Айриш-бой для сицилийца - Джеки Бонати

– Дон Мазари приглашает меня на ужин? – опешил Том, услышав новость от Энди. – Зачем?

– Поскольку вопрос с Давидом практически закрыт, сеньор Мазари хочет поблагодарить тебя за все, что ты сделал, – объяснил Энди. – К тому же, он хочет представить тебя своим капо. Ты давно под защитой семьи, но теперь он хочет озвучить это.

– Капо? – переспросил Том, не совсем поняв термин. – Это наложит на меня какие-то обязательства? – спросил Том.

– Капореджиме, – пояснил Энди. – Одни из самых приближенных людей к сеньору Мазари, его советники. И в твоем случае это, скорее, будут привилегии – защита в случае необходимости, покровительство.

– Я надеюсь, это никогда не понадобится, – вздохнул Том. Но он дураком не был и понимал, что жизнь может перемениться и довольно круто. – Есть что-то, что я должен знать к ужину? – спросил он.

– Ты про какие-то правила поведения и этикет? – уточнил Энди и пожал плечами. – Ну, вообще, у сеньора Мазари все достаточно просто и демократично. А требование, можно сказать, одно – не нарушать омерту. Оно относится не к ужину, а вообще к семье.

– Что такое омерта? – спросил Том, и ему показалось, что само слово какое-то недоброе или роковое.

– Омерта, это… некая клятва, если хочешь, кодекс чести, – начал объяснять Энди. – Он касается того, как должны вести себя члены семьи, в первую очередь в плане отношений с властями. Есть несколько конкретных требований, ну или указаний: есть только одна причина покинуть семью – смерть; обидчик одного члена семьи обижает всю семью; правосудие вершит только семья; члены семьи подчиняются главе семьи беспрекословно; предательство карается убийством предателя и всех его родственников; расправы над родственниками можно избежать, если виновный согласится совершить самоубийство, – четко, без запинки перечислил он.

Голос Энди словно изменился, и было понятно, что все это для него не пустые слова. Том до этого момента не вполне понимал, насколько глубокие связи у семьи и того, что они делают. По спине у него побежали мурашки.

– Значит, когда я войду в семью, я тоже буду должен соблюдать эти правила? – уточнил он.

– Сеньор Мазари предложит тебе принять омерту, – в голосе Энди как будто бы прорезалась мольба, он не мог скрыть, насколько ему это важно. – Ты можешь отказать, но тогда ты не сможешь рассчитывать на лояльность семьи, на ее защиту. В случае чего, помогу тебе только я, да и то, если это не противоречит омерте.

– Я понял, – кивнул Том. – Просто я никогда не был связан подобными обязательствами, для меня это ново, – пояснил он, понимая, что выбора у него все равно нет. – Я сделаю это ради тебя.

– Томми, – Энди шагнул к нему и нежно зарылся пальцами в медные кудри. – Я тоже сделаю для тебя все, что угодно. И умру за тебя, если понадобится.

– Как и я за тебя, – ответил ему Том, потянувшись и поцеловав его.

34.

Ужин у сеньора Мазари поражал и размахом, и одновременно семейной обстановкой. Он проходил в его загородном доме, хотя Том почему-то думал, что все будет снова у тетушек в ресторане, как на Рождество. Но стало понятно, что сбор всей семьи там бы не поместился при всем желании. Столы были накрыты в большом саду, по лужайкам носились дети всех возрастов, играя с собаками. Дон Мазари сидел в глубоком кресле под навесом, с улыбкой наблюдая за ними, видимо там были и его внуки. Том отмечал количество мужчин в строгих костюмах, пытаясь угадать, кто из них лейтенант, кто капо, а кто консильери.

Если бы не Энди рядом, Том, наверное, уже попытался бы сбежать.

– Не нервничай, – Энди погладил его по спине, не позволяя себе большего.

В семье все знали о его предпочтениях, но были и элементарные правила приличия в католической семье – даже семейные пары, если таковые были на ужине, вели себя достаточно скромно.

– Хочешь пунша? – предложил он, чтобы Том немного расслабился.

– Да, пожалуй, – Том признал, что немного расслабиться не повредит. Он кивал знакомым людям, типа Леонардо или Фабрицио, который, как оказалось, тоже входит в семью. Тетушки оккупировали кухню и о чем-то яростно спорили с поваром, так что все предпочитали держаться оттуда подальше.

– Пойдем, я поближе познакомлю тебя с сеньором Мазари. Вы ведь толком и не разговаривали ни разу, – припомнил Энди, себе тоже взяв пунша. Были, конечно, напитки и покрепче, но для них еще не пришло время.

– Я, честно говоря, немного переживаю по этому поводу, – сказал Том, глотнув из стакана. – Что я должен сказать? Или вообще лучше молчать?

– Не переживай, – подбодрил его Энди. – Сеньор Мазари сам будет спрашивать, ты просто отвечай честно. Это касается и омерты, если он спросит. Если ты не готов, не ври, скажи, как есть.

– Хорошо. Просто не бросай меня там, – попросил Том, и они подошли к Дону Мазари, который все там же сидел в кресле, потягивая вино из бокала.

– Добрый вечер, сеньор Мазари, большое спасибо за приглашение, это честь для меня, – сказал Том, подойдя, и слегка поклонился.

– Я буду рядом, – шепнул Энди, последовав за ним.

– Томас Бернс, – мафиози прищурился и протянул свою руку для пожатия. – Ты заслужил эту честь своей верностью и самоотверженностью, – признал он. – Адриано – очень важный член нашей семьи.

– Он много сделал для меня, простого ирландского парня, – улыбнулся Том. – Я буду благодарен ему до конца жизни.

– Все мы когда-то были простыми парнями, ирландскими или итальянскими, – Мазари улыбнулся ему в ответ, и улыбка даже коснулась глаз. – Не буду отрицать, доселе в нашей семьи были только итальянцы, но семья не оканчивается кровью.

– Вы правда хотите принять меня в семью? – не сумел скрыть удивления Том. Ведь в первую очередь, потому что он был ирландцем.

– Вопрос, хочешь ли этого ты, – Мазари наклонил голову и посмотрел на Энди, без слов спрашивая, посвятил ли тот Тома в детали условностей.

Том тоже посмотрел на Энди и кивнул.

– Да. У меня нет другой семьи, ни в Нью-Йорке, ни где-либо еще. Я буду счастлив снова ее иметь.

– Адриано разъяснил тебе, что значит, быть членом нашей семьи? – Мазари не мог не спросить этого.

Пусть Том уже показал свою лояльность и верность, но он должен отдавать отчет своим словам и клятвам.

– Да, разъяснил, – кивнул Том. – Я должен принести клятву? – спросил он.

– Не сегодня! – Мазари поднял руку и обвел ею сад. – Сегодня мы отдыхаем. В понедельник Адриано привезет тебя, и ты принесёшь клятву перед самыми близкими.