Следов не оставлять - Джеймс Хедли Чейз

Ошеломленный Кунц затравленно уставился на Линдсея.

— Я… я сделаю все, что в моих силах, — сказал он дрожащим голосом.

— Разумеется. — Линдсей извлек из баночки очередной леденец. — Поговорите с девушкой. Я убежден, что она готова нам помочь.

Кунц нетвердой походкой вышел из пещеры и направился вниз по коридору.

Нона Джейси была в ужасе. Вчера в ее пещеру явился блондин с детским лицом. Увидев его, Нона испугалась. Блондин уселся рядом с ней на раскладушку и, подчеркнуто растягивая слова, спокойно сообщил, что произойдет с Ноной, если она откажется делать то, что ей скажут.

От страха и отвращения Нона заткнула уши. Это было ошибкой. Он схватил ее за руки и швырнул лицом вниз, а сам, низко склонившись над ней, продолжал говорить. Запах его тела и сквернословие окончательно добили Нону. Оставив дрожащую девушку рыдать на раскладушке, блондин ушел.

Вскоре появилась Шейла. Она не прикоснулась к Ноне и лишь повторяла:

— Спокойно, милая, спокойно. Он ничего тебе не сделает, только выполняй, что тебе велят. Клянусь, он тебя пальцем не тронет.

А сейчас к ней пришел толстяк с черными глазами-бусинками. Он расспрашивал ее о работе с Форрестером. Нона видела, что он напуган не меньше ее, и правдиво отвечала на вопросы. Нона дрожала, у нее тряслись руки. Чтобы скрыть дрожь, она сжала ладони между колен.

Шейла сидела в углу. Когда толстяк ушел, она обняла Нону.

— Все в порядке, милая моя, — начала Шейла, но девушка отпихнула ее руку и завизжала в истерике:

— Оставь меня в покое!

— Ладно, ладно, дорогуша, я-то тебя понимаю как никто.

Нона с ужасом заметила, что Шейла как-то странно дергается, лицо покрыто капельками пота, а нос побелел и заострился.

Шейла перехватила ее взгляд:

— Не бойся. Мне просто нужна моя ежедневная доза, а этот подлец не дает. Дожидается, пока я на стенку полезу. Но ты за меня не волнуйся, он даст, куда он денется! — И Шейла, пошатываясь и спотыкаясь, побрела прочь.

Потрясенная, напуганная, Нона совсем упала духом. Спрятав лицо в ладонях, она сжалась на раскладушке. И тут раздался спокойный, вежливый голос:

— Вам много пришлось пережить, мисс Джейси.

Нона вскинула голову. Высокий, седовласый, безупречно одетый человек смотрел на нее с участием.

— Мне очень жаль, мисс Джейси. Уверяю вас, бояться нечего. Позвольте, я кое-что объясню.

Его обаятельная улыбка подействовала на Нону успокаивающе. Она промокнула глаза платком и села.

— Кто вы? — спросила она нерешительно.

— Считайте, что ваш друг. — Линдсей уселся, скрестил длинные ноги и вынул из кармана коробочку с леденцами.

— Вы любите сладкое? Лично я — очень. Угощайтесь.

Нона заподозрила неладное и покачала головой.

— Не надо бояться. — Линдсей выбрал оранжевый леденец, осмотрел со всех сторон и только потом отправил в рот. — Мне очень жаль, что все так получилось. Однако прежде всего постараюсь объяснить, почему вы здесь очутились. — Линдсей пососал леденец. — Вы работали с доктором Форрестером. Вам известно, что у него серьезное психическое заболевание. Его необходимо вылечить. Доктор создал новый сплав — вы это тоже знаете. Формула сплава закодирована и не поддается расшифровке. Только у самого изобретателя есть ключ к формуле. У нас есть основания полагать, что вы сможете помочь ему поправиться, и тогда он раскроет тайну кода. — Линдсей улыбнулся. — Вам понятно?

Нона кивнула.

