Богиня на кухне - Софи Кинселла

Что мне делать?

– Глядя на уходящие вдаль рельсы, Саманта начинает жалеть о своем поступке, – донесся до меня голос Доминика.

– Фигушки, – мрачно пробормотала я.

– Этим утром она потеряла человека, которого любила. Теперь она лишила себя карьеры. – Он помолчал, потом прибавил похоронным тоном: – Кто знает, какие горькие мысли посещают ее в это миг?

На что это он намекает? Что я собираюсь броситься под ближайший поезд? Ах, какой замечательный материал получится! Какие кадры! Глядишь, «Эмми» дадут.

– Со мной все в порядке. – Я вздернула подбородок, крепко сжала сумку. – Понятно? Я… Я сделала то, что должна была сделать.

Впрочем, оглядывая опустевший перрон, я слегка запаниковала. Узнать что ли, когда следующий поезд? Хорошо бы заодно решить, куда я хочу попасть.

– У вас есть план, Саманта? – спросил Доминик, подсовывая мне микрофон. – Или цель?

Ну почему он не отвяжется?!

– Иногда можно обойтись без цели, – сурово сказала я. – И картинку целиком видеть не обязательно. Достаточно знать, что будешь делать в следующую минуту.

– И что вы сделаете в следующую минуту?

– Я… Я… Сейчас решу. – Я повернулась и пошла прочь, в направлении зала ожидания. Когда я приблизилась к дверям, мне навстречу вышел станционный служащий.

– Добрый день, – поздоровалась я. – Не подскажете, как мне… – И запнулась. Куда я все-таки хочу попасть?

– Да, миз? – подбодрил он.

– Как мне добраться до Корнуолла ? – выпалила я.

– До Корнуолла? – изумился он. – А куда именно в Корнуолле?

– Не знаю. – Я сглотнула. – Но мне нужно попасть туда, и чем быстрее, тем лучше.

Не думаю, что в Корнуолле много питомников на продажу. Я разыщу тот, что меня интересует. Как-нибудь разыщу.

– Так… – Служащий почесал в затылке. – Надо глянуть в расписание.

Он ушел. Доминик что-то деловито бубнил в микрофон. Я не прислушивалась.

Вскоре служащий вернулся, держа в руках лист бумаги с карандашными пометками.

– До Пензанса шесть пересадок, иначе никак. Билет стоит сто двадцать фунтов. Поезд подойдет на вторую платформу.

– Спасибо. – Я перехватила сумочку и направилась к мосту над путями. Доминик с оператором устремились за мной.

– Саманта не справляется с шоком, – наговаривал Доминик в микрофон. – Ситуация осложняется, она теряет контроль над собой. Кто знает, какой опрометчивый поступок она еще может совершить?

Ему прямо-таки не терпится, чтобы я прыгнула под колеса. Ничего, переживет. Я спустилась на вторую платформу, остановилась, отвернулась от камеры.

– Не располагая ни адресом, ни багажом, – продолжал Доминик, – Саманта отправляется в долгое путешествие с неведомым исходом, на поиски мужчины, который отверг ее сегодня утром. Мужчины, который исчез, даже не попрощавшись. Разумно ли это?

Ну все, с меня хватит.

– Может, и неразумно! – Я повернулась к нему, тяжело дыша. – Может, я не найду его. Может, он не захочет меня видеть. Но я должна попытаться.

Доминик раскрыл было рот.

– Заткнитесь, – устало сказала я. – Просто заткнитесь.

Прошло, казалось, несколько часов, прежде чем я услышала шум поезда. Не мой. Очередной экспресс на Лондон. Поезд подошел к станции, притормозил; послышалось шипение открываемых дверей, людские голоса.

– На первом пути поезд на Лондон, – объявили по вокзалу. – Поезд на Лондон на первом пути.

Будь я в здравом уме, справься я с шоком, если перефразировать Доминика, я бы села на этот поезд. Мой взгляд скользил вдоль вагонов. Я видела пассажиров – разговаривающих, смеющихся, спящих, читающих, слушающих музыку…

И вдруг мир словно застыл. Я что, сплю?!

Натаниель. В поезде на Лондон. В трех ярдах от меня, сидит у окна, смотрит прямо перед собой.

Что… Почему…

– Натаниель! – К моему ужасу вместо крика из горла вырвалось какое-то сипение. – Натаниель! – Я отчаянно замахала руками, пытаясь привлечь его внимание.

– Боже, это он! – вскричал Доминик. – Натаниель! – гаркнул он во всю глотку. – Обернись, приятель!

– Натаниель! – Наконец-то я обрела голос. – На-та-ни-ель!

Последний вопль он все-таки услышал. Поднял голову, вздрогнул. Глаза изумленно расширились. А в следующий миг его лицо словно осветилось изнутри.

Я услышала, как двери поезда закрываются.

– Скорее! – завопила я, размахивая руками.

Он вскочил, схватил свой рюкзак, протиснулся мимо соседки. Потом исчез из вида. И в этот миг поезд тронулся.

– Поздно, – мрачно заметил оператор. – Не успел.

Ответить я не могла – из груди будто выкачали весь воздух. Я смотрела вслед уходящему поезду, который постепенно набирал скорость, двигался быстрее и быстрее… и, наконец, укатил в даль.

Натаниель стоял на перроне. И смотрел на меня.

Не сводя с него взгляда, я зашагала вдоль платформы в сторону моста. Мало-помалу перешла на бег. Он в точности повторял мои движения. Мы оба взлетели по ступенькам, добежали до середины моста и остановились в нескольких футах друг от друга. К лицу прилила кровь, дыхание было частым и прерывистым, я испытывала одновременно восторг, смятение и неуверенность.

– Я думала, ты уехал в Корнуолл, – выдавила я. – Покупать питомник.

– Я передумал. – Натаниель смотрел на меня по-прежнему недоверчиво. – Решил… навестить друга в Лондоне. – Он поглядел на мою сумочку. – А ты куда собралась?

Я прокашлялась.

– Э… В Корнуолл.

– В Корнуолл? – изумился он.

– Угу. – Я показала ему расписание поездов. Меня разбирал нервный смех.

Натаниель облокотился на ограждение, большие пальцы в карманах брюк, и притворился, что изучает деревянные ступеньки.

– Ну… Где твои приятели?

– Понятия не имею. Уехали. И они мне не приятели. Я поколотила Гая, – гордо прибавила я.

Натаниель расхохотался.

– Значит, тебя уволили?

– Я их уволила, – поправила я.

– Да ну? – Помедлив, Натаниель протянул мне руку, но я отстранилась. В глубине души я все еще чувствовала неуверенность, недоговоренность. Утренняя обида не забылась. Не хочу лицемерить.

– Я прочла твое письмо. – Я взглянула ему в глаза. Натаниель моргнул.

– Саманта… В поезде я написал тебе другое. На случай, если мы в Лондоне не увидимся.

Он покопался в кармане, достал несколько листков, явно выдранных из блокнота – и исписанных с обеих сторон. Я взяла листки, но читать не стала.