Запах полыни - Галина Гордиенко

— Да я… да мы… да никогда!!! — закричала в гневе Таня.

— Ну и характер, — укоризненно покачала головой Маргарита Макаровна. — Как-то Сереженьке с тобой придется…

Таня позеленела, глаза ее стали бешеными, и Маргарита Макаровна, отлично зная младшую дочь, поспешила исчезнуть. Уже из коридора она крикнула:

— Танюша, давай зови всех к столу, папа уже гуся принес, остывает же!

«Действительно, характер тот еще, — подумал Колыванов, наблюдая, как Таня мечется по кухне. — Интересно, где Серега с ней познакомился…»

Таня подошла к раковине и умылась ледяной водой. Неохотно промокнула лицо бумажными салфетками и сердито засопела: лучшая подруженька удружила, привела с собой этого… этого… этого наглеца!

И неожиданно фыркнула — здорово она розы об него обломала! Жаль, только пиджак порвала, лучше бы пару царапин на бессовестной физиономии оставила, глядишь, родителям бы меньше понравился, тоже — жених нашелся, теперь не отстанут — что, да где, да когда…

В зале загомонили, задвигали стулья, и Таня пошла звать подругу к столу: хватит Саулешке на лоджии прятаться, сколько можно? И насчет развода опять-таки…

Что-то она Женьку давненько не видела, не сбежал ли? Женька, он может, из этого сумасшедшего дома самой слинять хочется, только родители не простят — юбилей все-таки и гостей назвали.

— О, привет! — радостно воскликнула Таня, увидев брата у открытого окна. — Куришь тут? А я боялась — ты сбежал. В комнатах тебя нет, и тетя Галя искала…

— Придумала — сбежал. — Колыванов бросил сигарету. — Это я тебя никак поймать не могу, ты, кстати, не забыла о разводе?

— Да помню, — досадливо отмахнулась Таня. — Как раз Саулешку к столу звать иду, заодно вас познакомлю.

Колыванов пожал плечами: Таниной подруги он не видел. Может быть, девчонка вообще не пришла. Или ушла, пока Татьяна воевала с Векшегоновым.

Он вздрогнул от неожиданности, когда Таня закричала, бросаясь к Сашеньке:

— Опять по углам прячешься, сколько можно!

— Я… не прячусь, — робко запротестовала Сауле, страшась поднять глаза на Женю.

— Да-а? Тогда что ты тут делаешь? — съехидничала Таня. — Свежим воздухом дышишь?

— Ды… дышу.

— Ладно, хорошо, что вы оба здесь, — не стала спорить Таня. — Не нужно место искать, а то гости, чтоб их, как тараканы по всей квартире расползлись…

— Ну и зачем тебе специальное место? — весело поинтересовался Колыванов.

— Затем!

Таня за руку вытащила упирающуюся Сауле из ее угла. Подтолкнула в спину поближе к брату и снисходительно разрешила:

— Вот, можете начинать договариваться!

Сауле непонимающе таращила глаза. Колыванов вздрогнул, в голове стремительно всплывали события семилетней давности.

Помнится, он едва не поседел той осенью! Только что окончившая школу Татьяна бессовестно преследовала его по пятам с плачем о своей несчастной подружке — что там она ему пела? Мол, без дома, денег, родственников, сущая бедняжка и сирота… Ручки-веточки, шейка как у первоклассницы, смуглая-пресмуглая, из Казахстана, кажется…

И ребенка ждет, само собой!

— Значит, это она?

— Она, Саулешка! Сауле то есть, — весело подтвердила Таня. — Моя лучшая подруга! Хотя если вспомнить лощеного паразита, которого она сюда притащила…

Глаза Тани нехорошо блеснули, но развивать тему она не стала: дело есть дело. Легонько шлепнула Сауле между лопаток и буркнула:

— Вот, Саулешка, твой муж, знакомься — Колыванов Евгений Сергеевич. — Она подмигнула брату. — А это, следовательно, твоя жена: Колыванова Сауле Александровна. Фиктивный муж и фиктивная жена, разумеется! — Она фыркнула. — Теперь давайте, ребятки, быстренько обговаривайте дату, когда пойдете разводиться, и за стол, а то мама за остывшего гусака с меня скальп снимет!

— Сауле, значит? — всматриваясь в побледневшее милое лицо, ошеломленно пробормотал Колыванов. — Красивое имя и тебе идет…

— Подумаешь — обычное казахское имя, — перебила Таня. — Саулешке бабушка его дала, так, Саулешка?

Сауле кивнула, у нее вдруг закружилась голова, она с трудом слышала Татьяну, уши словно ватой заложило.

Таня смерила подругу сочувственным взглядом: толку от нее, вот-вот в обморок хлопнется, неженка несчастная! — и решила взять дело в свои руки. Широко улыбнулась брату и сказала:

— Предлагаю договориться на вторник. Понедельник, сами знаете, день тяжелый, так что ну его к черту, а вот вторник — самое то. Разведем вас на раз, ведь претензий друг к другу никаких? Так что отдадим заявления, и всех дел. Саулешку я у этого… с работы отпрошу, а ты, Женька, сам себе хозяин. Ну как, согласны?

Сауле вцепилась слабеющими пальцами в подоконник, у нее подламывались колени, она с трудом стояла.

Колыванов холодно спросил Татьяну:

— Я правильно понял: во вторник я должен развестись с ней? — И он кивнул на Сауле.

— Ну да! Ты — с ней, а она — с тобой.

— Нет.

— Что «нет»? — растерялась Таня. — Тебя не устраивает вторник?

— Меня не устраивает развод.

— Ничего себе заява! Это еще почему?!

— Потому что мне нужна была свобода, чтобы жениться именно на ней!

— На… ней? — Таня неуверенно ткнула пальцем в обомлевшую подругу. — Вот… на ней?

— Да.

— Но… как же… — Таня обернулась к Сауле и недоверчиво спросила: — Это ты с Женькой, что ли, познакомилась в приемной у Вероники?

Сауле судорожно сглотнула и еле заметно кивнула.

— Со мной, не сомневайся, — усмехнулся Колыванов.

Таня отступила на шаг, изумленно глядя на подругу с братом, и выдохнула:

— Прямо-таки мексиканский сериал!

— Нет, просто судьба, — пожал плечами Колыванов. — Хотя, если честно, я никогда в нее не верил.

— А что мы скажем тете Гале?

Таня даже поежилась, представив родительские лица, узнай они правду. А уж какую физиономию скорчит этот… этот…

А тетя Галя?!

— Какая разница? — Колыванов встревоженно посмотрел на Сауле, ему не нравилась ее бледность и круги под глазами.

— Это тебе никакой разницы, — внезапно рассердилась Таня. — А из меня тетя Галя лапши нарежет, когда ты расколешься! Сам подумай: фиктивный брак, да с моей подачи, да столько лет всем голову морочили… нет, точно убьют, и твои, и мои!

Колыванов притянул Сауле к себе, вдруг показалось, что она сейчас упадет. Обняв ее, мгновенно успокоился и легко пообещал:

— Мы им не скажем про фиктивный брак.

— А что скажем?!