Царь Кровь - Саймон Кларк

Я покачал головой. Влип я в дерьмо. В самое глубокое дерьмо на свете.

И сижу в нем выше головы.

Иисус считает, что настоящая проблема, настоящая угроза выживанию – это вторжение серых, кто бы они ни были на самом деле и откуда бы они ни пришли. И этот Иисус что-то от нас хочет. И хочет сильно, иначе не был бы таким обаятельным и гостеприимным и не поил бы нас дорогими винами.

Когда он подливал нам шампанское, я решил выяснить, что же это. И спросил в лоб:

– О’кей, так что вам нужно от нас?

Он рассеянно сунул бутылку обратно в лед, сделал глубокий вдох, будто решаясь сделать уже давно обдуманное, и сделать прямо сейчас.

Он посмотрел мне в глаза.

– У побережья возле Уитби в Северном Йоркшире на якоре стоит корабль.

– Хорошо, а при чем тут мы?

– У вас есть самолет.

– А! – До меня начало доходить. – Значит, мы еще живы потому, что у нас есть самолет?

Кейт подняла брови:

– Самолет? Зачем вам самолет?

– Кейт, Рик, ситуация очень проста. Мы знаем, что должны покинуть Лондон, пока сюда не пришли серые. Артобстрел может их задержать самое большее на две-три недели. У нас есть корабль, на котором мы хотим уплыть на острова Южных Морей. Проблема в том, что этот корабль на другом конце страны.

Кейт покачала головой:

– Но у вас есть лодки. Можно же посадить на них всех ваших людей и спуститься по Темзе?

– А почему мы должны тебе верить? Что тебе помешает погрузить на корабль своих людей и уплыть без нас?

– Хорошо, – дипломатично сказал Иисус. – Вы везете партию своих людей. Потом партию моих. Может быть, будете летать по очереди в Лондон и в Фаунтен-Мур, чтобы ни одна группа не могла перехитрить другую. Согласны?

– Есть проблемы.

– Проблемы?

– Проблемы технические, – пояснил я. – У нас четырехместный легкий самолет. Поскольку он может перевезти только троих, то речь идет о восемнадцати рейсах туда-обратно.

– При этом в день может быть только один рейс, – добавила Кейт. – Значит, не меньше восемнадцати дней.

– Восемнадцать дней подходит.

– И это, если будет восемнадцать дней летной погоды и если самолет не развалится, – сказала Кейт.

– И еще нам понадобятся рейсы на доставку продуктов в наш лагерь, – добавил я.

– Значит, у вас кончаются продукты?

Черт, трепло. Я прикусил губу. Не надо было говорить Иисусу о нашем дефиците. Это слабость, которой он сможет воспользоваться.

– Их мало, – быстро сказала Кейт, – но опасности пока нет.

– И мы все время пополняем запасы.

Это я попытался сказать уверенно, но этот человек не мог не понимать, что если мы предприняли далекую и рискованную экспедицию в Лондон, то мы чертовски близки к голоду.

Иисус улыбнулся.

– Я не говорил, что перевезти воздухом пятьдесят четыре человека отсюда – плюс еще сколько вас там – на берег Йоркшира будет легко. Но это возможно – если вы согласитесь.

– Другого способа доставить туда ваших людей нет?

– Вы сами знаете, что нет, Кейт. Даже если мы сможем добраться до твердой земли на севере и найти машины, все дороги блокированы вооруженными бандами. И, как я уже говорил, идти пешком мы не можем. Надо лететь. – Он пристально поглядел на каждого из нас. – И вы знаете, что ваша группа либо умрет от голода, либо падет жертвой серых.

– Тогда, – сказал я после паузы, – мы нужны друг другу, чтобы выжить.

– Примерно такова ситуация. Теперь позвольте наполнить ваши бокалы, и выпьем за наше сотрудничество.

–Минутку! – Я выставил ладонь. – Я не уполномочен говорить от имени группы. И уж наверняка не могу заключать подобные сделки без ее согласия.

Иисус задумался.

– Хорошо… но надо действовать быстро. Когда придет зима, нам уже никуда не деться.

– Ты знаешь остров, где твои люди нас нашли?

Иисус кивнул.

– Туда завтра утром должен прилететь наш самолет. Мы полетим домой, обсудим твое предложение с нашей группой, потом…

– Потом вернетесь и сообщите мне ваше решение?

– Да.

– Нет, мистер Кеннеди.

– Нет?

– Нет. – Он улыбнулся, качая головой. – Что вам помешает захватить наш корабль?

– У нас нет никого, кто мог бы им управлять.

– Мне это неизвестно, – возразил Иисус, отпивая шампанское. – Вы погрузитесь на корабль и – фьюить! Счастливо, фраера! А нам оставаться гнить здесь.

– Значит, – сказала Кейт, – вы оставите нас у себя заложниками?

Он покачал головой:

– Гостями. Вы бы ведь на моем месте сделали то же самое?

Я вздохнул и кивнул.

– Так что, опять в подвал?

– Нет. Вам отведут комнату. Вас будут кормить. Выходите и возвращайтесь, когда хотите.

– А что будет завтра, когда наш пилот прилетит и увидит, что нас нет? Он вернется в Фаунтен-Мур и уже никогда не прилетит.

– Вы встретите своего пилота, Рик. Объясните ему ситуацию, изложите мое предложение – объединить силы и вместе уплыть в Южные Моря.

Я небрежно задал следующий вопрос:

– Иисус, ты женат?

– Я уже говорил. У меня в Ливерпуле была жена и…

– Нет, здесь. У тебя есть жена или подруга?

– Есть, – кивнул он. – Девушка по имени Кэнди. А что?

– Тогда отправь Кэнди с обратным рейсом самолета. И пусть она изложит нашей группе твой план.

– А заодно произойдет обмен заложниками? Разумно, Рик. Я поговорю с Кэнди. – Он поднял бокал. – Ну что, тост? За нас.

Я не сразу поднял бокал, а сперва глянул на Кейт. Наши глаза встретились. В телепатию я не верю, но в тот момент я мог читать у нее в уме, как в открытой книге. Она думала, что Иисус – улыбчивый, обаятельный, гостеприимный – получил все, что решил от нас получить. Он был доволен тем, что все идет по егоплану. Я понял, что недооценил его – с этой бородой под Христа, маленькими глазками, татуировкой на пальцах, в особенности с этим простецким именем “Гэри Топп”. У человека, который называл себя Иисусом, глаза были с хитрецой. И под христоподобной улыбкой ощущалось что-то кремневое, беспощадное. Он был из тех, кто получает то, что хочет.

Но я знал еще одно: мы с Кейт попали в его империю. И должны были – по крайней мере сейчас – играть по его правилам.