Фея чистоты - Тереза Тур

– Замок – мой дом, – хмурил он брови.

В конце концов все сочли за благо признать, что это замечательная идея – построить рядом академию. Никому и в голову не пришло возражать, ведь лорд Харди ведал в королевстве самым сложным – контролем за призраками и защитой населения от них же.

Лорда-предателя заменил на посту королевский казначей – милый человек, с которым всегда можно договориться (особенно если стащить из лаборатории пару пузырьков с нужными зельями). Ничего запрещенного – так, пару капелек в чай для сговорчивости. А вы думали, ведать всей хозяйственной частью академии легко?

Мы все старались, и было ради чего: дети оказались талантливыми, любопытными, желающими постичь все скрытые тайны вселенной. Правда, иногда их рвение сильно выходило за рамки установленной программы и причиняло массу неудобств в виде взорванных башен и разбитых окон, но… Таковы трудовые будни и побочные эффекты познания искусств магических.

Конечно, мы наказывали шалунов, как-то же надо их воспитывать? В результате чего сад замка преобразился! По этой же причине мы с мужем не держали садовника (опять же экономия, на этот раз уже казны семейной). Но главное наказание – уборка! Замок, правда, давно уже перестал упрямиться, но если попросить…

В общем, забот хватало – я крутилась как белка в колесе. Одни только выбитые заклинаниями стекла чего стоили! Рут без устали искал выход из положения, но пока все, что ему удалось, – это сделать стекла, осколки которых тут же превращаются в золотую пыльцу. Гениальная разработка стала плодом совместных усилий талантливого артефактора и Венди. Производство наладили тут же, в мастерской на территории академии. Доход превзошел все наши самые смелые ожидания! Ведь безопасность – превыше всего, особенно в воспитательных учреждениях, коих в Дан-Лане немало.

– Что с тобой? – хрюкнули сзади.

Я обернулась, да так и застыла с открытым ртом! Что это с нашим уважаемым ректором? Букля был… золотой. Совсем как монета с изображением королевы Витты, вот только в отличие от спокойно-величественного профиля правительницы Ганглии поросенок кипел от злости, краснея сквозь сверкающую позолоту.

– Вот, полюбуйся! – Минипиг завис в воздухе, используя уши парика вместо крыльев.

– И кто это у нас такой смелый?

– Дочь королевы Витты!

– Талантливая девочка. – Я погладила поросенка по спине. – Очень… стойкое заклинание.

– У фей выучилась, – буркнул Букля. – Вот как не отправлю Ее Высочество на каникулы, будет знать!

– Боюсь, именно этого она и добивается. – Я улыбнулась. – Кому охота провести целых две недели в Дан-Лане под неусыпным строгим оком Ее Величества, подумай сам? Детские балы для девочки-сорванца наверняка скука смертная – туфельки, пышные платья, похожие на зефир, танцы, кружева…

– А ты права, бестолочь, – задумался ректор. – Тогда… продлеваем каникулы принцессе?

– Смилуйся.

– Над ней? – В прищуре черных блестящих бусинок можно было рассмотреть все что угодно, кроме милосердия.

– Над Ее Величеством.

– Ладно. В конце концов, она нас финансирует, и, надо отдать должное – жалованья более чем достойные. – Букля долетел до кресла, устроившись словно на троне. – Энн?

– Да?

– С тобой все в порядке?

– А что?

– Что-то не так. Ты какая-то… тихая.

– Знаю. – Я села рядом, уронив руки на колени. – Как-то ничего не хочется.

– Хм-м‑м… Совсем-совсем ничего? Нестись на паровозах спасать мир? Нет?! Затеять еще одну академию? Для твоих обожаемых призраков, к примеру? Тоже нет?

– Не-а…

– Ты не заболела? – Поросенок вскочил. – А ну, подойди. Подойди ближе, сказал! Я посмотрю. Наверняка задели заклинанием.

– Каким?

– Тихим.

– А что? – оживилась я. – Такое бывает?

– Нет, но… посмотри туда – видишь? – Лапка поросенка ткнула в окно, из которого все так же виднелись новенькие корпуса. – Эти что угодно изобретут! И на тебе испытают.

Букля соскочил с кресла, обежал, принюхиваясь, вокруг меня. Остановился. Подумал и… выдохнул с облегчением.

– Бестолочь… бестолочь нерадивая, – прошептал и… исчез.

Я уже хотела попросить замок отправить меня следом – пусть, в конце концов, объяснит, что происходит, но поросенок неожиданно появился вновь.

– Милорда я позвал.

И снова исчез.

Я вздохнула (который раз за последнее время?). Зачем? Зачем отвлекать серьезного человека от важных дел? И только я так подумала, как раздался тихий, аккуратный стук в дверь. Так стучался только он. Всегда.

– Энн, – родной низкий голос.

Сразу стало легче. Так почему же я плачу?

Маг сгреб меня в объятия и утащил в кресло, закутав в плед и устроив на коленях.

– Харди… – Я уткнулась носом ему в грудь и замерла от ощущения полного, безоговорочного счастья.

Он коснулся моей макушки губами. Все было хорошо, только слезы продолжали бежать по щекам.

– Я тебя люблю, – прошептала, глядя в глаза цвета темного янтаря.

В крапинку.

– И я тебя, Энни. Очень.

Мы смотрели на огонь, забыв обо всем. Очнулись, когда в дверь постучали.

– Ужин… Мы вас ждем, – сообщил Рут, не входя.

– Пошли! – Я вскочила, потянув мужчину следом, потому что вдруг поняла: если прямо сейчас не съем слона – умру на месте.

– Ни о чем не хочешь мне сказать, Энн? – Лорд Харди поднялся и обнял меня за плечи.

– Я? Нет…

Мысли заметались испуганным роем. Что он мог узнать? В дальних лабораториях замка, скрытых заклинанием, мы с Венди изобретали… Так это ж ему на день рождения. И он не мог узнать, Рут обещал. Нет, не то. Нашел мои записи по проекту интеграции призраков в жизнь Ганглии? Понял, что время от времени я сбегаю к Темзе советоваться? Только этого не хватало!

Муж тихонько смеялся, неся меня вниз, в столовую. Значит, точно о призраках и Темзе не знает.

– Ладно, смешная моя. – Он опустил меня на пол. – Догадаешься – расскажешь.

Голова закружилась, а перед глазами появились… мальчишки. Двое. Точные копии отца… Видение было настолько ярким, что сомнений не осталось.

– Харди, – прошептала я, чувствуя, как подкашиваются ноги.

– Именно. – Меня торжественно поцеловали в нос. – Все, правда, уже в курсе – мы с тобой последние.

Я прижалась к мужу, решив, что первым делом после ужина пойду к Венди. Поблагодарить фею за мир, который она мне подарила.