Что живёт в лесу - Линдси Карри

Лео удивлённо уставился на меня.

– Остатки пиццы?

– Как остатки пиццы могут быть секретным оружием? Нет, Лео. Я говорю о книгах. – Я повернулась к Уиллу. – Ты ведь принёс книги из магазина?

– Да. – Уилл направился к двери. – Мой рюкзак в комнате Лео. Хотите посмотреть их там?

Я фыркнула.

– Конечно. Особенно теперь, когда мы знаем, что моя комната – штаб-квартира призрака.

Мы вышли в коридор вслед за Уиллом. Я глубоко вздохнула прохладный воздух. Моя комната, то есть комната Аннетт, была настоящей сауной.

Уилл вытащил книги из рюкзака и бережно сложил их посреди комнаты. Мне нравилось, что он так аккуратно обращается с книгами.

– Я не знал, что нам может понадобиться, поэтому взял всего понемногу.

Я посмотрела на названия. Там была пара сборников легенд о призраках Мичигана, одна про Согатак и две книги об истории округа.

– Может быть, нам взять по одной книге и поискать информацию об Аннетт?

Лео схватил одну из книг о призраках. Ну конечно. Сейчас он будет искать в ней доказательства того, что нам нужно устроить спиритический сеанс.

Уилл взял книгу про Согатак, а мне остались две книги об округе Аллеган. Я взяла первую книгу, открыла её и по привычке быстро понюхала страницы. Как обычно, запах книги заставил меня улыбнуться. Она чуть-чуть пахла лесом и чем-то сладковатым. Если бы всё на свете пахло так, как книги!

– Ты только что понюхала книгу? – Лео наморщил нос.

– Может быть, – ответила я. – Запах книг – самый лучший на свете.

– Ботаник, – отозвался он и залез на кровать.

Я показала ему язык и уселась у стены. Уилл расположился в углу и сосредоточился на книге. Он перевернул страницу, а потом перевернул её обратно, чтобы что-то перечитать. Я не смогла удержаться от улыбки при виде его серьёзного лица. Уилл такой классный. Наверное, он единственный человек, по которому я буду скучать, когда мы наконец уедем домой.

Перелистывая страницы, я останавливалась всякий раз при упоминании Вудмура. Там было несколько фотографий особняка, в том числе и те, что мы видели наверху в бальном зале. Я нашла фотографию Аннетт, позирующую с лопатой. Она улыбалась и упиралась лопатой в землю. Внизу от руки было написано: «Закладка первого камня особняка Вудмур». Я провела пальцем по глянцевому снимку и представила, как она была взволнована.

Я продолжала перелистывать страницы и просматривать текст, пока у меня не отяжелели веки. Но как только я решила сделать перерыв, мой взгляд упал на слова – …пришёл в запустение после трагедии.

Трагедия? Моё сердце забилось сильнее. Я пропустила несколько строк и продолжала читать, но быстро поняла, что речь идёт о запустении особняка, и застонала.

Уилл поднял голову.

– Что такое?

– В этой главе упоминалось о трагедии, но там не говорилось, что именно произошло.

Уилл выпрямился.

– О трагедии в Вудмуре?

Я кивнула и проглотила слюну.

– Думаю, да. Тут написано, что особняк «пришёл в запустение после трагедии».

Я украдкой взглянула на Лео и с удивлением заметила, что он пристально смотрит на меня. Его глаза были обеспокоенными, а кожа, обычно загорелая после долгих часов на баскетбольной площадке, с каждой секундой становилась всё бледнее. Я резко втянула воздух носом и мне стало не по себе. В отличие от Уилла, Лео совсем не серьёзный. Он любит шутить, и его нелегко расстроить. Или он съел целую упаковку «Читос», запив её двумя банками колы, или прочитал в этой книге о призраках что-то очень страшное.

– Что такое? – спросила я. – В твоей книге тоже написано об этой трагедии?

– Да. И это касается Аннетт.

Мы с Уиллом забрались на кровать. Я отодвинула одеяло в сторону, чтобы оно не касалось моего вспотевшего тела, и вытянулась во весь рост.

Лео перевернул книгу и показал нам страницу. Там была фотография Вудмура под пугающей полной луной, а рядом фотография Аннетт Доттингер. Но в отличие от снимков, которые мы нашли в бальном зале, на этом снимке она не улыбалась. Её костлявое лицо было повёрнуто в сторону от камеры, а уголки губ слегка опущены вниз. Я принялась рассматривать фотографию, пытаясь понять, когда она была сделана. У меня отвисла челюсть, когда я заметила у неё за спиной окна и знакомые обои.

– Не могу поверить! Кажется, это веранда! – Я указала на обои. Даже на чёрно-белом снимке я узнала этот узор. Он не совпадал полностью с узором в моей комнате, но был очень на него похож. – Папа сказал, что когда этот дом ремонтировали в первый раз, то использовали старые фотографии, чтобы сохранить достоверность.

– Логично, – мрачно произнёс Лео. – Если верить этой книге, Аннетт тяжело заболела после того, как Вудмур был построен, и большую часть времени проводила в этой комнате.

– Насколько тяжело? – спросил Уилл. – Простудой или чем-то похуже?

Лео молча перевернул книгу. Половину страницы занимала фотография надгробия с инициалами «А.Э.Д.».

Он прочёл заголовок.

– «Аннетт Элизабет Доттингер умерла через два месяца после окончания строительства Вудмур-Мэнор».

Глава 40

Когда я наконец оторвалась от фотографии надгробия, то увидела, что Лео снова смотрит на меня.

– Видимо, у Аннетт нашли рак, когда Вудмур ещё строили, поэтому Дж. Б. добавил к её комнате веранду, чтобы она могла находиться на солнце, даже когда не выходила на улицу.

Я вскрикнула. Неудивительно, что в моей комнате было всегда так жарко! Веранду построили специально, чтобы она была солнечной и тёплой.

– Она прожила здесь всего два месяца? – уточнил Уилл. – Ну и ну! Это так грустно.

Я снова вспомнила исхудавшую Аннетт в блестящем бальном платье. Неудивительно, что на найденной нами фотографии она сидела на стуле. Наверное, у неё уже не было сил стоять.

Мне стало грустно, когда я представила, как она всё больше слабела по мере строительства Вудмура. Судя по улыбке на фотографии с планом, это был дом её мечты.

Мои мысли начали путаться.

– Если это правда, то у Аннетт Доттингер определённо была причина остаться в Вудмуре после смерти.

Уилл положил книгу на колени.

– Точно. Если её дух чувствует себя обманутым, тогда это объясняет, почему она преследует всех, кто приезжает сюда. Они наслаждаются пребыванием в доме, где ей не суждено было жить. – Он повернулся ко мне и осторожно добавил: – А Джинни нравилась её комната.

– Она могла умереть прямо в этой комнате, – серьёзно добавил Лео. – Тут написано, что рак распространялся быстро, и в конце концов она уже не могла встать с кровати.