Идеальное чудовище - Елена Кароль

- А ты откуда знаешь? - удивилась, из последних сил удерживая губы от того, чтобы не улыбаться, как дурочка, а руки от того, чтобы не впиться ими в лацканы его пиджака и не затащить уже в дом силой.　

Кончики ушей Арно стали подозрительно красными.　

- Подсматривал.　

Я уставилась на него в шоке. Арно потер кончик носа и пожал плечами.　

- Я скучал.　

- Вот ты... - пробормотала, даже не зная, что сказать дальше. Ну а потом просто махнула рукой, приглашая в дом, и сразу утащила на кухню. Откармливать!　

Ну и, кто бы сомневался, этот паразит остался у меня на ночь. В итоге завтраком я его тоже накормила, с нескрываемым умилением глядя на то, как он уминает мою стряпню, и даже с собой дала, когда он собрался идти на работу, но предупредила:　

- Для Эйко!　

- Да куда ему? - возмутился Арно. - Ему вообще худеть надо, отожрался, как боров.　

- Ему правильно питаться надо, - отчеканила строго. - А ты не жадничай. Это твой друг, его ценить надо.　

- Ну... - блондин задумался и кивнул, - да, ты права. Извини. Просто я ревную.　

- К Эйко? - Мои брови сошлись в скептичной гримасе. - Арно, не дури. Всё, до вечера.　

И он ушел. Снова ушел. Правда, перед этим поцеловал так, что едва не остался, но мой самоконтроль был на высоте и я выставила его из дома сама. Закрыла дверь, сползла на пол, обняла колени руками и долго-долго сидела так, улыбаясь как дурочка.　

С этого дня Арно приходил ко мне каждый вечер. И каждый вечер приносил что-то в подарок. Это были цветы и пирожные, безделушки для интерьера и украшения, мелочи из одежды (например, шарфик) и даже книги. Причем умные книги: по ведовству и зельеварению.　

Несколько раз мы выбирались в кафе и парк по самой солнечной погода, но прогулки выходили скомканными. Он ревновал меня к мужчинам, а я просто безумно ревновала его ко всем встречным девицам, которые беспардонно заглядывались на моего Арно.　

Даже такого, бессовестно худющего.　

В общем, гулять мы перестали и проводили свободное время либо на диване в гостиной, где сидели в обнимку и просто наслаждались запахом друг друга, либо вовсе в спальне, где наслаждались друг другом уже целиком.　

Потихоньку подкралась осень...　

У меня началась учеба. Стало меньше времени на тоску и рефлексию, которые подкрадывались ко мне сразу же, как за Арно закрывалась дверь. Каждый раз мне казалось, что он уйдет и не вернется. С ним что-то случится. Что-то страшное.　

Но нет. Он возвращался каждый вечер и мой мир снова становился полным, а счастье безграничным.　

А потом учеба захватила меня с головой и я поняла, что мне это всё безумно нравится. Просто безумно! Все эти милые девочки и умные мальчики, эти мудрые преподаватели и интересные предметы. Полноценная нормальная жизнь! Я с таким упоением погрузилась в процесс, что поначалу даже не обратила внимания на то, что стала подозрительно быстро уставать и по ночам сильнее всего хотелось спать, а не наслаждаться ласками Арно, который неизменно ночевал у меня, даже если серьезно задерживался по работе.　

А потом меня первый раз стошнило.　

Утром. Прямо после завтрака.　

- Алисия? - нервничал Арно, стоя за дверью санузла, где мне было просто чудовищно плохо, хотя я успела съесть только один блинчик со сметаной. - Что происходит?　

Что-что...　

Что-то определенно происходит.　

Убедившись, что еды в желудке больше нет и тошнить нечем, я села прямо на прохладный кафель, положила руку на живот и провела себе малую целительскую диагностику. Прикусила губу, когда мои подозрения подтвердились, а потом заплакала и одновременно истерично расхохоталась, потому что это было более чем закономерно.　

Противозачаточное-то я с зимы не пила!　

Светлая Богиня, ну какая же я дура! Как я вообще могла о нём забыть?!　

- Алисия! - Дверь слетела с петель и в ванную ворвался Арно. С белым, как мел лицом, расчерченным черными венами, с бездонными провалами глаз. Подлетел ко мне, грохнулся на колени и схватил за плечи, тревожно всматриваясь в моё лицо. - Что? Что случилось?　

- Я... Я... - Слезы хлынули градом, но я сумела это сказать: - Беременна-а-а...　

- Ага.

Быть беременной мне одновременно нравилось и нет. Нравилось то, каким заботливым стал Арно, окончательно переехав ко мне и уходя на работу только по действительно важным делам. И ужасно не нравилось всё остальное: токсикоз, слабость, сонливость, отеки, провалы в памяти... В итоге первую зимнюю сессию я закрыла с горем пополам и только потому, что в принципе не была дурой, а потом с нескрываемым облегчением забрала у секретаря ректора бумагу с разрешением взять академ по семейным обстоятельствам.　

А замуж мне выйти всё-таки пришлось, но уже не в храме.

Мы просто расписались у нотариуса и я стала госпожой Алисией Томайо, а Арно сиял, как новенький солар,и всю дорогу домой нес меня на руках. До самой спальни.　

Из-за того, что я была беременна сразу двойней, было тяжело вдвойне и в начале весны Арно привез мне мою маму, которая была так счастлива, что я совершенно её не узнавала: строгая и ворчливая Сесиль Мэджи превратилась в сверх меры добрую и заботливую маму, которая не только закармливала нас с Арно своей изумительной стряпней (её хватало даже на гостинцы для Эйко!), но и безропотно прибиралась по дому, запрещая поднимать мне что-то тяжелее вилки.　

Иногда это бесило, особенно когда она перегибала палку и строго отчитывала меня за то, что я не накинула шаль на плечи, выйдя на задний двор подышать свежим воздухом, но потом я снова напоминала себе, что это моя любимая, самая лучшая на свете мама, и прощала ей эту строгость.　

А в конце весны на свет появились два самых долгожданных и красивых ребеночка: малыш Арвин и крошка Айрин. Беловолосые, голубоглазые, сладкие настолько, что приходилось отбирать их у мужа с боем даже на кормление, а гуляла с ними исключительно счастливая бабушка Сесиль.　

Ближе к концу лета нас навестила свекровь. Не скажу, что была рада её приезду, но Присцилла вела себя так скромно и даже в какой-то мере робко, что я погасила в себе первый порыв не пустить женщину