Отец на замену - Уля Ласка

— Ясно. “Мои дети”. “Я смогу”. Ты из тех мамаш, что на раз вычеркивают отцов из жизни детей. Не способна разрешить конфликт по-взрослому и сливаешь на детей свои проблемы.

Пантелей даже фыркнул для того, чтобы показать насколько ему это мерзко.

Я посмотрела в сторону кухни, где на столе лежала большая чугунная сковорода. Память-то исчезла, а какой-то дурной, нездоровый опыт остался. Вот его точно не помешало бы выбить!

— Предлагаю на сегодня закончить. Мне примерно понятно в какую сторону тебе стрясло мозг. Отдыхай. Саш… — я поднялась с Валей на руках и повернулась к сыну, чтобы попросить его на время перенести игрушки в спальню и оставить нашего нежданного гостя вариться в своем адском котле мыслей.

— Стой! — Пантелей попытался схватить меня за кофту, даже коснулся ее пальцами, но в последний момент скривился и с бессильным шипением опустился назад на подушку.

— Покой и сон, — голосом доктора из тв-шоу наставительно проговорила я. — А то кроме памяти ещё что-нибудь пропадет.

Пантелей смерил меня ненавистным взглядом. Шумно сцедил воздух сквозь стиснутые зубы и спросил:

— Как тебя зовут?

Я помедлила. Это была последняя грань, переступив за которую, возврата не было.

Ну и ладно! Пусть попробует найти во мне то, за что меня можно бросить — озвучила я свою боль, которая иногда всё ещё мучила по ночам.

— Ирина.

— Странное имя, — хмыкнул Пантелей.

— Кто бы говорил, — закатила глаза я.

— А почему меня так зовут?

— Отдыхай, — поспешно отбрила я его, не имея ни малейшего представления, что на это ответить. А ведь он ещё не спрашивал о своей семье!

— Ира… — Сердце в груди забилось быстрее, среагировав на тембр голоса и знакомое сочетание букв. — А еда у вас здесь хоть есть?

Где моя сковородка?!

— Смотря что ты называешь едой.

— А что вы едите?

— Тебе меню озвучить?

— Хотелось бы.

— Ты знаешь… Нет.

— Что значит нет?

— Не озвучу.

— Тебе жалко для меня еды?

Желание иметь сковородку в руке троекратно возрасло.

— Конечно, жалко. У нас рассчитано все до грамма.

— Это как?

— На всю непогоду.

— И зачем ты тогда меня спасла, если собираешься уморить голодом?

Захотелось пошутить по-черному про нужность Пантелея в условиях ограниченности питания, но я не стала. Он реально занервничал, а осложнения его сотрясения не входили в мои планы.

— Всё хватит болтать. Лежи и отдыхай. А лучше поспи. Если будет тошнить, я поставлю вот здесь миску.

— Чем тошнить? У меня желудок прилип в позвоночнику!

— Пантелей, успокойся. Посмотрим, как тебе будет вечером, и если всё хорошо, то я тебя покормлю.

— А если не хорошо?

— Тогда поголодаешь до утра.

— А если…

— Пантелей, отставить паранойю! — Мое терпение лопнуло. — Поверь, ты нужен мне живым и относительно здоровым.

— Да?

Что?! В глазах Пантелея я с ужасом заметила настоящий мужской интерес!

— Да. Чтобы дать тебе пинка под зад, как только очистят дорогу.

Интерес погас.

Фух!

— Ты можешь выпроводить отсюда детей?

— Куда?

— В другую комнату. Мне нужно поговорить с тобой без них.

— Нет, не могу, — с опаской ответила я.

— Хочешь, чтобы сын слышал твой рассказ, почему мы расстались.

— Пантелей, сегодня никакого рассказа не будет. Твой мозг уже не справляется. Закрывай глаза. Спи. Саш, собирай игрушки и неси их в спальню. Валюш, помогай брату, — я спустила дочь с рук и отправилась на кухню.

Нужно было обеспечить травмированного правильным питьем, чем я и занялась. И через пять минут, когда я вернулась с подносом, он уже спал.

Отлично!

А мне предстояло заняться тем, чем я зарабатывала весь последний год.

Быстро перенастроила древнюю, ещё Сашкину видеоняню на спальню. С умилением посмотрела на играющих вместе деток. Шмыгнула носом и пошла в свой секретный чулан, обитый старыми, мягкими одеялами.

Ещё полгода, я разделаюсь с долгом, который оставил мне муж. И буду свободной!

Глава 9

Спустя четыре часа, пару небольших перерывов на то, чтобы накормить детей обедом, уложить дочь спать, обсудить с сыном, чем он хочет позаниматься, включить ему обучающую программу на планшете и две отшитых за это время нормы, я выключила швейную машинку, быстро-быстро поморгала, сбрасывая накопившееся напряжение, вытянула руки вверх, растягивая затекшую спину и…

— Чем ты тут занимаешься? — прозвучал требовательный вопрос из-за спины, и я чуть не свалилась со стула.

Это как нужно было заработаться, чтобы забыть, что в доме кроме детей есть ещё кто-то.

Да как-как?!

Как и каждый день с мыслью, что ещё двести комплектов детского нижнего белья отшиты, и это уже на двести комплектов ближе к моей цели!

— Зачем ты встал? — я учла предыдущие столкновения с Пантелеем, поэтому сразу пошла в наступление.

— Захотел и встал, — и глазом не моргнув, пояснил он нарушение постельного режима, оперся плечом на дверной косяк и стал внимательно осматривать помещение.

— Как голова? Кружится? Болит? Тебя не тошнит?

— Что ты шьешь? — Пантелей принципиально проигнорировал мои вопросы и вновь задал свой.

— Одежду. — Я встала со стула, попытавшись вытеснить любопытного наглеца из своей рабочей зоны, но неожиданно обнаружила, что он здоровый!

Нет, всё ещё больной, но здоровенный!

В первую нашу встречу у меня было столько адреналина в крови, что я даже не приняла во внимание его параметры.

Когда тащила его на ледянке он был просто тяжёлой тушкой.

Разложенный на диване, Пантелей так же не произвел на меня особого впечатления.

А вот сейчас занимая весь проход и стопроцентно перекрывая мне возможность к побегу, он реально меня напугал.

— Какую одежду? Кому?

— Пантелей, ты понимаешь, что постельный режим после сотрясения прописывают не просто так.

— Почему так много ткани и пакетов? — не унимался он, а потом, мягко толкнув меня назад, шагнул внутрь и закрыл за собой дверь.

— Ч-что ты делаешь? — голос подвёл, колени вмиг ослабели, а в чулане стало очень тесно и будто бы душно.

— Отличное место. Я лежал уже почти час без сна и не слышал ее работы, — Пантелей кивнул на мой рабочий инструмент.

— Я много работаю. Сын привычный. А вот дочь в первые месяцы реагировала на любой звук, пришлось искать решение.

— А если ты громко закричишь, тебя услышат в доме? — Пантелей пристально посмотрел мне в глаза, я судорожно сглотнула и плюхнулась на стул. Сердце отчаянно заколотилось, а мозг застопорился, не находя выхода из сложившейся ситуации. — Ира, ты дура, — очень спокойно, а оттого пугающе вдвойне произнес этот маньяк. — А если с тобой здесь что-то случится, ты даже не сможешь позвать на помощь, — Пантелей