Маленький цветочный магазин у моря - Эли Макнамара

Стучусь в окно со стороны водительского сиденья и вижу Джейка: расстелил обертку с рыбой и чипсами на коленях и алчно уплетает их.

Он поднимает голову и видит меня в непромокаемом пальто, под струями дождя. Щурится, пытаясь разглядеть под капюшоном, кто это отрывает его от ужина.

Узнав меня, он опускает окно.

– Да?

Такого я не ожидала. Думала, он сразу откроет дверь и впустит меня в сухой и теплый фургон.

– Я… я хотела поговорить с вами, – бормочу я, запинаясь.

– О чем? – спрашивает Джейк, и лицо его лишено всякого выражения.

– О том… в пабе. Извините меня.

– Все в порядке, – отвечает он. – Извинения приняты.

И начинает поднимать стекло.

– Нет, постойте! – кричу я.

Джейк останавливается и выжидательно смотрит на меня.

Я лихорадочно соображаю.

– Я поговорить хотела… о цветах… для магазина.

Джейк обдумывает услышанное.

– Что ж, по-моему, вам лучше забраться внутрь.

И пока я обегаю вокруг фургона, убирает какие-то бумаги с пассажирского сиденья.

Я залезаю внутрь и пытаюсь вылезти из мокрого пальто, но это не так-то легко сделать, удерживая на коленях сверток с ужином.

Джейк сидит, откинувшись в водительском кресле, совсем рядом, и я улавливаю приятный аромат лосьона после бритья, смешанный с чем-то еще более мягким… Конечно же, со свежими цветами.

– Так лучше? – спрашивает он, когда я наконец выбираюсь из пальто.

– Да, спасибо. Это не мое, – торопливо сообщаю я. – Оно висело в бабушкином коттедже.

Джейк улыбается.

– Я заметил, что это не ваш стиль.

На языке вертится «И что это значит?» – но я заставляю себя сделать глубокий вздох и вместо этого смотрю на сверток с ужином у него на коленях.

– Пожалуйста, ешьте, не обращайте на меня внимания.

Джейк странно смотрит на меня.

– Хорошо, но только при двух условиях.

– При каких? – Я настораживаюсь.

– Во-первых, вы тоже ешьте, пока ваша порция не остыла. А во-вторых, объясните, что за вежливость и кротость на вас напали. На вас это не похоже.

Мы вдвоем уминаем ужин в фургоне Джейка.

– Так что вы хотели спросить о цветах? – интересуется Джейк, когда формальные темы вроде погоды, Сент-Феликса и магазина Микки уже обмусолены. Должна признать, что нейтрально-вежливый треп никогда не был моей сильной стороной.

– Вы передумали, решили остаться и работать в магазине?

Не дождавшись ответа, Джейк поворачивается и вопросительно смотрит на меня.

– Э-э… Ну да. Я над этим думаю.

– И что к этому подтолкнуло?

– Ох, все, не могу я так больше! – кричу я, хватаясь за голову – не лучшая идея, после того как поешь рыбу с чипсами.

У Джейка озадаченный вид.

– Как не можете?

– Сидеть тут как ни в чем не бывало, болтать о том о сем и врать, будто хочу сохранить магазин. Это все не я.

– Зачем тогда в мой фургон влезали? – По лицу Джейка пробегает легкая улыбка. – Не за моими же познаниями в цветоводстве, какими бы обширными они ни были.

Я повышаю голос – это срабатывает защитный механизм.

– Я не влезала, это вы меня пригласили!

– Не мог же я вас оставить под дождем, – ухмыляется Джейк. – За кого вы меня приняли?

Стоит мне начать заводиться, как Джейк сразу остужает мою ярость. Как ему это удается?

– Говорю же, извиниться хотела, – отвечаю я уже спокойнее.

– Вы это еще на улице сделали. Что еще изменилось? Вы же были твердо убеждены, что я распутный прелюбодей.

– Я такого не говорила. – Я смотрю на его руку, лежащую на руле. – Ваше кольцо. Я думала, вы женаты.

– А… кольцо. – Джейк задумчиво смотрит на свою руку. – Да, верная примета.

Он переводит взгляд на меня; веселья на лице как не бывало, и голос становится серьезным.

– Я был женат… какое-то время назад. Но моя жена… – Он сглатывает, и я чувствую, как ему больно. – Она умерла.

– Мне очень жаль.

На его губах появляется слабая улыбка, какая бывает, когда улыбаться – это последнее, что людям хочется делать.

– Бывает такое. Случается каждый день с десятками… да какое там, с сотнями человек. Только не представляешь, что это может произойти и с тобой тоже.

Мне хочется взять его за руку, сказать, что хорошо знаю это чувство. Но я сижу неподвижно и жду, когда он продолжит.

Джейк смотрит вперед, на дождевые потеки, сбегающие по лобовому стеклу.

– Не надо говорить, если не хочется, – произношу я.

Он пожимает плечами.

– Почему вы не должны быть в курсе? Если вы надумали задержаться в Сент-Феликсе, рано или поздно вас кто-нибудь просветит. Уж лучше это буду я. – Он делает небольшую паузу. – У Фелисити – так звали жену – было редкое заболевание сердца. Мы и не догадывались, что что-то не так. Просто вот она была… И вдруг ее не стало.

Он снова смотрит на меня, и лицо его искажено от тоски и горя.

– Она была на пробежке, когда это случилось. Пробежка – это ведь должно быть полезно? Вам так рассказывали?

Он ждет ответа, и я киваю.