— Отлично. Расшифровать формулу нужно срочно, поэтому мы были вынуждены привезти вас сюда, — продолжал Линдсей, — вы должны помочь доктору Форрестеру. Психиатр сказал, что ему нужно встретиться со своими старыми знакомыми. Неожиданная встреча с человеком, которого доктор хорошо знает, может повлиять на него в лучшую сторону. Ваша задача не так уж сложна, но прежде скажите: согласны ли вы помочь?

Теперь Нона соображала четко и быстро. Пришедший к ней человек явно не правительственный чиновник. Из долгих бесед с агентами ЦРУ и ФБР она уяснила чрезвычайную важность открытия Форрестера. Значит, этот мужчина с обаятельной улыбкой и хорошими манерами — иностранный шпион, скорее всего русский.

— Я ничем не могу помочь. — Нона старалась говорить твердо. — Изобретение доктора Форрестера принадлежит Америке.

Линдсей улыбнулся:

— Моя дорогая, речь идет не об изобретении доктора. Я лишь прошу вас помочь ему поправиться.

— Я не стану вам помогать, — отрезала Нона.

Линдсей вытянул правую ногу и осмотрел свой начищенный ботинок. Он покатал языком леденец и ласково улыбнулся:

— В вашем положении, мисс Джейси, нет выбора. — Голубые глаза Линдсея даже слегка погрустнели. — И для вас упрямиться просто опасно. Задача несложная: увидеться с доктором Форрестером и поговорить с ним. В пещере поставлен микрофон, я буду слушать вашу беседу. Предупреждаю на всякий случай, чтобы вы не вздумали самовольничать, а говорили только то, что вам скажу я. Есть вероятность, что общение с вами вернет доктору душевное равновесие. Только вероятность, но мы не можем ею пренебрегать… — Линдсей поднялся. — Подумайте хорошенько. В случае отказа… — он с хрустом разгрыз леденец, — вы с Киганом уже познакомились? По-моему, он противное, мерзкое животное, по-вашему, кажется, тоже. Итак, если вы не захотите помочь, я не вижу для себя смысла оставаться в пещере. Но если я уеду, вас некому будет защищать. Подумайте, мисс Джейси. — И Линдсей, улыбнувшись на прощание, покинул пещеру.

Нону оставили одну на целый час. Вот тут Линдсей просчитался. Он думал, что угрозы будет достаточно, однако недооценил волю и характер девушки. Ноне хватило времени, чтобы продумать свои действия и приободриться.

Когда к ней заглянула сияющая, умиротворенная Шейла Латимер, Нона уже приняла решение. Она поможет Форрестеру, если сумеет. Должна помочь, а дальше его дело — расшифровывать формулу или нет. Но нужно как-то предостеречь его, что они, по всей вероятности, попали в лапы русских шпионов.

Шейла принесла белый комбинезон.

— Привет, дорогая… порядок, кольнулась… Боже мой, я чуть было голову себе об стенку не расшибла. Ты готова?

— Готова.

— Вот чудненько. Ты просто молодец. Наденька комбинезон, я нашла его среди твоих вещей. Они считают, что в нем будет лучше.

Нона быстро натянула комбинезон.

— Ты потрясающе выглядишь, — щебетала Шейла, — словно сестра милосердия… Просто божественно!

Вошел доктор Кунц, и поток комплиментов прервался.

— Не волнуйся, милая, — сказала Шейла на прощание, — делай, что велит доктор, и все будет хорошо, — и, махнув рукой, ушла.

Толстяк уселся.

— Вам предстоит принять участие в очень ответственном эксперименте. Вы встретитесь с моим пациентом, которого не видели двадцать шесть месяцев. — Кунц посмотрел на бледное бесстрастное лицо девушки. — Ведите себя с ним абсолютно естественно. Если он, увидев вас, снова придет в душевное равновесие, то, вероятно, забудет, что жил в лечебнице, и даже может решить, что расстался с вами только вчера.