Целительница из Костиндора - Теона Рэй

Я поймала себя на том, что прижимаюсь к лорду в поисках защиты, ухватившись за рукав его накидки. Лицо пылало, а теплый ветер заставлял меня еще сильнее потеть. Пришлось низко опустить голову, пока Риддл вел меня за длинный стол, располагающийся в конце площади. Там уже находились другие Безликие, а перед ними стояли пустые блюда.

«Ничего, – говорила я себе мысленно. – Что я, голых тел никогда не видела? Видела, конечно. Даже самого лорда в бане парила!»

Риддл занял место посередине, мне предложил сесть рядом. Оказавшись за столом, я мгновенно почувствовала себя свободнее. Отсюда открывался вид на всю площадь, но при желании – а оно у меня было – можно весь вечер разглядывать блюдо под носом. И, раз есть посуда, значит, будет и еда, а она займет мое внимание еще на какое-то время.

Я косилась на Безликих. Слева от лорда сидел Шерон, а остальные были мне незнакомы. Самой себе не признавалась, что хочу увидеть Даламара. Говорить с ним не стану, но в душе еще теплилась надежда, что он сам захочет со мной пообщаться.

– Он уехал навстречу Катарине, – сказал лорд.

Я уставилась на блюдо. Как Риддл понял, что я ищу отца? Мысли читает? Вряд ли.

– У тебя на лице все написано, – объяснил лорд.

Железные чаши, от которых над площадью разносился зубодробительный звук, замолкли, и я выдохнула. К музыканту с лютней присоединилась женщина, играющая на арфе, и мелодия, льющаяся из-под ее пальцев, заставила меня расслабиться. Не все так плохо, как я себе представляла. Ну, подумаешь, голые танцы. В конце концов, это ведь у людей не принято оголять телеса, а у демонов все по-другому. Они чуть более раскованны, только и всего.

Я поняла, что сижу скукожившись. Встряхнулась, расправила плечи и убедила себя, что в танцах у костра нет ничего плохого или странного. Участвовать я, конечно, не стану, но посмотреть-то можно?

– Гости еще трезвые? – уточнила я у лорда, надеясь, что он ответит отрицательно.

– Пока да.

– А почему они… кхм, в тряпочках?

– Своеобразные праздничные костюмы. Когда-то и их не надевали.

Я представила демонов без «костюмов», еще пуще залилась краской и машинально запахнула полы накидки, заворачиваясь в нее, как в кокон.

Небо разразилось оглушительным грохотом, и вспышка алой молнии пронзила черные тучи.

Демоницы хором пели на незнакомом мне языке, плясали вокруг разгорающегося костра, а некоторые из них тянули в круг мужчин. Вскоре многие разделились на пары: кто-то уединился за каменными стенами, остальные же остались на площади. Отовсюду звучал смех, и он становился все громче, когда в разговор вовлекались другие.

Слуги в сером неприметными тенями сновали от стола к столу, расставляли объемные блюда с прожаренными тушами, похожими на поросят. Следом на тележках привезли три бочки с кранами, а несколько кувшинов выставили на столы рядом с блюдами.

Люди, сделав свою работу, спешили прочь с площади, едва не спотыкаясь о длинные полы накидок. Они не поднимали голов, не смели смотреть на своих хозяев, следом за ними точно такими же тенями тянулись дети. Дети и здесь, среди всеобщего хаоса, называемого праздником, ни на шаг не отходили от своих отцов и матерей.

Когда яства оказались на своих местах, а к бочкам с напитками незамедлительно припали веселящиеся демоны, я увидела, как с площади выбежал последний слуга и запер высокие кованные ворота. На засов.

Я напряженно всмотрелась вдаль. И впрямь засов. Мне не показалось. Машинально придвинулась к Риддлу, почувствовав себя неуютно. Почему нас заперли? Что-то мне подсказывает, что если люди хотят избавиться от своих хозяев, то сейчас самое время: все в сборе, кроме тех нескольких Безликих, что сторожат у ворот на плато.

– Вы доверяете своим слугам? – спросила я, наклонившись над столом так, чтобы заглянуть под капюшон лорда. – Они заперли ворота, я видела!

– Они сделали это для собственной безопасности, – засмеялся кто-то сзади, и я вздрогнула, обернувшись. Роскошная женщина с томным взглядом прижалась к спине Риддла, погладила его плечи, но смотрела прямо на меня. – Миленькая… Кто ты?

Лорд одним движением отстранил от себя приставучую демоницу, но только лишь затем, чтобы усадить ее на колени к Шерону. Ни Шерон, ни женщина не сопротивлялись.

– Анкари Блэйрор, – представил меня лорд, а вот мне имя незнакомки не назвал.

Я кивнула демонице, стараясь не пялиться на все, что было ниже ее подбородка, и отметила про себя, как в ее глазах мелькнуло что-то нехорошее. Не отвращение, не злость, а что-то совсем другое, незнакомое мне. Похожее на… зависть?

– Девочка из-за завесы, – печально произнесла брюнетка, и я вновь поежилась. Так меня называли в Костиндоре, добавляя еще несколько неприятных слов. Но в голосе этой женщины слышался интерес, не более того. – Каково там, по ту сторону?

– Жарко, – отозвалась я. – И холодно. По-разному, в зависимости от времени года.

– Не приставай к гостье, – попросил ее Шерон.

Я резко отвернулась, когда его правая рука скользнула под набедренную повязку демоницы и та кокетливо засмеялась.

– Равенна, – наконец представил ее лорд, обернувшись ко мне. – Племянница Даламара, будущая правительница западного края. Завтра ее инициация – она ждала моего возвращения все эти годы. Ты можешь поприсутствовать, если захочешь.

Я проглотила радостное восклицание, что мы с ней, получается, родственницы, и кивнула.

– Было бы интересно, – прошептала я, в ужасе понимая, что почти невинные ласки буквально в паре шагов от меня превращаются в нечто большее прямо сейчас. И, самое пугающее – они никого не смущали, не привлекали ничье внимание, и Шерон с Равенной вовсе не стыдились! Могли бы уйти в комнаты…

– Выпьешь? – Накидка лорда всколыхнулась, когда он поднял один из кувшинов.

Пить я не собиралась, но, слыша стоны, заставляющие нервничать, закивала. Кружки Риддл не предложил – не было. Вместе этого передо мной встал кувшин, полный хмельного напитка, судя по запаху.

Напиток оказался горьковатым и терпким, я без труда узнала в составе полынь и корень дурмана. Никогда бы не подумала, что из этих растений можно сварить что-то пьянящее, но не отравляющее. Такому рецепту меня бабушка не учила.

Я закашлялась, отпив всего несколько глотков. Блюдо с мясом поплыло перед глазами, и Риддл