Любовное пари - Ли Майклс

— Ты позвонила в полицию?

— Нет. Это ничего бы не изменило. Ведь у меня пропали только наличные, а я и не думала переписывать номера купюр. Кроме того, мне не нужны сложности с соседями.

— Ты думаешь, тебя ограбил сосед по комнате?

Почему она вообще сказала ему об этом? Но ведь Курт всегда отличался изрядным упорством, и спорить с ним не имело смысла.

— Соседа по комнате у меня нет, — с неохотой сказала Лисса. — Это больше походит на пансион. Семь отдельных спален, разделенная кухня и ванная. Так или иначе, огласка всего лишь породила бы проблемы в будущем.

Он кивнул.

— Ты всегда была прагматиком.

— Курт, не надо говорить таким тоном, словно ты констатируешь болезнь. Многие ситуации не оставляют нам выбора.

Мужчина ничего не ответил, но отодвинул в сторону яблочный пирог. Озадаченная его поступком, Лисса продолжила:

— Так или иначе, но нам следует вернуться к разговору о твоей бабушке. Она выведала все у меня, а затем я узнала...

— Что она берет тебя на работу.

— Ты считаешь, что она сделала это из жалости? Я другого мнения. Если твоя бабушка уедет из дома, то ей понадобится помощь. В ее доме много чуланов. Ты же не будешь сам все выгребать оттуда?

Курт отрицательно помотал головой. Лисса холодно продолжила:

— Вот так сюрприз. Ты очень занят, да?

— Я мог бы нанять дополнительную прислугу.

— Но она не хочет прислугу, она хочет меня.

— Может быть, бабушка не до конца отдает отчет в своих действиях.

— И что значат твои слова? Хочешь рассказать бабушке все, что тогда между нами случилось? Сперва хорошенько подумай, ведь тогда повел себя ужасно именно ты. Но кто-то должен будет помогать Ханне и почему этим кто-то не могу оказаться я?

— Как долго будет длиться твоя помощь?

— До начала семестра у меня свободных две недели.

— Но ты же не думаешь, что через две недели вся работа будет сделана? И если ты вытащишь вещи из шкафов, а потом оставишь бабушку...

— За две недели Ханна либо решит, что она все еще любит свой дом и останется, либо, утомленная сборами, вызовет аукциониста и быстренько со всем покончит.

Курт так посмотрел на Лиссу, словно увидел ее в первый раз.

— А тем временем ты получишь плату за то, что потакала ей?

— Я буду делать все, о чем она меня попросит. Знаешь, тебе следует поступить так же. Лучше потакать бабушке, а не спорить с ней.

И может быть, ты увидишь меня совсем с другой стороны.

Лисса посмотрела на часы.

— Я не хочу отнимать у тебя время, Курт, да и у меня есть дела. А раз твои волосы еще не поседели, осмелюсь предположить, что экзамен по вождению я выдержала.

— Я никуда не тороплюсь. И у меня нет никакого желания возвращаться в машину. Я ехал в ней и чувствовал себя так, словно плавал в томатном супе.

— Но это не моя вина, что твоя бабушка предпочитает компактные машины. Ты привык к «ягуару», который я видела у дома...

— Даже и не мечтай о том, чтобы сесть за руль моей машины. — Он встал и достал бумажник.

Лисса все еще сидела и держала в руках чашку с чаем.

— Итак, ты забираешь назад свои возражения?

— Нет. Но так как моя бабушка пока настаивает на своем, я придержу свои мысли при себе.

По крайней мере, он больше не угрожает ей.

— Спасибо за честность.

Вернувшись в машину, Лисса включила радио. В салоне раздался рождественский гимн. Девушка завела мотор и тронулась с места. Затем взглянула на Курта. Он сидел мрачнее тучи.

— В чем дело? — спросила наконец Лисса. — Тебе не нравится песня?

— Только не когда ее исполняют под аккордеон и банджо. Где ты нашла эту радиостанцию?

— Я не выбирала ее, она уже была настроена. Кстати, почему у твоей бабушки нет елки?

— Согласно традиции, мы ставим ее за неделю до Рождества.

— То есть завтра, — подсчитала в уме Лисса.

— Наслаждайся своей работой, — произнес Курт. — Я помог бы, но завтра открывается мой новый торговый центр «Два города-близнеца».

— О, это так важно для тебя... — Лисса припарковала машину позади «ягуара».

— Открытие займет все выходные, — Курт обошел машину и открыл девушке дверцу. — Разве ты не выходишь?

— Нет, я высаживаю только тебя.

— Ты берешь автомобиль бабушки? Для тебя что-нибудь значат слова «угон машины»?

Лисса раздраженно пожала плечами.

— Это никакой не угон. Если бы я взяла твою машину, то тогда твое высказывание было бы верным. А твоя бабушка разрешила мне.

— Ты собираешься пользоваться ее машиной? А что еще тебе дозволено?

— А вот и не собираюсь. Я беру ее только на сегодня, чтобы перевезти вещи. И конечно, мне нужно уведомить свою хозяйку, у которой я снимаю комнату, что я переезжаю к Ханне.

И, прежде чем Курт успел что-либо сказать, Лисса развернула машину и выехала на улицу.

Чувство свободы было невероятным. Небольшой автомобиль с легкостью ехал вперед. Впервые за последние годы Лисса, ненавидящая рождественские гимны, наслаждалась ими. Перспектива двухнедельного проживания на одних макаронах исчезла.

Конечно, еще предстояло решить вопрос с Куртом Галаханом. Но когда великое открытие торгового центра завершится, все разрешится само собой. Ее мир будет восстановлен, и они с Ханной приступят к перебиранию старых вещей.

Курт намекал ей, что расскажет бабушке все, что между ними произошло. Но он никогда это не сделает, потому что не хочет выглядеть плохим...

Какой же долгий вечер я с ним провела! — подумала Лисса. Даже вчера в раздевалке она не теряла надежды на встречу. Но тогда это был личный мотив, а теперь все чувства восстали: и чувство разочарования, и гнев, и боль, и какое-то душевное опустошение и... да, влечение тоже. Смешно! Какое может быть волнение у неряшливого новичка, который прекрасно знает о том, что недостоин Курта? Глупый неряшливый новичок, который купился на сказки недоступного красавца о том, будто тому нужна помощь в математике, и который потом получил за свою помощь по голове. А затем девушка узнала, что волшебная ночь была всего лишь результатом спора, хотя все в группе уже давно это знали.

Ты тоже прогуливала уроки математики, сказал он.

Какое-то время Лисса терпела, думая, что со временем все забудут об этом проклятом пари. Как бы не так! Через некоторое время Лисса на почве переживаний заболела и пропустила уйму лекций по математике. Только тот факт, что она была многообещающей студенткой, избавил ее от двойки.