Воды любви (сборник) - Владимир Лорченков

– В смысле, база сгорела, вот вам пепелище, – сказал он.

– Ясно, – сказал Лоринков, который как-то сжег дачу, где не смог настелить как следует крышу.

– Мы решили освоить Марс! – сказал мужчина в пальто.

Лоринков узнал, что очень скоро стартует программа освоения Марса. И что там, – в полном соответствии с брендированием, – будут яблони цвести.

– Ну а я вам зачем? – спросил он.

– Понимаешь, – сказал задумчиво мужчина в пальто.

– Нынче у нас в России все менеджеры, маркетологи, или нефть качают– сказал он.

– А яблони-то сажать надо, – сказал он.

– Руками, – сказал он.

– Так что мы завезем на Марс гастарбайтеров, – сказал он.

– Молдаван разобьет нам яблоневый сад, таджик построит базу, а узбек сварит жрать, – сказал он.

– Мы даже еврея с вами отправим! – сказал он.

– А еврей-то зачем? – спросил Лоринков.

– Мало они настрадались? – спросил он.

– Это как премия, – сказал мужчина.

– Он умный и веселый, – сказал мужчина в пальто.

– Шутками будет вас веселить, – сказал он.

Мимо снова провезли чан, откуда вырывался очень полный кучерявый мужчина с криками «козлы… тандем блядь… да хрен с ним с ходором, я же не серьезно… ну какой из меня еврей на марсе… я же спецкорр собеседника!.. господа, я сочиняю сей памфлет/чтоб было что покушать мне в обед/я социально-политической сатирой всех разю/ну да, согласен, зачастую нес ху…». Лоринков поморщился.

–… прибалты, по традиции, займутся охраной трудящихся, – сказал мужчина.

– В смысле, будут надзирателями и расстрельной командой, – сказал он.

– А русские? – спросил Лоринков.

– А русских фашистов нам не надо, – сказал сурово мужчина.

– Итак, Володя, вот контракт, – сказал мужчина в пальто.

– Подпишись тут и тут, аванс получишь в начале месяца, – сказал он.

– Зубы новые вставим, получишь звание полковника ВВС ВС РФ, – сказал он.

– Название для вашей группы испытателей придумаем, – сказал он.

– Скажем… легендарная космическая группа «Бакланы»… идет? – сказал н.

– Через год летите на Марс, разбиваете сад, ставим там камеры, прямая трансляция, будем гордиться все, – сказал он.

– Когда проект исчерпаем, отдадим ТНТ, СТС, прочей мелкой рыбе, – сказал он.

– Будут там «космический дом на Марсе» «потрахуньки на Марсе-2», «последний гей на Марсе» и прочие развлекательные проекты, – сказал он.

– Но это уже лет через 50, а тогда мы чего-то другого придумаем, – сказал он.

– Подписывайтесь, Володя, – сказал он.

Лоринков, глядя на большие клещи и дыбу в углу лаборатории, кивнул и подписал, не глядя. Мужчины переглянулись, улыбнулись. Тот, что построже, достал складную гитару из чемоданчика. Сказал:

– Споем?

– С чего начинается Родина, – протянул Лоринков вопросительно.

– А вот хрен там, – улыбнулся мужчина довольно.

– I found my thrill… on blueberry hill
On blueberry hill… when I found you, – пел мужчина, хитро улыбаясь.

Второй мужчина снимал все это на айфон, тоже улыбаясь. Лоринков, гнусавя, подпевал. Достал из кармана зажигалку. Стал размахивать пламенем.

– Как, тебя, кстати, по отчеству? – спросил певец Лоринкова.

– Владимирович, – сказал Лоринков.

– Владимир Владимирович, – сказал он.

– Будешь, значит…. ну пусть Сигизмундович, – сказал мужчина, играя.

– Одного Владимира Владимировича хватит, – сказал он.

– Дастархан двоих не вынесет, – сказал он и подмигнул.

Полковник Владимир Сигизмундович Лоринков отдал честь и вытянулся по стойке «смирно».

* * *

–… надцать, – считал голос.

– Десять!

Лоринков проверил приборы, проконтролировал уровень кислорода в отсеке для двух овец, Веверицы и Стрелкуцы. Подбавил веселящего газу в отсек для живой рабочей силы, чтобы гастарбайтеры гребанные не сомневались, что их просто везут авиарейсом Сургут-Лиссабон зарабатывать деньги на морском берегу, потягивая туристок да настилая пальмовые ветви на крыши хижин. Убавил горючего в соплах. В общем, вдоволь позабавился над приборной доской, которая не была связана с кораблем.

Кстати, о корабле.

Назывался он, почему-то, «Булава», и Лоринкову название очень не нравилось.

– Ну, что за название вы такое придумали для нашего космического корабля?! – спрашивал он руководителей проекта.

– Нет, чтобы «Маджик Бобс» или, там «Титс оф Скарлетт Йохансон», – говорил он.

– Заткнись,, – говорили мужчины.

– Название говно, но ведь бабло на брендирование корабля тоже попилено, – говорили они.

– Надо было что-то в спешке выдумать, – говорили они.

– Ничему вас, молдаван, жизнь не учит, – говорили они.

Лоринков глянул в камеру в углу кабины. Марс, Марс, какой ты, Марс, подумал он взволнованно. Скоро я пробегусь по твоим красным полям, увижу арыки, прорытые когда-то по тебе марсианскими горцами, побываю на твоих марсианских пирамидах, построенных древними марсианскими египтянами, подумал он. Увижу твои впадины, запомню все твои трещинки, подумал он. Зажглась лампочка, и Лоринков улыбнулся, как учили, в камеру.

– Это маленький шаг для меня, но огромный шаг для всего человечества, – сказал он.

А в программе «Время», которая начнется после трансляции нашего полета, вам объяснят, что эту фразу придумал я и только что… – сказал он.…

а не уроды– американцы и 50 лет назад, – сказал он.

– Кстати, американцы никогда не высаживались на Луне, – сказал он.

– Это такая же правда, как то, что канал RTVi можно смотреть и Лера Новодворовская никогда не служила в КБГ, – сказал он.

– Гм, – сказал голос.

– Пять, – сказал голос торжественно.

– Четыре, – сказал голос.

– Земляне, – сказал Лоринков, думая, вернется ли он когда-нибудь

– Три, – сказал голос.

– Помните, люди, что… – сказал Лоринков.

– Два, – сказал голос.

– Никогда никогда не стоит посе.. – сказал Лоринков.

– Один, – сказал голос.

– Орёвуар, – сказал Лоринков.

Космический корабль, в клубах дыма и пламени, словно помедлил, а потом вдруг оторвался от земли и понесся ввысь, как китайский фейерверк. Сходство усугубляла надпись на хвосте корабля «Made in China». Спустя каких-то пару секунд небо над Байконуром выглядело как и миллионы лет назад. Великим, безмолвным и звездным.