Похоронные дела Харта и Мёрси - Меган Баннен

«Бердсолл и сын» подошел только к вечеру, сжимая в потных руках маленький бумажный сверток и едва дыша от волнения. Из мастерской доносился стук, и он надеялся, что Мёрси не захочется пустить этот молоток в ход, когда он расскажет ей про письма. Глубоко вздохнул – унять нервную дрожь это не помогло – и позвонил.

К его ужасу, на звонок вышла не Мёрси, а ее отец. Если Зедди и Лилиан знали про Харта и Мёрси, то, наверное, и Рой знал? Бердсолл встал за стойку, и Харт подумал, что сейчас сердце остановится, но Рой приветливо улыбнулся, и Харт решил, что тот еще ни о чем не подозревает.

– Доброе утро, маршал Ральстон. Привезли тело?

Харт сомневался, что не побледнел окончательно.

– Нет, я… Я…

Что он собирался ответить? «Я приехал к вашей дочери, чтобы рассказать ей, что я ее тайный друг по переписке, и вопреки всему надеюсь, что она не возненавидит меня на веки вечные, а может, даже будет не прочь перепихнуться со мной ночью»?

Между солидными бровями Роя пролегла озадаченно-встревоженная складка, и Харт наконец выдавил то единственное, что вообще мог сообщить ему:

– Я хочу заново внести предоплату похорон.

– Что ж! – Приветливая улыбка вернулась – улыбка Мёрси, понял Харт. И едва он подумал про Мёрси, как она явилась – выглянула в контору из коридора в очках, покрытых древесной пылью.

– Пап, ты слышал… – Она увидела Харта и закусила нижнюю губу, и его сердце выпрыгнуло из груди и скакнуло к ней.

– Я займусь, кексик. Маршал Ральстон хочет оплатить у нас похороны.

На этот раз Мёрси не стала прятать ухмылку.

– Ой, правда?

– Маршал, давайте пройдем в кабинет.

Харт бросил на Мёрси паникующий взгляд, а Рой хлопнул его по плечу и пригласил в кабинет.

– Чаю? – улыбаясь, предложил он.

– Да, пожалуйста.

– Так, напомните-ка, мы работаем над уже заключенным договором? – спросил Рой, когда они заняли места по разные стороны стола. Харт положил сверток на пустующий соседний стул.

– Нет. Я разорвал договор с Каннингемом. Хочу заключить с вами новый.

Рой вскинул брови, и те увлекли за собой очки.

– Понятно. Спасибо за беспокойство.

Харт поерзал на стуле и кивнул, а Рой развернул перед ним буклетик.

– Мы предлагаем широкий ряд лодок ручной работы в трех ценовых категориях – полагаю, вы хотите приобрести лодку?

Прежний договор Харта подразумевал, что его завернут в простую парусину, кремируют и развеют на окраине кладбища. Но если Мёрси нравилось строить лодки, он собирался потратиться на лодку. На дорогую. Посмотрел, какие есть варианты, и выбрал самую дорогую модель из самого дорогого дерева. Брови Роя угрожали взлететь с лица, но он нацепил очки на нос и записал выбор Харта.

– Предпочитаете похороны или кремацию?

– Наверное, кремацию.

– Куда отправить останки?

Одно дело – сказать совершенно незнакомому человеку, что дома у тебя нет, а значит, твой прах некуда посылать. Другое дело – признаться в этом папе Мёрси.

– Да развейте на кладбище.

– Без могильного камня?

Харт покачал головой, и Рой наморщил лоб – выражение, которое напомнило Харту мягкое сочувствие Мёрси.

– Для близких такое не очень приятно.

– Не хочу никого обременять.

Рой отложил ручку.

– Откуда вы, Харт?

Было приятно слышать, как Рой по-отечески зовет его по имени. Харт закинул лодыжку на колено и пожалел, что нет шляпы, чтобы водрузить на ногу.

– Из Арвонии. В шестнадцать стал танрийским маршалом, да так и осел здесь.

– Семья есть?

– Никого из близких.

– Вы вроде дружили с Альмой Магуайр? Она была вашей напарницей, да?

Харт вспомнил, как приехал к Альме и Диане в последний раз, и как они тихонько обсуждали его, думая, что он спит и не слышит.

– Да, мы близкие друзья, – согласился он.

– Я давно знаю Альму. Думаю, развеять ваш прах для нее не такая уж ноша.

Может, Рой был прав. В конце концов, именинный ключ Харта хранился у Альмы, и ей предстояло решить, что с ним делать после смерти Харта, так что он кивнул в знак согласия.

– И к ней еще впишите Диану Белиндер.

Рой взял ручку и вписал оба имени в нужное место.

– Будут какие-то указания насчет именинного ключа или ключей членов семьи, которые остались у вас?

– Мой именинный ключ уже у Альмы Магуайр. Ключ моей матери надо будет отправить ее сестре, Патриции Липпетт. Вероятно, она до сих пор живет в Петтисвилле в Арвонии.

– Хорошо. – Рой записывал сведения и одновременно говорил: – Я настоятельно рекомендую хранить завещание в одной папке с распоряжениями на случай смерти. Близким будет проще, когда все в одном месте.

– У меня все с собой. – Харт полез в карман жилета и достал документ, аккуратно сложенный втрое.

– Прекрасно. – Рой сложил завещание в картонную папку вместе с новым погребальным договором. Отдал Харту новый ключ-удостоверение и спросил: – Можно задать вопрос? Почему вы решили расторгнуть договор с Каннингемом и заключить с нами?

Харт не был готов к такому вопросу. Он опустил ногу и сел прямо, уложив потные ладони на колени. Если Мёрси еще не говорила Рою насчет них, у него не было права рассказывать, но в то же время лгать он не хотел. Ложь – или, по крайней мере, умалчивание – и так доставила ему слишком много проблем.

– Я встречаюсь с вашей дочерью. – Под конец голос его истаял.

– Простите, не расслышал.

Харт прокашлялся.

– Я встречаюсь с Мёрси.

Рой уже напечатал на лицевой стороне папки «Ральстон, Ха», но замер, стиснув ручку в кулаке. Долгая пауза вытянула из комнаты весь воздух, но потом вошла Мёрси, постучав в дверь. Она попыталась жизнерадостно улыбнуться, пока ставила перед Хартом исходящую паром кружку, но оба мужчины достаточно хорошо ее знали, чтобы разглядеть нервную гримасу.

– Все в порядке? – слишком уж весело прощебетала она.

– Конечно. Спасибо, кексик.

– Ага, – поддакнул Харт, терзаемый искушением вцепиться ей в ногу, чтобы она выволокла его из кабинета в безопасное место.

– Ладно. – В комнате вновь повисла тяжкая тишина. – Тогда пойду. – Мёрси еще раз натянуто улыбнулась и ушла, закрыв за собой дверь.

Рой посмотрел в глаза Харту поверх очков. Харт ждал увидеть резкий блеск неодобрения. Вместо этого отец Мёрси смотрел оценивающе.

– Я помню, ты спас ей жизнь, но у меня сложилось впечатление, что вы двое друг друга ненавидите.

– Это определенно не ненависть.

– Хм. Дай мне минутку все осмыслить, – грубовато сказал он, открыл ящик стола и вытащил не такую уж секретную бутылку виски. Налил себе на три пальца и наклонил горлышко к чаю Харта в качестве предложения.