попасть в особняк и арестовать Хоффа. Его нужно брать. Он начал искать газету для передачи каких-то данных связанных с заговорами, в которых участвует один из генералов. Королеве это очень не нравиться.

– Ты даже не повидаешься с Роном?

– Нет, долг зовет и мне нужно возвращаться, иначе они подумают, что мы блефуем. Помогай им распространять слухи, через неделю ты должен будешь обшарить дом и достать мне Хоффа из-под земли.

– Я тебя понял.

Когда мы очутились у гостевого дома, оказалось, что кэб, на котором приехал Генри никуда не делся, кучер ожидал его все это время. Мы попрощались, и он укатил обратно в столицу, я же пошел в сторону маяка, рассказать все Рону.

Роствуд не обманул Генри, да и у него не было выбора. На протяжении недели все его подопечные и мы с Роном проводили активную пропагандирующую кампанию. Спустя всего неделю, все стали шептаться и думать, что в доме произошло что-то невообразимое и страшное. Все начали думать, что слуги сбежали из дома, а самого мистера Хоффа видели, блуждающим на болоте и общающимся с волками и нечестью. Слухи обрастали слухами и, в конце концов, глава принял меры по уничтожению тех слухов. В один прекрасный майский день, мы отправились к поместью, многие взяли с собой вилы и факелы. Видимо эффект был настолько внушительным, что некоторые думали, что сегодня им получиться поймать за хвост самого черта, но к сожалению в доме он не был обнаружен. Когда мы оказались в доме, ощущение сложилось, что в нем не жили долгое время, а в кабинете хозяина я обнаружил присохший труп. Мы отнесли его доктору, а на следующий день было решено, его похоронить. Доктор на похороны не успел, как оказалось, он сорвался со скалы возле маяка и погиб.

Причину смерти Хоффа доктор забрал в могилу. Было ясно одно, доктор умер очень вовремя.

После похорон трупа, Генри прислал мне письмо о том, что нам нужно возвращаться, и мы отправились в Лэффер.

– Тогда вы не знали, что это не Хофф?

– Верно. Только недавно, мы узнали, что оказывается, доктор перед смертью состряпал заключение. Мы обнаружили его в подвале поместья, когда забрались туда вместе с Мэндфилдом. Как оказалось, он был убит выстрелом из мушкета. Доктор нашел пулю в легком. Труп был обезображен до такой степени, что не было возможности обнаружить отверстие сразу.

– Каким образом, труп не разложился, а высох?

– Скорее всего, очень долгое время в доме поддерживался огонь. Все окна были промазаны смолой, и воздух не попадал в комнату, поэтому когда я вошел впервые в кабинет, то чуть не рухнул в обморок, от того запаха, что там стоял. Мы долго гадали над тем, как труп мог засохнуть и ответ пришел случайно. Как-то раз Пьер принес вяленое мясо, и все сразу стало понятно. Труп находился в соли долгое время, а так же его накрыли марлей. Перед тем как мы заявились в особняк, кто-то убрал марлю и вычистил все от соли. Моя догадка подтвердилась в тот момент, когда через год я увидел ковер, на котором лежал труп. В том месте, где была соль остались разводы, это значило только одно Хофф не умер своей смертью. Как потом оказалось, что убийцей был Хофф, а помощником его кузен Роствуд.

– Зачем это все было нужно?

– Они хотели, чтобы все думали, что труп, который мы обнаружили, был Хоффом.

– Это мы поняли. Для чего нужно было его мумифицировать?

– Чтобы скрыть отверстие от пули. Если бы труп разложился, доктор сразу же увидел отверстие в груди. Видимо они ожидали, что труп не будут подвергать вскрытию, а просто похоронят и забудут и так бы и произошло, если бы я не настоял на вскрытии.

– Вы, правда, считаете, что Роствуд участвовал в этом?

– Конечно, Роствуд единственный, кто все знал. Поэтому, когда Генри заявился к нему, он уже не беспокоился за Хоффа, потому как знал, что в особняке его давным-давно нет. Труп, что там находился, уже был готов к выходу в свет и та неделя, что шеф ему дал на подготовку местных, была уже не к чему.

– Кто же тот труп, что вы похоронили?

– К сожалению, на этот вопрос у меня до сих пор нет ответа.

– Вы допрашивали самого Хоффа?

– Еще нет. Когда я видел его последний раз он был без сил и доктор порекомендовал мне не тревожить его до того момента, как его не перевезут в тюрьму.

– Мы не давали распоряжений насчет Мэндфилда, по чьему приказу вы на него вышли и что он совершил, раз привлек ваше внимание?

– С Томасом Мэндфилдом, оказалось все намного тяжелее. Генри говорил, что это задание ему поручил мистер Чепмен. Улики даже не косвенные. Мы до сих пор не можем ему предъявить обвинение.

– Расскажите, что там произошло?

– Сею минуту.

Глава

V

Новое дело

Было обычное утро, когда нам пришла команда: приехать в фамильное гнездо Мэндфилдов и разобраться, что произошло с главой семейства Кристофером Мэндфилдом. Накануне я читал в газете, что его безумный сын Артур покончил с собой в психиатрической лечебнице. Тогда мы думали, что с этим делом не будет проблем. Старик отец не пережил утрату, своего единственного наследника и повесился в кабинете. В тот день мы узнали очень много нового о той семье.

– Налейте и мне кофе, парни. – сказал только что вошедший Генри.

– Вот, шеф. Кофе прямиком из Бербикеи. Бодрит «будь здоров». – Наливая кофе в кружку шефа, похвастался Стив тем, что привез его из своей командировки.

– Да, поистине чудный напиток, что люди делали до того как он появился в их жизни?

– Не знаю, может, хлестали себя розгами или обливались водой? – пытался пошутить Пьер.

– Ты опять сидел со своими мензурками всю ночь?

– Да, никак не могу найти нужную формулу, для своего эксперимента.

– Так, Пьер. Мне, конечно, нравиться твое рвение к науке, но когда ты не спишь сутки, начинаешь вести себя как полоумный и нести всякую чушь. Поэтому поставь кофе и живо иди домой и проспись, завтра увидимся.

– Я почти закончил…

– Ты вчера то же самое говорил. Проваливай.