Страна Лавкрафта - Мэтт Рафф

– А, Делберт Шоннеси, это ты? – весело поинтересовался он.

– Кто-кто?

– Делберт Шоннеси, – повторил парень. – Наш новый лаборант. Ты разве не он?

Ипполита только непонимающе моргала. Парень перестал улыбаться и покраснел.

– Прости, несмешная шутка. Я Том. Том Эпплтон.

– Ипполита Грин, – представилась она.

– Рад знакомству, Ипполита. Пришла посмотреть на телескоп?

– Если можно… – осторожно ответила она, не до конца понимая, всерьез он или все еще шутит. – Если это… не против правил.

– Конечно же, против. Так что никому ни слова, договорились? – сказал Том Эпплтон и заговорщицким тоном добавил: – Ты очень удачно выбрала ночь. Мы наблюдаем Плутон.

Мгновение – и она снова девятилетняя девочка.

– Плутон?! Правда?

– Ну, сначала его надо найти. Пока не получается. Поэтому-то я и ждал, что придет Делберт.

– Плутон сегодня в созвездии Рака, – сказала Ипполита.

Том расплылся в улыбке.

– Да, мы тоже так думаем. Заходи!.. Артур! Юджин! – крикнул он еще двоим парням. – Отличные новости: к нам подкрепление!

Ипполита провела незабываемую ночь в поисках Плутона. Труднее всего было понять, что вот он, перед тобой, что среди крошечных огоньков в выбранном скоплении именно этот огонек не звезда, а планета – кусок льда, отражающий солнечный свет. Она спорила с новообретенными коллегами, бесконечно сравнивая слайды на блинк-компараторе:

– Зуб даю, что это он…

– Вот этот?..

– Нет, вот этот!..

…В конце концов Ипполита смогла подойти к телескопу и с уверенностью сказать:

– Ну, здравствуй, планета икс. Вот мы и встретились.

Будь Ипполита героиней комикса, в это мгновение ее жизнь волшебным образом изменилась бы. В реальности, конечно, все сложилась иначе. Месяц спустя она правдами и неправдами устроила так, чтобы снова попасть в Суортмор. Увы, обсерватория была заперта. Когда она стала искать Тома Эпплтона (а ведь чего стоило попросить у него номер телефона, так нет, постеснялась), ее поймал охранник кампуса и, пригрозив на будущее тюрьмой, выпроводил прочь.

Так все и закончилось. Ипполита вернулась в мастерскую к дяде-портному и проработала там еще несколько лет. Потом она познакомилась с Джорджем, вышла за него замуж, родился Хорас… Жизнь шла своим чередом. Она продолжала смотреть на звезды, но все чаще через лобовое стекло «бьюика». Вновь повидаться с Плутоном ей довелось не скоро.

Как-то раз, пару лет назад, она поехала в Калифорнию проверить рекомендацию для «Безопасного путеводителя для негров». Сумерки застигли ее в предгорьях Паломара. Служащий в мотеле, где она планировала провести ночь, сказал, что мест нет, а табличка «Свободно» – это так, просто забыл снять. На тот же недосмотр пожаловались и в мотеле напротив. Ипполита раздумывала, заночевать ли ей прямо в машине или потерпеть и все-таки доехать до Сан-Диего, как вдруг увидела указатель на Паломарскую обсерваторию. Впервые за многие годы она вспомнила про Тома Эпплтона, и ее посетила безумная мысль: вдруг кому-нибудь из местных астрономов потребуется помощь.

На половине подъема ей встретился человек. Его машина стояла у обочины: забарахлил карбюратор. Это был Ерванд Азарян, астрофизик. Ипполита предложила его подвезти, он согласился, а по дороге решил проверить, действительно ли новая знакомая так увлекается астрономией. Он попросил назвать все одиннадцать спутников Юпитера в порядке их открытия. Ипполита вежливо заметила, что вопрос с подвохом: всего несколько месяцев назад в обсерватории Маунт-Вилсон нашли двенадцатый спутник, но названия у него еще нет. Ерванд остался доволен. Он лично проводил Ипполиту в купол, где находился крупнейший на тот момент телескоп в мире, и разрешил взглянуть на объект, за которым наблюдали той ночью: галактику Боде.

С тех пор Ипполита завела себе хобби: в ходе поездок она по возможности посещала разные обсерватории, какие вдруг находились поблизости. Ей не всегда были рады (охранники в Маунт-Вилсоне дважды ее прогоняли), зато ни разу не арестовали. И ни один астроном, с которым ей довелось познакомиться, негритоской ее не называл.

В Обсерваторию Лоуэлла пока что попасть не удалось. Она убеждала себя, что надо дождаться благоприятного момента, однако на самом деле ей просто недоставало смелости. Тем временем в Ипполите крепла еще одна уверенность: все эти поездки по обсерваториям не случайная прихоть, а целенаправленное движение по пути к… не совсем понятно, к чему, но наверняка к чему-то важному.

Она словно обращалась вокруг своей цели по орбите с высоким эксцентриситетом, но каждое воздействие на пути все приближало ее к заветной мечте. Главное, чтобы в нужный момент хватило ума распознать свой шанс и смелости не упустить его.

* * *

Ипполита пересекла речку по пешеходному мостику и стала взбираться на Чародейский холм. Тут уже без фонарика никак: деревья заслоняли звезды, а булыжники, служившие ступеньками, были неровные и скользкие. Она насчитала их шестьдесят четыре, пока добралась до вершины – плоской круглой поляны с куполом посередине.

Купол был бетонный. Поводив по нему фонариком, Ипполита нахмурилась. Она не увидела ни отверстия для телескопа, ни какого-либо намека на то, что купол может поворачиваться.

Отыскать вход было нетрудно, так как и здесь дорожку расчистили от снега. Ипполита обошла купол по часовой стрелке, и вот она – дверь.

Ее Ипполита открыла первым ключом. Посветив внутрь, увидела короткую бетонную лестницу, которая поднималась на решетчатую платформу с парапетом. Сразу за входной дверью нашелся рубильник.

Пола под платформой не было – был бассейн с блестящей черной жидкостью. По его периметру стояли лампы, подсвечивавшие внутреннюю поверхность купола, такую же гладкую и невыразительную, как и снаружи. В центре помещения находилась площадка с чем-то вроде пульта управления. За площадкой платформа тянулась еще немного и, не доходя до противоположной стены, упиралась в вертикальную прямоугольную раму, на вид покрытую той же черной блестящей жидкостью, что и в бассейне.

Ипполита осторожно наступила на платформу. Она не знала, что за жидкость налита в бассейн, а нос с мороза не различал запахов: ни химических, ни каких бы то ни было вообще, – однако окунаться туда явно не стоило.

Она подошла к пульту. Основная панель состояла из 64 окошек сеткой восемь на восемь, в каждом по три металлических барабана с числами. Все установлены на 001. Справа располагалось небольшое круглое отверстие и кнопка.

Ипполита попробовала нажать на кнопку. Что-то гулко щелкнуло, и только. Тогда она достала длинный ключ и вставила в отверстие. Ключ подошел идеально, и она протолкнула его до конца.

Лампы мигнули. Где-то под ногами зашумели двигатели. Звук все нарастал и становился глубже, бассейн подернулся рябью. Затем гул постепенно спал и звучал теперь на грани слышимости. Лампы снова мигнули, погасли, и купол исчез. Ипполита оказалась на вершине холма.