А счастье пахнет лавандой! - Бернадетт Стрэхн

— Она точно такая же, как на телешоу, где показывают, как найти идеального партнера.

— Да, должно быть, на самом деле фантастическая. БЕРНАРД! ВЫХОДИ!

С лестничной площадки послышался шум. Бернард суетливо сбежал вниз с извинениями. Через несколько минут он уже следовал в сопровождении своих проводников по теплой летней улице.

— Куда вы меня ведете? — спросил он, видимо, с ужасом ожидая ответа.

— Сначала мы зайдем в бар за углом, а потом направимся в «Мечты Манхэттена», — сообщила ему Иви.

— «Мечты Манхэттена»? В Кадмен? — переспросил Бернард.

— Да. Не беспокойся! Это лучше, чем ты полагаешь.

То была ложь. «Мечты Манхэттена» были хуже, чем он полагал. Иви и Саша отдали им предпочтение на том лишь основании, что там всегда было много молодых девушек; к тому же многие из них обычно были до такой степени под хмельком, что у Бернарда был шанс произвести на них впечатление.

— Как ты себя чувствуешь? — Иви по-матерински осмотрела Бернарда при свете мерцающих лампочек, окружавших «Мечты Манхэттена».

— Я чувствую себя… решительно. — Бернард сжал свои узкие ладони в кулаки.

— Вот так, мой мальчик. — Иви смахнула пушинку с его воротника.

— Но мне хочется домой.

— Не время, Бернард. — Иви тронула его откровенность. — Мы с тобой. Будет здорово.

— Да. — Бернард неуверенно улыбнулся. Так улыбается приговоренный, пытаясь получить удовольствие от последней трапезы.

Саша поцеловала его в щеку, и алая волна румянца залила все его лицо.

— Меня забудь, — сказала она хрипло, — в ночном клубе полно всякой рыбешки.

Итак, до смерти напуганный и ничего не понимающий Бернард шагнул в мир «Мечты Манхэттена».

Усевшись на вызывающей зуд красной банкетке, потягивая напитки из разноцветных стаканчиков, Иви, Саша и Бернард при свете мерцающих фонарей разглядывали разложенную на коленях книгу.

Сейчас уже не открывают такие клубы, как «Мечты Манхэттена». Не изменившиеся с тех пор, как вошли в моду годах в восьмидесятых, они так и сохранили крошечный танцевальный зал, освещаемый нижним светом. Вокруг блестящего бара, длинного и неудобного, снуют прыщавые мальчики в блестящих красных жилетах и мягких серебристых бабочках. Бледные руки из темных углов лезут к стойке прямо через головы разодетых в пух и прах местных девушек. Теперь количество расхаживающих обезьяноподобных вышибал явно превышает количество ищущих легкой наживы проходимцев. К полуночи все обычно заполняется до отказа.

— Ну и свалка, — сказала Саша, переведя дух.

— Здесь просто замечательно. — Иви обожала ночные клубы. Ей нравилась сама их сомнительность, а также возможность рассмотреть целые толпы людей, которые ведут себя предосудительно. Для нее чем более вызывающе, тем лучше.

— Я не вынесу, если мы пригласим его в какое-нибудь приличное место. Это должен быть вопль души.

— Ты права. Здесь прекрасно. — Иногда Сашу было слишком легко переубедить. Она между тем преодолевала трудности текста:

— «Три главные составляющие, необходимые для того, чтобы разговорить собеседника, — читала она, — состоят в следующем…»

— Бернард, ты слушаешь? — ворчала Иви.

— Да. Но только, пожалуйста, давайте не будем это называть «разговорить собеседника».

— Почему же?

— Потому что… На такие вещи я не способен… — Бернард принял свою любимую позу Несгибаемого Упрямца. — С мамой я разговаривал каждый день, но, на самом-то деле, из женщин я могу разговаривать как с друзьями только с вами двумя, больше ни с кем. Я не уверен, что смогу вести серьезный разговор с какой-то еще дамой, а уж тем более «ее разговорить».

— Послушай, Бернард. — Иви сжала его руку очень осторожно, чтобы не испугать. — Очень приятно, что ты считаешь нас своими друзьями. Но раз уж мы твои друзья — доверься нам. Не думай, что твоя задача сегодня вечером — непременно найти себе девушку, нет, просто попробуй: окуни палец в воду и все.

— Да. Палец. В воду. — Бернард покачивался, руки зажаты коленями. — Хорошо.

Саша откашлялась и продолжала немного громче, чем раньше. Народ прибывал, и бритоголовый ди-джей прибавил громкость.

— Итак, «три главные составляющие следующие: первая — уверенность в себе…»

Иви и Саша обменялись взглядами над головой Бернарда.

— Сделай еще глоточек, Бернард, — посоветовала Иви. — Это прибавит тебе смелости.

— «… вторая — расспросите выбранного вами человека о его жизни».

— Вот это хороший совет. О себе все любят говорить, — заметила Иви.

— А какие вопросы нужно задавать? — спросил охваченный паникой Бернард. — Я не могу задавать даме вопросы о ее личной жизни.

— Совсем необязательно начинать с размера бюстгальтера, — сказала Иви. — Заставь работать свое воображение. Узнай, где она работает, где живет, любит ли музыку.

— Часто ли она сюда приходит, — внесла свою лепту Саша.

— О Боже! — Узнав о второй составляющей, Бернард, казалось, полностью утратил то качество, которое требовала первая.

Но Сашу было не остановить:

— «Третья — не забывай о языке тела».

— О языке тела? — взвизгнул Бернард, уставившись на свои ноги, как будто именно они могли его подвести. — Что это значит?

— Не волнуйся. Сейчас я найду соответствующую главу.

Иви заметила, что на них внимательно смотрит черноволосый молодой человек. Она отвела глаза, а потом незаметно взглянула еще раз в его сторону. Он все еще смотрел.

— Вот, нашла. — Саша просмотрела страницу и изложила Бернарду ее краткое содержание: — Например, ты должен часто облизывать губы или дотрагиваться до них. Это явный сексуальный сигнал.

— Сексуальный сигнал, — взвился Бернард. — Но я совсем не уверен, что хочу посылать явные сексуальные сигналы.

— Нужно быть похитрее, Бернард. Просто немного облизывай губы. Вот так. Попробуй, — подбадривала его Иви.

Бернард высунул язык не хуже ящерицы.

— Гм… Ладно, над этим мы еще поработаем.

Иви украдкой взглянула на темноволосого парня. Он так и смотрел на них.

— Старайся держать руки на бедрах, — сказала Саша, — и выдвигать по направлению к девушке область половых органов.

— Я пошел домой.

Иви и Саша ухватились за Бернарда и усадили его обратно.

— Саша хотела сказать, что тебе нужно просто чуть-чуть выставлять это место вперед, вот и все.

— Но это начинает походить на порнографию! — Бернард готов был расплакаться.

— Совсем нет. Получается что-то в этом роде. — Саша встала, положила руки на бедра и выставила это свое место прямо на Бернарда. Нельзя сказать, что это подействовало на него успокаивающе, так как упражнение практически происходило на уровне его лица.