Последняя из Танов - Лорен Хо

– Ты говорила мне держаться подальше от молодых, а не от красивых.

– Держись подальше от детей и от красавчиков. Красавчиков нужно бояться, как чумы. Они так востребованы, что самомнение у них улетает еще выше, чем у красавиц. Им никогда не приходится прилагать усилия в постели. Не удивлюсь, если окажется, что Суреш отвратительно целуется и ужасен в сексе – этот парень выглядит как тот корейский поп-певец, от которого ты всегда фанатела, – как там его зовут, Вон Вон? Бон Бин? Бин Бон?

– Вон… Бин… – процедила я. – И он актер.

– Актер, поп-певец – неважно, в Корее это одно и то же, – пренебрежительно сказала Линда.

– Это две совершенно разные профессии! И как вообще можно спутать Вон Бина с Бин Боном? Бин Бон – это персонаж «Головоломки», великолепного анимационного фильма, который мы с тобой вместе смотрели, причем дважды! – прошипела я. – Ты хотя бы прочитала биографию Генри Чона, которую я тебе приготовила перед китайским Новым годом?

– Я же тебе сказала, что запомнила все существенные детали, расслабься! И что мы вообще спорим о делах давно минувших дней? Особенно если учесть, что ты сама виновата – так плохо врала, что никто даже не попросил показать фотку Генри. – Таков был ответ моей бесцеремонной лучшей подруги. А потом она вытянула фляжку, от которой подозрительно пахло ромом.

Слишком поздно отказываться от поездки на Мальдивы. Мне придется записывать все барные счета на ее кредитку.

17:10. Мальдивы прекрасны: ясное небо, облака из сахарной ваты, пышная растительность. До нашего суперэксклюзивного экокурорта мы летели на гидросамолете. Курорт просто невероятный – деревянные виллы на сваях стоят над водой сумасшедшего аквамаринового цвета, с живыми кораллами тут и там. К тому же из-за того, что сейчас не сезон, нам предложили занять по отдельной вилле! Это путешествие превзойдет все ожидания. Мне даже жаль дурачков, которые упускают возможность воспользоваться скидками несезонного периода.

Линда, моя лапочка, вытащила свою кредитку «Центурион» и молча передала администратору. Мы будем пить, пока не посинеем в цвет местной воды.

18:05. Уф. Начало моросить.

18:08. Черт, 4G выключен. Нет интернета!

18:20. Льет как из ведра.

18:25. Вайфай не работает!

18:33. Все еще не работает!

18:58. ВСЕ ЕЩЕ НЕ РАБОТАЕТ!

19:15. Решила зависнуть в баре, потому что на вилле все равно больше нечего делать. Подумала было пробежать под моросью, но, когда открыла дверь, обнаружила, что дождь превратился в бурю со сносящим с ног ветром. Вызвала дворецкого. Он пришел с огромным зонтом, который оказался совершенно бесполезным, так как дождь шел диагонально (?). Моя длинная рустикальная юбка промокла насквозь ко времени прибытия в главный ресторан, где меня ждала Линда, – на ней каким-то образом не было ни капельки воды или следа стихии.

21:00. Отличная еда, вино. Кому есть дело до дождя? Кому есть дело до Ануши и Суреша? Еще вина!

22:45. На вилле. Поняла, что 4G ловится, если я неподвижно стою в ванной на крышке унитаза (она такая прочная, кстати) в полуметре от открытого окна. Сделаю в рабочем телефоне точку доступа и смогу раздавать 4G на личный телефон. Готово. Смеха ради открыла «Спонк» и с удивлением обнаружила там менеджера бара. И с кем он тут собрался образовать пару? С гостями? Нас тут не больше тридцати пяти человек, так как не сезон. Хм-м. О, а он довольно симпатичный.

Может…

22:47. Линда конфисковала мои телефоны. Все сразу. Говорит, что вернет мне только рабочий в среду, если я буду себя хорошо вести.

23:05. Здесь нет круглосуточного бизнес-центра. И они еще называют себя шестизвездочным курортом! И, судя по словам администратора, мы находимся «черт-те где», так что вайфай наладят не раньше пятницы. Пятницы.

Вторник, 17 мая

Дождь идет не переставая, а мы с Линдой пьем не переставая с самого утра. Меня беспокоит отсутствие телефонов (рабочая привычка) – это можно заглушить только обильным количеством вина.

Пристала к менеджеру бара без всяких мобильных приложений во время вечеринки «Закатная текила по вторникам», но он меня отверг, будто я истекшая кредитная карта. Неудивительно, что никто теперь не пытается знакомиться в реальной жизни. Даже не знаю, чего я хотела добиться. Как будто нарочно поступаю себе во вред.

Среда, 18 мая

И снова идет дождь, какая неожиданность.

Линда мне не отдала рабочий телефон. Ну и ладно. Пусть Суреш разбирается с моим дерьмом по работе.

Ничего не делаю, только ем и пью. Перечитала оставленную кем-то копию «Каина и Авеля». Не знаю, почему так, но я побывала в гостиницах по всему миру, и непременно в библиотеке каждой из них – непременно! – находится книга Джеффри Арчера, Джудит Макнот и/или Майкла Крайтона. Интересно, что за книги найдутся в апокалиптическом бункере.

У бассейна проходит «Волшебный час мохито». Я заняла местечко у панорамного бассейна и стала ждать Линду, но она так и не пришла. Пила в одиночестве. Линда и менеджер бара вместе вышли с ее виллы, и одежда у обоих была потрепана.

Как только Линда увидела меня, она побледнела и крикнула ему в спину:

– Шафик, и не забудьте еще прочистить трубу в ванной. Она очень, э-э-э, нуждается в прочистке. Спасибо, что починили кондиционер.

Дорогой дневничок, он даже не Шафик – он Абдул. Чтобы Линда занялась сексом с прислугой, должен был произойти тектонический сдвиг в ее отношении; обычно она обращает внимание исключительно на влиятельных и/или статусных мужчин. Может, все произошедшее с Путсом заставило ее пересмотреть ценности?

Четверг, 19 мая

Бестелефонная будка

Достучаться до Сети

Аватар (которого нет)

Боже мой, что же люди делали до появления интер– нета?

Пятница, 20 мая

20:15. Сегодня выглянуло солнце, так что я решила впервые с момента приезда пойти поплавать. Все было отлично, пока меня что-то не ужалило, и я чуть не лопнула от боли. Пришлось обратиться к медсестре, которая сказала, что это похоже на ожог от «обычной медузы», и мне не нужна экстренная эвакуация, так как я «не умру», и она стопроцентно в этом уверена, хотя «всего лишь гостиничная медсестра». Она отвела меня в палату – ей оказалась обычная комната с массажным столом и маленьким шкафчиком с лекарствами, что не особо внушало доверия.

У меня было время подумать о жизни и протрезветь в палате. Может, я