Любовное пари - Ли Майклс

Никаких обязательств, но и дохода тоже. Ведь с окончанием сессии студенческий союз тоже прекратит свое существование.

Лисса облизнула пересохшие губы. У нее достаточно денег, чтобы прожить без зарплаты. Зато она будет полностью свободной.

Внезапно послышался сильный грохот, и девушка оглянулась назад. Одна из официанток задела тележку, на которой стояла грязная посуда, оставшаяся после банкета. Гора посуды опасно накренилась.

Лисса быстро покинула раздевалку и попыталась устранить бедствие, в итоге запачкав не только свою белоснежную рубашку, но и рубашку официантки.

— Ой, прости меня, Конни.

— Ничего страшного. Рубашка легко отстирается, а вот на ковре могут остаться пятна.

Лисса посмотрела на пальцы. Они все были в карамельном соусе.

— Что же мне делать? Может быть, облизать их?

— Я бы не советовала тебе это делать. Некоторые вещи не такие вкусные, как кажутся на первый взгляд.

Лисса взяла салфетку и попыталась избавиться от липкого соуса. Но ее усилия не увенчались успехом.

Из актового зала появилась управляющая.

— В чем дело девочки? И почему вы не в раздевалке, мисс Морган?

— В ней только два пальто, и похоже, в ближайший час за ними никто не придет. Я помогала Кони с тележкой, — ответила девушка и вернулась на свое рабочее место.

— Конни должна научиться справляться со своими обязанностями сама. — Управляющая кинула взгляд на баночку с чаевыми и продолжила: — Кажется, сегодняшний вечер был удачным. Вклады молодых людей, не так ли? Позвольте вам напомнить, что раздевалка — это не место для свиданий. И если я услышу, как вы даете кому-нибудь ваш номер телефона...

— Да, мэм. — Лисса и не думала ничего объяснять. Молодая женщина подозревала, что ее начальница вряд ли увидит что-либо забавное в прогнозе погоды в Виннепеге.

— Все гости ушли. Заприте оставшиеся пальто и можете убираться, — сказал грозный супервайзер.

Лисса почувствовала заметное облегчение, оказавшись на свежем воздухе. Уличное движение немного стихло, но валил густой снег. Девушка закинула рюкзак за плечи и сделала глубокий вдох. Снежинки таяли на ее губах.

Несмотря на то, что до дома нужно было пройти всего один квартал, дорога заняла добрых полчаса. Со вздохом облегчения Лисса открыла дверь в свою крошечную комнатку, которую снимала в этом огромном пансионе.

Конечно, камин больше не работал, но каминная доска грела душу — в центре ее стояла рождественская елка. Она была двенадцати дюймов в высоту, и ее украшало всего несколько игрушек. Какие-либо огни отсутствовали. Но все равно елка создавала праздничное настроение, напоминала о лучших днях, была символом будущих надежд...

Лисса подошла к ней поближе и нахмурилась. Еще утром на елке висело шесть игрушек. Теперь их было пять. На коврике рядом с каминной доской лежали осколки разноцветного стекла. Шестое украшение, в виде ангела, разбилось.

Кто-то, наверное, резко хлопнул дверью, и ангел упал, подумала Лисса. Но затем в душу девушки закралось сомнение. Неужели здесь кто-то был?

Но никто не мог оказаться в ее квартире.

Лисса затаила дыхание. Она подошла к пластмассовым корзинам и порылась в одной из них в поисках словаря. Внутри него Лисса хранила конверт с деньгами.

Конверт был на месте, но пустой. Кто-то совершил набег на квартиру, перерыл вещи и ушел с ее крохотными сбережениями. Все, что осталось у Лиссы, так это сегодняшние чаевые.

Нужно взять себя в руки и успокоиться. Она и раньше переживала трудные времена. И сможет сделать это снова.

Может быть, следовало дать Курту Галахану свой настоящий номер, в смятении подумала девушка. По крайней мере, она могла бы взять у него в долг, в память о прежних временах...

На следующий день снег прекратился, но ветер все еще продолжал завывать. Несколько аллей, расположенных по соседству с трехэтажным домом, построенным в голландском стиле, были завалены снегом. Когда Курт уезжал, рабочий чистил аллеи, но их снова занесло.

Курт припарковал свой «ягуар» под небольшим навесом и вошел в дом.

Из кухни доносился аромат корицы и ванили. Рождественское печенье. Курт вошел в кухню.

Домработница бабушки стояла на стуле и копалась на верхней полке буфета, который пережил несколько поколений. Курт посмотрел на нее, и в тот же момент сверху посыпались кастрюли. Он подал женщине руку, помогая спуститься на пол, а затем начал наводить порядок.

— Почему ты стоишь на стуле? Ведь для этих целей я купил лестницу.

— Она стоит в подвале. Очень трудно дотащить ее сюда. Мне нужна вот эта кастрюля. Остальные можешь убрать.

Курт взял кастрюли, встал на стул и водрузил их на место.

— Бабушка еще не вернулась с ланча?

— Еще нет. Ей нужно о многом поговорить с Мэриан.

К тому же, подумал Курт, они планируют чаепитие с «молодым» другом Мэриан...

— Если хочешь, есть свежий кофе, — предложила Джанет.

Курт налил себе кофе, взял несколько печений и отправился в гостиную. Солнце уже взошло, и его лучи проникали в комнату. Огромная ель, росшая перед домом, качалась на ветру. Когда к дому подъехал маленький красный автомобиль, с ее верхушки упал ком снега. Курт присмотрелся и узнал машину своей бабушки.

Входная дверь открылась и закрылась. Курт встретил бабушку в коридоре, разделявшим холл и гостиную.

— Как, черт возьми, ты ездишь в такой снегопад?

— Улицы почти все расчищены, дорогой. К тому же мы привыкли, что в Миннеаполисе всегда валит густой снег.

— Но на дорогах лед!

— С каких это пор лед волнует человека, который ради забавы взбирается на вершины высочайших гор мира?

— Речь идет не обо мне, а о тебе. Ведь ты могла разбиться! Вчера вечером ты говорила, что в такую погоду очень хорошо иметь под боком классного водилу.

— Ты прав, дорогой. Пожалуйста, повесь мою шубу. И попроси Джанет приготовить мне чашечку чая. — Она сняла шубу и небрежно бросила ее на пол.

Курт не стал ничего говорить и направился в сторону кухни. Он собирался уже позвать Джанет, как вдруг резко открылась входная дверь. Курт вздрогнул от неожиданности. Холодный воздух проник в квартиру, и раздался женский голос:

— Миссис Вилдер?

— Я в гостиной, — крикнула из соседней комнаты бабушка. — Входи.

В дверях появилось миленькое личико, имевшее форму сердца. Его обрамляли короткие рыжие волосы, а на щеках пылал яркий румянец. Молодая женщина вошла в прихожую.

Курт с подозрением уставился на нее.

— Откуда вы взялись?

Она проигнорировала его вопрос.