Фея чистоты - Тереза Тур

Я с облегчением откинулась на спинку уютного диванчика, но тут же подпрыгнула, взвизгнув от боли. Мой хвостик никуда не делся.

– Хрюк! – поддразнила фея.

– На себя посмотри, – огрызнулась я и застыла. – В чем дело? Ты же только что разговаривала!

– Сейчас объясню, – хрюкнул Букля, вылезая из саквояжа. – Судя по магическому фону, что я наблюдал, пока здесь развивались нешуточные страсти, все дело в том, что ты, Энн, сделала фее комплимент.

– А мое лицо? Оно в норме, а вот хвост…

– Хрюк!

– Замолчи!

– Энн, нет! – Минипиг выглядел словно строгий учитель с расшалившимся классом. – Что ты наделала? Полюбуйся на себя!

Я посмотрела в отражение окна и едва не расплакалась. Свиной пятак. И все из-за этой.

– Дамы! – Раздался требовательный стук.

Дверь дернули как раз в тот самый момент, когда мне на лицо золотой пылью опустилась плотная вуалетка.

Что ж, и на том спасибо.

– Что тут происходит? – В купе просунулся знакомый, похожий на яйцо, шлем.

Ну вот… Полиция. Интересно, они арестуют эту… крылатую? За то, что превращает журналистов в крыс (ну ладно, допустим, он как раз заслужил), а ни в чем не повинных девушек в… Но хватит об этом, пора действовать.

– Нам также было бы интересно узнать, – всхлипнула я, картинно потянувшись платочком под вуаль шляпки (столько раз видела такой момент в кино – всегда хотелось повторить!). – К нам ворвался какой-то… грубиян! Говорил непростительные вещи. У него была камера!

Констебль потупился.

– И где он?

– Кто?

– Грубиян.

– И… и… исчез! Умоляю, найдите его! Найдите и избавьте нас от этого кошмара. Да хранят феи королеву. – Я стала рыться в саквояже, пытаясь дрожащими пальчиками найти пузырек с нюхательной солью.

Никакой соли в саквояже, конечно же, не было. Там был Букля – тихо притаился на самом дне. Но констебль этого не знал. Сейчас он извинится и уйдет. Дожидаться, пока дама примется приводить себя в порядок, неприлично.

Страж порядка, однако, не собирался покидать наше многострадальное купе. Он стоял чуть наклонившись вперед и… Было похоже, что думал, хоть это и не вязалось с историями о Шерлоке Холмсе.

– Могу я попросить уважаемую фею прокомментировать? – выдал яйцеголовый.

Черт… Черт! Черт! Только этого не хватало.

– Все в порядке, – прозвенел колокольчик.

Крылышки загудели, констебля окутало золотым облаком.

– Конечно, – улыбнулся тот светло и счастливо. – Все в порядке! Все в порядке. Все в полном порядке!

И ушел.

От облегчения я забыла, как дышать. Откинула вуаль, полюбовалась на собственное отражение и с удовольствием обнаружила, что сидеть стало значительно легче – хвост исчез, а к фее вновь вернулся голос.

– Я полагаю… – Букля вновь было высунул из моего саквояжа любопытный пятачок, но к нам опять постучали.

– Это когда-нибудь прекратится? Сколько можно нас беспокоить? – Колокольчик звенел мелодично, но рассерженно.

– Поверьте, это ради вашей же безопасности! Я должен знать, что произошло.

– Простите, это моя вина. Уронила сумочку. – Я улыбнулась проводнику, водрузив тяжелый саквояж на колени.

– Хрю… – послышалось из сумки.

– Вот! Я же говорил! Я знал! Слышите? Хрюканье!

– То есть вы утверждаете, что я… – Фея встала, в вагоне поднялся настоящий золотой вихрь, – я хрюкала?!

– Никак нет, госпожа фея! Нет, нет, что вы… Феи да хранят Витту Мудрую, простите! Простите меня. Может, желаете чего? Я… я сию секунду, ваше магичество, только…

– Принесите стаканчик лавандового мороженого, – бросила красавица, жеманно пожав плечиками. – Мне необходимо остыть.

– Да, да! Сейчас… Сию секунду!

– А мне – шоколадного, если можно, – не удержалась я, вдруг почувствовав, что страсть как хочется мороженого!

– Хрю! – послышалось из сумки, да так громко, что проводник едва не упал от неожиданности.

Пришлось фее постараться. Вновь заплясала, заискрилась пыльца, и теперь уже у проводника появилась та самая блаженная улыбка, что была у констебля.

– Три стаканчика, – повторял он, удаляясь, пританцовывая, по коридору. – Лавандовое, шоколадное и клубничное! Хрю-хрю!

– Как у вас получилось меня заколдовать? – Ярко-зеленые глаза сощурились.

Какая же она все-таки красивая! Одно слово – фея. Аккуратные ушки чуть заострены, как у эльфа, кожа мерцает и искрится.

– Не знаю, – честно призналась я, погладив Буклю по… по буклям. Такой вот каламбур получается, уж простите.

– А расколдовали? Как?

– Не знаю.

– И откуда вы взялись на мою голову? – вздохнула фея.

Принесли мороженое. Три стаканчика: лавандовое, шоколадное и клубничное. Клубничное – для Букли. Какое-то время все трое молча наслаждались лакомством, и каждый, наверное, думал о своем.

Я – о том, что есть шоколадное мороженое лучше всего под стук колес мчащего в неизвестность поезда.

Тук-тук, тук-тук, тук-тук…

Поезд мчался вперед. Мимо гор, рек, лесов и полей. Мимо крошечных игрушечных замков, чьи башенки виднелись вдалеке, мимо простых, но добротных и ухоженных домов сельских жителей. Один раз я даже увидела фею! Совсем юную – пролетая мимо, она даже помахала нам с Буклей рукой, но, наткнувшись на высокомерный взгляд нашей соседки, тут же исчезла.

Моя соседка больше не хрюкала. Хвост тоже исчез, правда, осталась дырка в юбке на том самом месте. Я спросила, нельзя ли как-то решить и эту проблему с помощью волшебства, но мне так и не ответили. Вообще разговор не клеился. Та, что притащила меня в этот псевдовикторианский мир, вела себя так, будто это не она, а я все испортила! Благоухая цветами, крылатая леди морщила носик, стоило ей скользнуть взглядом по обычной девушке и свинье с ушами, напоминающими судейский парик. Возможно, она права и мы с Буклей не самое подходящее общество для утонченного существа, но…

Но дитя эфира могло бы и не показывать этого столь явно!

Хамка. Так вести себя просто неприлично.

– Пф-ф‑ф…

Белый дым затуманил окна: поезд встал.

– Остановка – двадцать минут! Желающие прогуляться?

В дверь постучали, и наш проводник, дождавшись разрешения, с опаской сунул голову в купе.

– Дамы, все в порядке? Можно выйти, подышать свежим воздухом, выгулять домашних питомцев.

В моем саквояже одобрительно хрюкнули, напугав до икоты несчастного проводника, и без того измученного нашим присутствием.

– Спасибо, – улыбнулась я, чувствуя себя неловко.

Проводник ушел. Фея даже головы в его сторону не повернула. Ну конечно! Ей поди нет никакого дела до презренных бескрылых.

В саквояже послышался шорох, и вдруг оттуда вылетело что-то продолговатое, с виду похожее на футляр для очков, прямо мне в руки!

– Проветриться не желаете? – Букля высунул розовый пятачок, застежки открылись, словно чудище щелкнуло зубами. – Пойдем. Покурим.

– Что?

– Пройдемся по