Дневник Ричарда Хоффа - Петр Добрянский

– Почему вы сразу же обратились в полицию, он не мог опоздать или просто прогулять?

– Вы шутите?! Мистер Флэб, хоть и вел разгульный образ жизни, но зато был очень пунктуальным. За восемь лет моей службы в этой конторе, он ни разу не опаздывал, а если вздумал прогулять или вдруг заболел, то всегда присылал с запиской!

– А вам не отдавали его вещей?

– Нет, я же не родственник.

– А они у него есть?

– Нет, он не обзавелся семьей.

– Ясно, а где это произошло?

– Как мне сказали в Бэй Роуз. Меня пригласили в семнадцатый участок. Что ж господа, мне приятно поболтать, но у меня очень много работы, если у вас ко мне нет деловых вопросов…

– Да, конечно. Простите нас, мы уже уходим. Всего доброго.

– И вам.

Выйдя на улицу, у нас со Стивом был очень задумчивый вид, как всегда рассуждать первый стал я.

– Повешенный Мэндфилд и утопившийся во хмелю нотариус. Тебе не кажется это слишком странным?

– Да, в нашей профессии в случайности не верят.

– Слушай, давай ты отправишься к нашей наследнице, а я поеду за Пьером и мы вместе наведаемся в семнадцатый.

– Ладно, договорились. Встретимся в логове?

– Да, как закончишь, приходи туда и жди нас.

– Хорошо.

Мы расстались. Я поймал кэб и отправился сначала в логово, надеясь, что Пьер уже там и как оказалось, он уже вернулся.

– Что-то ты рано, вы успели побывать у нотариуса и наследницы или разделились?

– Не совсем, мы разделились после того как побывали в конторе нотариуса, оказывается он погиб!

– Что?! Как так?

– Его помощник рассказал, что он напился в Бэй Роуз и утонул.

– Какая удобная случайность.

– Вот и я о том же! Стив поехал навестить мисс Дарфот, а мы с тобой отправимся в семнадцатый участок, где покоиться тело нотариуса.

– Ладно, поехали, только накину плащ.

Пьер надел плащ, и выйдя на улицу, мы, поймав очередной кэб, поехали в самый неблагополучный район Лэффера.

– Что скажешь о теле Мэндфилда?

– Труп уже потихоньку начал разлагаться, когда мы начали вскрытие. Особо ничего мы не нашли, легкие, печень и желудок были в ужасном состоянии. Видимо наш пациент много курил и пил. Также, в последние недели жизни, он страдал диареей и его часто рвало.

– Даже так. Как ты это понял?

– Не задавай вопросов, на которые не захочешь услышать ответы.

– Я тебя понял. И к чему вы в итоге пришли?

– Теория подвешена за уши, да и я не видел естественный цвет его губ, так как они были синими.

– Так что за теория?

– Свинец, точнее диффузия свинца, азотной и уксусной кислоты.

– Так-так-так. Полегче, ты забываешь с кем говоришь, объясни на пальцах.

– Диффузия – когда ты кидаешь чайные листья в кипяток, происходит взаимодействие, и кипяток, окрашиваясь в коричневый цвет становиться чаем.

– Ага…

– Это еще не доказано, но один из моих профессоров говорил, что свинец очень опасен. Он может откладываться в костях и поражать нервную систему, короче говоря, человек тупеет, и становиться более агрессивным. Ко всему прочему, процесс отравления сопровождается рвотой и диареей. То о чем я говорю, называется ацетат свинца или как его принято называть в народе – свинцовый сахар.

– Что-то такое я слышал, но причем здесь губы?

– Дело в том, что когда человек травиться свинцом в большом количестве, каемка его губ становиться серой, но этого мы уже не узнаем.

– Его нельзя обнаружить в организме?

– Пока нет.

– Нужно избавиться от всего свинца в доме?

– Желательно, но если всему верить, то нужно жить в лесу и то не факт, что тебя не ужалит змея или загрызет волк.

– Тоже верно.

– Есть еще один факт про свинец!

– Какой же?

– Древние народы, добавляли свинец в вино, чтобы его подсластить.

– И ты думаешь, что нашего нотариуса, тоже убил свинец?

– Вполне возможно, но скорее всего, нет. Чтобы умереть от свинца, нужен постоянный контакт с ним. Думаю, что если убийца и есть, то он точно не прибегнул к такому способу, есть много других методов. Знаю только одно, чтобы изготовить свинцовый сахар, нужны определенные знания.

– И это значит?

– Это значит, что убийца либо врач, либо химик.

Подъехав к участку, мы расплатились с кучером и вошли в здание. Само здание было вполне себе обычным, немного грязное. В коридорах шастали арестованные и те, кто их арестовал, то есть констебли. У входа сидел дежурный констебль читающий свежую газету, к которому мы и направились.

– Добрый день, мы из департамента. Подскажите нам, у вас ли находиться труп, который сегодня утром выловили из реки неподалеку. – в этот момент мы показали свои жетоны и дежурный начал с нами разговор.

– Да, был такой. Он сейчас в морге, приехали бы завтра – мы бы его уже похоронили.

– Похоронили? А вскрытие и розыск вы не хотели проводить?

– Слушайте, давайте вы поговорите с Джо, это наш врач, вот он кстати и идет. Эй, Джо! Тут гвардейцы из департамента спрашивают насчет того, что сегодня привезли. – подозвав врача, дежурный продолжил чтение.

– Да, господа, чем могу помочь?

– Мы разыскиваем труп нотариуса, сегодня утром его нашли в реке. Его помощник сказал, что давал показания в этом участке, посему мы и направились прямиком сюда.

– Все верно, он в морге, пойдемте.

Мы спустились вместе с доктором в подвальное помещение, где было немного сыро и прохладно. Прямоугольная комната с двумя рядами по восемь столов в каждом, стояли посреди нее. Не на всех столах лежали трупы, к моему счастью, заняли свои койки в этот день лишь трое.

– Вот ваш мужчина. – он откинул простыню, и я увидел мужчину лет пятидесяти пяти с седыми короткими волосами и небольшим лишним весом. Врач его уже раздел. На вид обычное тело, ничего особенного, вот только губы, да и все его тело также были синего цвета.

– Вы не собирались проводить вскрытие? – задал вопрос врачу Пьер.

– Что вы, зачем же? Он лежал в воде, во внутреннем кармане была бутылка бренди. Скорее всего, бедняга напился, снял одну из девочек, а после направился подышать воздухом у реки, нечаянно оступился и упал, ударился головой о кирпич. Затем он потерял сознание, а так как он упал лицом вниз, то в скором времени захлебнулся. Его помощник подтвердил, что он вел кутежный образ жизни. Поэтому я не видел причин, потрошить его.