Оглянись назад, детка! - Грация Верасани

Я встала с кресла и спросила:

— Ну, а как ты поживаешь?

Она нерешительно покачала головой:

— Немного устала, но не жалуюсь.

Уходя, я пообещала навестить ее.

Я вошла в агентство и увидела, как из бункера вышел Спазимо: его волосы были взъерошены, а очки с толстыми стеклами опасливо покачивались на кончике носа.

— Звонил некто Марини, — сообщил он.

— Что он хотел? — спросила я, сняв куртку.

Он взял блокнот для заметок.

— Сказать тебе, что сегодня вечером он играет в баре «Контейнер».

— Эй, пойдешь со мной?

— Куда?

— В «Контейнер».

Вместо ответа он продолжил:

— Потом звонил Давиде Меллони, они с Фрэнком пойдут в бар. Он хотел узнать, не присоединишься ли ты к ним на аперитив.

— Большое спасибо, Аучио.

— В твоем распоряжении.

Спазимо опять скрылся у себя. Усевшись за стол, я включила компьютер. Но тут зазвонил телефон.

— Детективное агентство Кантини, — ответила я тоном хорошей секретарши.

— Добрый день, мое имя Алессандро Даци. Я бы хотел назначить встречу, — произнес приятный мужественный голос.

— На когда?

— Как можно раньше.

— Кто вам посоветовал обратиться в наше агентство?

— Никто, я нашел номер в справочнике.

Это настолько очевидно, подумала я.

— Что, неужели так срочно? — Да.

— Тогда приходите прямо сейчас Знаете адрес?

Через полчаса я открыла дверь почти двухметровому сорокалетнему темноволосому мужчине с черными горящими глазами и полными губами. Заметив Спазимо,' который подсматривал из-за двери, я подала ему знак, чтобы он убрался, и предложила Алессандро Даци сесть в кожаное кресло. Он снял пальто: на нем был темно-синий кашемировый свитер и прекрасного покроя брюки.

— Адвокат Кантини, я ищу одну женщину, она пропала, — сказал он, усаживаясь в кресло.

Мне нравятся люди, которые сразу переходят к делу, поэтому я не стала нарушать атмосферу объяснениями, что я не адвокат.

— Прошу… — Я кивнула, чтобы он продолжал.

— Ее зовут Анджела, я познакомился с ней в Риме несколько лет назад.

Я навострила слух.

— Анджела… а фамилия?

— Де Сантис. Уже двенадцать лет я не имею от нее никаких известий. И сейчас я хочу лишь одно — снова увидеть ее.

— Почему?

Он прикусил нижнюю губу и, вздохнув как искушенный актер, ответил:

— Потому что она единственная женщина, которую я любил за всю свою жизнь.

Я облокотилась на спинку вращающегося кресла и закурила сигарету.

— Хотите? — предложила я ему.

— Нет, благодарю. Вы не против? — спросил он, достав из кармана брюк коробку сигар «Давидофф».

— Конечно.

— Спасибо, вы очень любезны. Не все переносят запах сигар.

— Как только вы уйдете, я открою окна.

Он улыбнулся, показывая ровные ослепительно белые зубы.

— Какие-нибудь сведения вы мне можете сообщить?

— Адрес дома, где она жила и где ее знали.

— Почему вы потеряли друг друга из виду?

— Это моя вина Я собирался жениться.

— Женились?

— Два раза.

— Теперь вы свободный человек?

— Да, я живу один, моя квартира в центре города По выходным вижусь со своими тремя детьми и работаю как сумасшедший, чтобы платить алименты моим бывшим женам.

— Невеселая жизнь, — констатировала я.

— Да, — не колеблясь ответил он.

Не поднимая глаз, я чертила на листке бумаги каракули.

— Итак, вы жили в Риме…

— Да, я проходил там военную службу, потом остался работать оформителем витрин, чтобы платить за учебу.

— Что вы закончили?

— Я не закончил университет. В общем, учился на факультете экономики и торговли.

— Вы когда-нибудь были актером?

— Нет, никогда. Хотя кому бы не хотелась быть актером?

— Мне, например, — ответила я, пододвигаю ему пепельницу. — Вы в этом уверены?

— В чем?

— Что не были актером.

Он положил ногу на ногу и стряхнул пепел.

— Конечно, уверен.

— Даже никогда не пытались?

Он потер пальцем кончик классического носа. «Кокаин нюхает!» — пронеслось у меня в голове.

— В общем, поначалу я играл в нескольких фильмах, чтобы заработать немного денег. Вы знаете, в Риме из трех человек двое или актеры, или хотели бы ими стать…

— Конечно… А чем занималась Анджела де Сантис?

— Изучала психологию.

— Вы уверены?

Он заерзал в кресле.

— Почему вы всякий раз меня спрашиваете, уверен ли я?

— Это моя работа.

— Да, извините меня. Вспомнил… Анджела хотела стать певицей.

— Она записала хоть один диск?

Он снял невидимую ворсинку со свитера.

— Не думаю.

Подвинув ему блокнот, я попросила:

— Напишите адреса, имена знавших ее людей, телефоны, все, что может быть мне полезным. Я на минуту оставлю вас одного.

Я вышла из комнаты и вздохнула. А. Алессандро. Даци. Он жил в Риме и снимался в кино… Я стояла у стеклянной двери ванной комнаты и слегка постукивала о нее головой.

— Что ты делаешь? — спросил Спазимо, увидев меня.

Я подала ему знак говорить тише.

— Это может быть он…

— Он — кто?

— Любовник Ады.

— Ты с ума сходишь, Джорджиа.

— Он был актером.

— Кто?

— А, о котором я тебе рассказывала.

— Ну и что?

Я послала его к черту и вошла в кабинет. Даци надевал пальто.

— Вот, здесь все, — произнес он, возвращая мне блокнот. — К сожалению, у меня нет ее фотографии.

— Можете описать мне ее?

Лицо его приняло мечтательный вид.

— Рост метр семьдесят, очень красивая…

— Волосы?

— Белокурые.

— Глаза?

— Изумрудно-серые.

— Спасибо, я позвоню вам .