Герцог-обольститель - Адель Эшуорт

– Не хотите ли сесть, леди Оливия? – предложил герцог Трент.

– Нет, благодарю вас. Я здесь не за тем, чтобы...

– Зачем же? – спросил Сэмсон холодно.

Он все еще сидел на краю письменного стола со скрещенными на груди руками. Она уже начинала нервничать и сердиться, что он продолжал задавать ей вопросы, будто желал, чтобы она признала свою вину еще до того, как он скажет, что скучал по ней.

Она выпрямилась и стала обмахиваться веером.

– Я вижу, вы ждете ребенка, – обратилась она к Вивиан.

– Через четыре месяца. – Лицо молодой женщины озарила улыбка.

– Через четыре месяца? – удивилась Оливия. Вивиан положила руку на живот.

– Я знаю, я стала такая большая. – Оливия направилась к ней.

– А это не отечность? – забеспокоилась она. – Это может стать проблемой в такую жару, как сейчас...

– Оливия, прекратите говорить ерунду, – приказал Сэмсон.

Оливия посмотрела на него сердито и хотела что-то возразить, но в эту минуту в дверь снова постучал дворецкий и, открыв ее, провозгласил:

– Ваша светлость, обед подан.

– Сейчас идем, Гарольд, – сказал Колин, но его восхищенный взгляд был прикован к Оливии.

Дворецкий вышел, а Сэмсон спросил Оливию:

– Вы наконец скажете, зачем вы пришли? – Она склонила голову набок.

– А вы как думаете, Сэм?

– Понятия не имею, – пожал он плечами.

– Вы иногда можете быть таким грубым, – прищурившись, бросила она.

– Он? – Колин поставил бокал на каминную полку. – Миледи, вы не представляете себе, сколько этому человеку требуется времени, чтобы решиться хотя бы заговорить с...

– Будет тебе, Колин, – упрекнул Уилл.

Оливия посмотрела на Сэмсона и увидела, что он ждет, что она на это ответит. Она снова сложила веер и сказала:

– Тогда я могу предположить, что в мое отсутствие вы ни за кем больше не ухаживали, ваша светлость.

Сэмсон сморщил лоб и, прищурившись, стал смотреть на нее.

Повисло общее молчание.

– Ах, любовь!.. – прошелестел вдруг Колин. Оливия зарделась.

– Вы женаты, сэр?

– Нет, но мне сейчас захотелось, чтобы был. А вы ищете мужа?

– Да, – сказала она и посмотрела на Сэмсона. Сэмсон лишь поднял брови, и это разозлило ее.

– Вообще-то однажды у меня уже был один, но он оказался наглым лжецом. – Все молчали, поэтому она добавила: – А потом я узнала, что на самом деле вовсе не была за ним замужем.

В комнате снова наступила тишина.

Оливия глубоко вздохнула. Эмоции захлестнули ее.

– Потом я случайно встретила другого человека, очень хорошего, разительно отличавшегося от первого. Он был такой красивый и умный и относился ко мне просто чудесно. Ему были небезразличны мои чувства, моя работа, моя жизнь.

Выражение лица Сэмсона смягчилось.

– Он изменил мой мир, – продолжала она хриплым шепотом. – Он любил меня, я была ему нужна, но я... я наговорила ему много ужасного. Я бы жизнь отдала за то, чтобы взять свои слова обратно.

Она уже стояла всего в шаге от Сэмсона и смотрела на него с такой любовью, что он не мог этого не заметить.

– Я так хочу выйти за него замуж.

Дрожь сотрясала ее тело, глаза наполнились слезами. Она сжала кулаки и стиснула зубы.

– Я так его люблю. Люблю гораздо больше, чем могла бы сказать, если бы не покинула его. Я хочу, чтобы он вернулся ко мне, любил так, как он говорил, и простил за то, что я была такой наивной и глупой. Я люблю его всем сердцем, но боюсь, что он больше не чувствует ко мне того же.

Оливия видела, какую боль и какую бурю эмоций вызвало у Сэмсона ее признание. Он крепко обхватил себя руками, чтобы не броситься к ней.

В этот момент Оливия поняла, что никогда его не теряла.

Она улыбнулась, но отступила на шаг от Сэмсона и посмотрела на Колина, наблюдавшего все это время за ней.

– Но если он не захочет принять меня, сэр, – сказала она небрежно, – полагаю, что вы захотите.

В ту же секунду Сэмсон кинулся к ней и прижал к себе так крепко, что она задохнулась. Глядя на нее и счастливо улыбаясь, он прошептал:

– Ему не нравятся леди с голубыми глазами.

Она услышала, как все рассмеялись, а Сэмсон поцеловал ее так, что наступила тишина. Она уронила веер и обняла Сэмсона за шею.

Когда они наконец оторвались друг от друга, он прошептал:

– Как же ты меня напугала, Ливи. Пожалуйста, больше никогда меня не бросай...

Она покачала головой. Слезы жгли ей глаза, а он смотрел на нее с любовью и... облегчением.

– Я так по тебе скучала.

– Боже мой, Оливия... – Его голос сорвался, и он прижал ее голову к своей груди, не в силах совладать со своими эмоциями.

– По-моему, все ушли, – пробормотала она.

– Они деликатные люди, и сейчас они в столовой сметают со стола всю еду.

– Пусть. Мне нужен только ты. – Он вдруг стал серьезным.

– Ты носишь моего ребенка?

– Нет. – Ей снова захотелось плакать.

– Хорошо. Значит, у нас может быть настоящая свадьба.

– Настоящая, законная свадьба? – просияла она.

– Настоящая, законная и пышная свадьба. И я готов затратить целое состояние на твои бальные платья.

– И на духи.

– Естественно.

Посмотрев ей в глаза, он прижался лбом к ее лбу точно так, как в тот вечер, когда они танцевали на балу и, кроме них, больше никого не было на свете.

– Я люблю тебя, – прошептала она.

– Ливи... – выдохнул он, – я тоже тебя люблю.