Манипулятор. Три осенних дня - Чингиз Абдуллаев

— Что случилось? — спросил Петровский. —Почему вы так нервничаете?

— Ты еще спрашиваешь? — Вице-премьер был старшеПетровского на двенадцать лет, и они были знакомы еще с девяносто шестогогода. — Что ты устроил в Омске? Или ты не знаешь, как там отличился твойамериканец?

— Ничего не понимаю, — отозвался СвятославОлегович, хотя догадывался, что произошло нечто неприятное у омскогогубернатора, которому вице-премьер негласно покровительствовал. Но он точнознал и другое. Если бы что-то случилось с их кандидатом, Бронштейн об этом ужеобязательно сообщил бы. Но он не звонил, значит, там все в порядке.

— Ты вчера встречался с губернатором, — продолжалбушевать вице-премьер. Если уж он сам набрал номер правительственного телефонаПетровского, не прибегая к помощи секретарей, значит, действительно взбешен.Все чиновники знали, что эти аппараты прослушиваются службой ФАПСИ. — И выдоговорились о совместных действиях…

«Вот мерзавец, — спокойно подумал Петровский огубернаторе. — Мне пообещал, что наш разговор останется в тайне, а самсообщил о наших договоренностях вице-премьеру. Ну конечно, он должен былсообщить. Наверняка вице-премьер ищет, каким образом наладить контакты с руководствомкомпании «Финойл». Соглашение в Омске было одобрено с двух сторон. А я-то искалподвох в словах губернатора. Ему просто приказали найти компромиссное решение.А заодно он решил подстраховаться и вспомнил про губернаторские выборы».

— Вы ведь, кажется, обо всем договорились, —продолжать бушевать вице-премьер, — а сегодня мы вдруг узнаем, что твойеврей завалил на выборах нашего кандидата.

— Как это завалил? — спросил Петровский. —Ничего не понимаю.

— Ты все прекрасно понимаешь, — закричал вице-премьер,теряя терпение.

Петровский даже подумал, что несчастного чиновника можетхватить удар.

— И твой американский еврей все понимает, — оралон, — нарочно все подстроил…

— Скажите мне, что случилось, — попросилПетровский. Он услышал звонок своего мобильного телефона и, взглянув на него,увидел личный номер Бронштейна. Святослав Олегович быстро включил аппарат иподнес его к уху.

— Что у вас?

— Все в порядке, но…

— Вы можете остаться на линии?

— Конечно.

— Тогда слушайте, я говорю с вице-премьером…

Петровский положил мобильник на стол и терпеливо сказал:

— Я нахожусь в нескольких тысячах километров от Омска ине могу знать, что там происходит в данный момент. Объясните мне, почему вы такнервничаете.

— Ты еще спрашиваешь?! — снова разозлилсявице-премьер. — А сам, наверное, рад, что всех обманул. Только учти,нельзя быть самым умным. Я сегодня расскажу президенту, как ты нас всех кинул…

— Давайте по порядку, — холодно предложилСвятослав Олегович. Он не любил, когда его шантажируют. — Если будетекричать вместо того, чтобы объяснить мне, что именно произошло, я просто положутрубку.

— Что?! — не поверил вице-премьер. — Теперьты так решил со мной разговаривать? Забыл, сколько я для тебя сделал? И длятвоего друга Яши Слаповского.

— Я всегда помню о ваших заслугах, — сообразив,что несколько перегнул палку, ответил Петровский. — Но объясните мне, чтотам в Омске?

— Этот твой выскочка Абрикосов набрал сорок процентоввсех голосов, — гневно сообщил вице-премьер, — больше, чем всеостальные вместе взятые.

«Однако здорово поработал Леонид Исаакович! — радостноподумал Петровский. — Теперь пусть говорят все, что угодно. Бронштейнвеликий специалист. Из никому не известного заместителя начальника местногоуправления сделал человека, который набрал сорок процентов голосов всехизбирателей и вышел во второй тур».

— То, что твой Абрикосов победит, никто несомневался, — продолжал вице-премьер, — но вы же договорились, что ондолжен быть в первом туре только вторым, а первым — директор комбината.

— Верно, — согласился Петровский, — мы так идоговаривались.

— И вы нас всех кинули, — опять закричалвице-премьер. — Директор комбината набрал только восемнадцать процентовголосов и не прошел во второй тур. Двадцать процентов набрал кандидат от левойоппозиции. Вы нарочно так сделали, чтобы скомпрометировать губернатора и меняна этих выборах? Чтобы мы не смогли провести нашего человека хотя бы во второйтур?

«Ясно, — подумал Святослав Олегович, — ЛеонидИсаакович предупреждал о такой опасности. Погода все-таки сыграла свое дело.

Директор получил то, что мог, а вот коммунистическийэлекторат всегда отличается дисциплинированностью и энтузиазмом. Они все пошлина выборы, несмотря на плохую погоду. И обеспечили своему кандидату нужныеголоса. Все верно. Ничего другого и не могло быть. Если бы погода неиспортилась, во второй тур прошли бы Абрикосов и эта креатура губернатора —директор комбината. Но теперь вместо него прошел представитель левой оппозиции.Конечно, это пощечина губернатору и всем, кто его поддерживает».

Если вы мне дадите несколько минут времени, я постараюсьразобраться и найти компромиссное решение, — предложил Петровский.

— Какое еще компромиссное решение? — усталоспросил вице-премьер. Очевидно, он утомился кричать. — Что ты можешь намнайти?

— Я перезвоню вам через пять минут, — твердопообещал Святослав Олегович. — Мне нужно посоветоваться с моимианалитиками. — Он положил трубку правительственного телефона и поднял свойаппарат мобильной связи. — Вы все поняли? — спросил у Бронштейна.

— Все, — ответил Леонид Исаакович. — Здесьтворится то же самое. Говорят, к губернатору уже вызывали «Скорую помощь». Унего сердечный приступ. Похоже, мы немного перестарались.

— Слишком перестарались, — усмехнулсяПетровский. — Сорок процентов — это гораздо больше, чем нужно. А учитывая,что еще есть резервы для усиления…

— Есть, конечно. Но я предупреждал насчет погоды. Вплохую погоду у левой оппозиции всегда больше шансов. Они идут на выборы и вдождь, и в снег. Дисциплинированные, сплоченные, бескомпромиссные. Поэтому ихкандидат и набрал немного больше голосов, чем этот директор комбината.

— Вы испортили мне отношения с вице - премьером игубернатором области, — равнодушно произнес Петровский. Ему действительнобыло все равно. Деньги за Абрикосова они могли получить уже сейчас. Во второмтуре их кандидат гарантированно победит.

— Нет, — возразил Леонид Исаакович, — мы всеуже просчитали. И у меня есть решение этой тупиковой задачи.

— Какое решение? — насторожился Петровский.

— Я вам говорил о плохой погоде в восточной частиобласти. На некоторых участках едва набралось пятьдесят процентовпроголосовавших. Вы меня понимаете?