Сюрприз на Рождество - Мэри Бэлоу

– Джек! – В ее глазах стоял ужас. – Мы не можем этого сделать. Ты же знаешь, так не бывает. Мы такие разные.

Джек поцеловал ее и молчал дольше, чем намеревался. Он старательно подбирал слова.

– Размышляю, что сказать Жаклин, – произнес он. – Ты величайшая актриса из всех, кого я видел, Красотка. Думаю, что понимал это и девять лет назад. Меня пугала мысль о твоей независимости и о том, что я больше не понадоблюсь тебе.

– Джек… – начала Изабелла, но его пальцы прижались к ее губам.

– Я не знал, как бороться с ревностью, – продолжал он. – Я убеждал себя, что внимание мужчин – это жертва, которую я должен принести. Я был молод, влюблен и неопытен. Сейчас я понимаю, как важно для тебя признание, и не попрошу тебя оставить сцену.

– У тебя никогда не появится…

Но его пальцы остановили ее вновь.

– Нет, появится. Я видел, как сильно ты любишь своих детей, Красотка. Нет и признака того, что ты пренебрегаешь ими или они страдают из-за того, что твое время поделено между ними и театром. За прошедшие годы я стал мудрее. Понимаю, что невозможно постоянно находиться рядом друг с другом. Любимому человеку нужно верить и ждать, что он отплатит тебе тем же. Позволь мне попытаться.

– О Джек! – В ее глазах блестели слезы. – Я была такой глупой. Я любила и мечтала о тебе, но когда поняла истинную суть наших отношений – задолго до того как ты назвал меня бранным словом, – попыталась бежать от тебя. Я умирала от страха, представляя, как теряю тебя, поэтому не позволяла себе доверять тебе. Я специально задерживалась после представлений, чтобы не показывать, как стремлюсь увидеться с тобой. Я заставляла себя принимать приглашения на ужин от других джентльменов, чтобы доказать, что ты не единственный привлекательный мужчина. А когда ты рассердился, начал оскорблять меня, то я решила, что не ошиблась на твой счет.

– Мы составляли пару круглых идиотов, – заключил Джек.

– В тот момент я начала подозревать, что жду ребенка, – сказала Изабелла, вновь закрыв глаза и положив голову ему на грудь. – Я не знала, как ты воспримешь эту новость, и убежала, украв у тебя возможность решить, хочешь ты Жаклин или нет.

Джек приподнял ее голову и заглянул в глаза.

– Думаю, нам нужно простить друг друга, Красотка, – произнес он. – Сможем мы это сделать?

Она кивнула, сдерживая слезы.

– Мы соединим наши жизни, – продолжал Джек. – Будем вместе, заключим брак, вырастим двоих детей. Я буду отцом им обоим, Красотка:

– Марсель…

– Им обоим, – повторил он. – Надеюсь, ты подаришь мне ещё одного или двоих?

– Джек, – ласково поинтересовалась Изабелла, – как это стало возможным?

– Пришло Рождество, – улыбнулся он. – А на Рождество все возможно.

– Но Рождество скоро пройдет.

– И опять наступит в следующем году, через год и будет приходить каждый год. К тому же почему ты думаешь, что я не сумею удержать рождественскую Красотку на весь год?

– Кого? – переспросила она. – Ужасный каламбур, Джек,

Он усмехнулся.

– Мне он показался складным, – заметил он.

– В следующий раз ты придумаешь что-нибудь более затейливое.

– Красотка. – Джек потерся своим носом о ее. – Ты выйдешь за меня замуж? Только не забудь, что, пока не дашь согласия, останешься в постели.

Изабелла шумно вздохнула.

– Я согласна стать твоей женой, Джек, – ответила она. – Я любила тебя десять лет, а за прошедшую неделю чувства стали даже ярче. Как я могу сказать «нет»?

Он обвил ее руками.

– Я забыл о своем обещании, – прошептал он. – Я не выпущу тебя из постели, даже когда ты скажешь «да».

Они рассмеялись. Неожиданно Джек отпустил ее и передвинулся к краю кровати.

– Я вспомнил. Есть еще одна важная вещь, Красотка. Не возражай! Хочу стать тираном подобно моему дедушке. Даю тебе полчаса.

– Полчаса? – пораженно воскликнула она.

– Чтобы одеться и пойти на бал.

– О нет! Джек, я не…

– Двадцать девять с половиной минут. Ты должна справиться, Красотка, значит, справишься. Ты прекрасно выглядишь, любимая.

Изабелла сидела рядом с ним – обнаженная и прекрасная.

– Так нужно, верно? – спросила она.

* * *

Бал продолжался уже больше часа. На всех лицах не было „и тени неудовольствия, хотя кое-кто перешептывался.

Джулиана и ее родные еще не уехали. Она танцевала с Фитцем. Если кто-то знал истинную причину ее разрыва с Джеком, то мог заметить страстные взгляды, которыми танцующие обменивались между собой. Но пока никто ничего точно не знал, ведь Джек все не появлялся и объявления о помолвке не последовало.

Все обсуждали, почему Джек задерживается, и предполагали, что он слишком смущен, чтобы спуститься в залу.

И все сожалели, что графиня устала и не придет. Рождественский бал мог стать незабываемым событием при условии, что все приглашенные соберутся вместе.

– Возможно… – проговорила Энн, глядя на Алекса. Муж притянул ее к себе и ответил:

– Боюсь, ты слишком романтична, любимая. Неожиданно все посмотрели на дверь. Там стоял Джек в красивом голубом костюме, отделанном серебром, держа за руку Изабеллу, одетую в блестящее шелковое голубое платье.

Джек обвел глазами присутствующих и заметил свою мать. По счастливой случайности она стояла рядом со своими родителями.

– Предлагаю пари, любимая, – сказал он. – Ставлю пять фунтов на то, что их первые слова будут о моем небывалом везении.

– Мне никогда не было так трудно, даже когда я выходила на сцену, – призналась она, проходя через комнату с соблазнительной улыбкой, из-за которой раньше ему хотелось убить окружающих от ревности.

– Мама, бабушка, дедушка. – Джек с достоинством поклонился, позволив Красотке сделать реверанс. К счастью, музыка и танцы отвлекли остальных от происходящего. Было бы некрасиво делать объявление этим вечером. – Представляю вам мать моей дочери, мою возлюбленную и будущую жену.

– О Джек! – Его мать достала носовой платок. – Дорогой мальчик, дорогая графиня!

– Думаю, он больше не мальчик, – проговорила бабушка. – Все неоправданно запоздало на девять лет.

Герцог захрипел и мрачно насупился.

– Добрый вечер, дорогая графиня, – проскрипел он, – Все, что я могу сказать тебе, Джек, так это то, что тебе невероятно повезло.

Джек и Изабелла переглянулись, а потом восторженно улыбнулись друг другу, подобно остальным членам семьи, не скрывая больше свою любовь. Они представляли, какой неожиданный сюрприз преподнесут остальным через день или два.