Целительница из Костиндора - Теона Рэй

– Анкари? – Негромкий голос Риддла вырвал меня из размышлений.

Я растерянно захлопала глазами. У меня было множество воспоминаний, когда я, рискуя собой, спасала других. Это ли не признак человечности? Может быть, человека во мне гораздо больше, чем демона?

– Я ничуть на вас не похожа, – пробормотала я, поднимаясь на ноги. – И мне здесь не место. Я не должна была бросать свою деревню только потому, что мне не хватило смелости рассказать им правду о Кузьме, о Верке… Всего два человека повлияли на мою судьбу, а я как полная дура сдалась. Одного убила, второго оставила – Веркина жизнь все равно скоро закончится. Шерон привязал ее к себе, а с собой не забрал. Я позволила соседям измываться надо мной, не потрудившись даже попробовать объясниться.

– Ты и правда решила вернуться?

– Да. Немного позже. Сейчас я хочу выяснить отношения с родителями, познакомиться с родней, а потом со спокойным сердцем уйду. Мне все это время не давала покоя недосказанность между мной и мамой. И отцом, конечно. Я не могу и дальше пребывать в неведении. Отведи меня к ним, пожалуйста.

Риддл кивнул. Дотянулся до накидки и, облачившись в нее, встал.

– Твои родители скоро приедут, – говорил лорд, быстро шагая по туннелю. Я едва поспевала за ним. – Отвезти тебя к ним я, конечно, не могу – в этом нет смысла, но представлю вас друг другу, когда они вернутся. Сейчас идет подготовка к инициации Равенны, и ты должна присутствовать на ней, если хочешь встретиться с матерью сразу, как только она явится.

– Там будет что-то жуткое? Жертвоприношение, убийство?

Риддл усмехнулся.

– В каком-то смысле.

Мы спустились по лестнице на плато. Судя по тому как много времени мы с Риддлом провели в моей спальне, уже наступило утро, и я ожидала, что праздник давно закончился, но нет. С площади все еще доносилась музыка, звуки драки, крики.

«Дикари. Демоны не лучше дикарей. Для меня здесь места нет». Я продолжала убеждать себя, что вернуться в деревню – лучшее решение. Надо же, всего день понадобился, чтобы это понять! А Риддл давал мне седмицу.

Неделю, точнее. И откуда только в их речи такие странные слова?..

– Сюда. – Лорд взял меня под руку, и мы свернули через арку в темный проход, где оказалось тепло и влажно.

Наши шаги эхом отражались от стен, но их заглушал шум, доносящийся из другого конца туннеля, – такой же, как на празднике: смех и крики. Разве что никаких сладострастных стонов, поначалу вызывавших во мне оцепенение, не слышалось.

Я ожидала, что мы окажемся в гроте, но мы внезапно вышли на отвесную скалу, внизу которой бушевало и плевалось огнем лавовое море, простирающееся до самого горизонта.

– Ох, черт! – Я испуганно отшатнулась от края, хотя Риддл не дал бы мне упасть. – Что это?

– Место, где все началось. Отсюда в этот мир пришли наши предки, а теперь мы здесь просим помощи и сил у прародителя.

Повсюду были демоны: они сидели и стояли на выступах в скале, выше и ниже выхода из туннеля. Некоторые собрались в кучки на пятачке справа от нас, докуда можно было пройти только по узкой тропе. Одетые, что меня несказанно обрадовало. Безликие в черном и с затянутыми туманом лицами безмолвными тенями бродили по этой тропе вперед-назад и методично постукивали посохами по камню.

Я, загибая пальцы, шепотом считала их: один, два, три… семь. Семь Безликих здесь, восьмой – Риддл, а еще двое, мои отец и мать, сейчас должны быть где-то на пути домой.

– Вас всего десять? – спросила я, неотступно следуя за Риддлом по тропинке вдоль скалы в противоположную от Безликих сторону.

– Вскоре будет одиннадцать, если все пройдет хорошо. Совет не должен быть большим, иначе до переворота недалеко. Сместить меня с поста верховного мечтает каждый второй. – Лорд усмехнулся и подал мне руку, чтобы помочь перепрыгнуть через расщелину.

Я удивленно округлила глаза. Что значит «мечтает сместить?»

– И вы что же, ничего не собираетесь с этим делать?!

Риддл обернулся ко мне так резко, что я невольно отпрянула. Он наклонился и спросил, смеясь:

– Мы только что предавались самым развратным ласкам, какие только можно представить, но ты продолжаешь обращаться ко мне на «вы». Почему?

– Простите… Прости. – Я непроизвольно поморщилась. – Забылась, только и всего.

– Не думал, что я настолько плох, – негромко хохотнул он и продолжил путь.

Мы поднимались все выше и выше, как я заметила – на другой пятачок, где нас уже кто-то ждал.

– Мне не с кем тебя сравнить.

– Это я понял еще в гроте. Давай, иди сюда.

Лорд остановился у первой высокой ступени и придержал меня за талию, пока я на нее залезала. Объемная накидка мешала, в ней запутывались ноги, а в длинных рукавах – руки.

Наверху обнаружилась Равенна. Бледная как мел – я заметила это несмотря на то, что ее кожа и так была белее молока. Женщина сидела у самого обрыва и, прижимая колени к груди, смотрела на кипящую лаву. Лютый ужас в ее глазах был неподдельным. Я видела ее всего однажды – вчера, пьяную и веселую, готовую отдаться кому угодно на любой скамейке, и думала, что этой демонице все нипочем. Она показалась мне легкомысленной и бесстрашной, и уже с ней я сравнивала всех остальных демониц. Решила даже, что женщины по эту сторону завесы сплошь безумные.

Но теперь, видя, как дрожит ее подбородок, а большие карие глаза наполняются слезами, я засомневалась.

Равенна услышала нас и вскочила на ноги.

– Готова? – безучастно спросил Риддл, обходя ее по дуге.

– Н-нет, мой лорд. – Равенна всхлипнула. – Мне нужно еще немного времени. Я… Я боюсь. Что, если ничего не получится? Что, если меня не примут?

– Тогда ты умрешь, – ответил лорд все тем же пустым голосом, и он пробрал даже меня.

Я отошла в сторонку и замерла у камня, который наверняка упал на этот пятачок сверху во время землетрясения. Буду наблюдать отсюда, и… Я заметила здесь еще один проход в скале. Не стала спрашивать о нем у Риддла прямо сейчас, но