Предел скорости - Тери Нова

Поцелуй, начавшийся с осторожной ласки губ и языка, стал глубже, а объятия, в которых парень сжимал мое тело, усилились, от чего ноги подкосились. Я обняла Майкла за шею, удерживая равновесие. Теперь между нами не проскользнула бы ни одна молекула.

Тягучая боль зародилась внизу живота и струной натянулась до самого лона. В попытке облегчить это давление обернула ногу вокруг бедра парня и прислонилась к нему, качнув тазом.

– Господи, Сью, – рыкнул Майкл, проскользив руками вниз по моей спине до ягодиц и с легкостью поднимая меня вверх. Я обернула ноги вокруг его торса, пока парень разворачивался, усаживая меня на стол, попутно сметая с него все, что мешалось. Я отпустила шею Майкла и скользнула вспотевшими ладонями под его футболку, трогая кончиками пальцев твердый пресс и поднимаясь по изгибу мышц выше к груди.

– Сними ее, – потянула футболку выше, дважды просить не пришлось. Не отступая, Майкл качнулся назад, стягивая тонкую ткань и бросая ее рядом, на стол. Все это время я не разжимала ног вокруг него, от чего трение эрекции приходилось прямо на то место, которое отчаянно в нем нуждалось. Застонала, снова притягивая губы парня к своим и запуская пальцы в его волосы. В агонии желания я потянула за них, из-за чего грозный рокот завибрировал в твердой мужской груди. Он опустил губы на мою шею и стал осыпать ее поцелуями во всех местах, до которых мог дотянуться, прикусывая зубами. Уверена, наутро на моей бледной коже останутся синяки, но сейчас было плевать, ведь каждый укус сменялся поцелуем и нежным движением языка, смешивая удовольствие и боль в один хрупкий флакон совершенного блаженства.

– Майкл! – взмолилась, когда губы парня опустились ниже и обхватили возбужденный сосок прямо через шелковую ткань. Костюм не предусматривал белья, и тонкая преграда, отделяющая губы парня от твердой вершины моей груди, промокла насквозь, охлаждая разгоряченную кожу.

Майкл поднял глаза, спрашивая разрешения, и я кивнула, полностью отдаваясь его власти. Он стянул верх моего боди и снова опустил рот к груди, обводя языком сосок, захватив второй и перекатывая его между пальцами, слегка сжимая. Я закричала, не в силах сдержать наплыв ощущений внутри себя, этот парень действительно знал, что делал. Спина выгнулась, давая ему лучший доступ, а голова запрокинулась назад.

И тут я увидела это. Стеклянный потолок обнажал сияющее ночное небо, усыпанное мириадами звезд. Они мерцали ярче, чем когда-либо прежде, подобно взрывным искрам, с первой встречи проскакивающим между нашими телами. Сколько людей во всем мире сейчас смотрели на них так же, как я, испытывая при этом величайшее из чувств? Я принимала все, что Майкл отдавал моему телу, до самой последней капли. И видела эти звезды даже когда закрывала глаза. Чистый бескрайний космос, в котором только мы.

– Пожалуйста, – простонала, нашаривая руками пояс его комбинезона и расстегивая первую пуговицу.

– Все, что пожелаешь, милая, – задыхаясь, выпалил парень, при этом помогая мне стянуть с себя остатки моего боди и накидку. Теперь я сидела перед ним полностью обнаженная, за исключением рук и ног, увитых искусственными растениями, которые Элли с девочками целых три часа приклеивали на мое тело, и пары босоножек, таких неподходящих для погоды за окном.

Майк сделал паузу, поймав мой взгляд расширенными зрачками, я кивнула на бессловесный вопрос, и он потянулся в карман комбинезона, вытаскивая презерватив, вскрывая пакетик зубами, одновременно с этим одной рукой обнажая свой член.

Не то чтобы часто об этом думала, хотя в последнее время довольно часто, но увиденное превзошло все мои ожидания, не в обиду другим парням, с которыми имела дело. Однажды Стелла брякнула, что знает, почему греческие статуи, имея такое тело, как у Майкла, награждены крошечными приборами. Если бы все их изображали вот так, женщины в музеях падали бы в обморок. Тогда я рассмеялась, но сейчас лишь сглотнула внезапно образовавшуюся слюну.

Парень раскатал презерватив, придвигаясь ближе и проверяя мою готовность пальцами. Мои щеки вспыхнули, когда поняла, насколько мокрой стала за эти несколько минут. Он ввел в меня сразу два пальца и ритмично стал двигать ими, вынимая и снова погружая, издавая при этом чертовски влажные звуки.

– Пресвятая Дева, ты такая мокрая, – зарычал Майкл, снова прижимаясь губами к моим.

– Я бы предпочла свое настоящее имя, – выпалила сквозь поцелуи.

Он хохотнул, и я тоже. Но смех закончился громким стоном, когда пальцы сменились чем-то гораздо более мощным, растягивающим меня изнутри.

– Да ты у нас шутница, – поддразнил парень, не прерывая поцелуев и медленно качая бедрами, удерживая ровный ритм.

– Быстрее, – бесстыдно умоляла я, подаваясь навстречу.

Майкл ускорился, качая тазом, его руки обхватили меня сильнее, двигая мои бедра навстречу его твердым толчкам, ощущения в теле стали настолько приятными, что я взорвалась буквально сразу же, не успев осознать происходящее. Мое тело трясло, я чувствовала, как внутренние стенки сокращаются, сжимая член парня еще сильней, а пальцы впиваются в его твердую спину. Кажется, я снова кричала какую-то брань, от чего Майкл рассмеялся, простонав, и еще больше увеличил темп, прижав большой палец к месту, где мы соединялись. Он уткнулся головой мне в шею, яростно толкаясь.

Это продолжалось, наверно, целую вечность, ведь я абсолютно забыла, какой сейчас год. Мы все еще в пределах Солнечной системы?

Новая волна наслаждения накатила так неожиданно и мощно, что я оторвала руки от парня, вцепившись в край стола и царапая его поверхность. Майкл уткнулся лицом в мою шею, с громким стоном прижимая меня к деревянной опоре, я почувствовала пульсацию внутри себя ровно в тот момент, когда второй оргазм накрыл меня с головой. Уши заложило, а кончики пальцев ног онемели. Это было что-то, не сравнимое ни с чем и не нуждающееся в описании, поэтому я просто распахнула глаза, уставившись в звездное небо с блаженной улыбкой.

Парень продолжал осыпать поцелуями мое лицо, тяжело дыша. Наверно, в этот самый момент, когда наши глаза встретились после дикого слияния тел, я поняла, что люблю Майкла Андерса, человека, который прячет себя настоящего, заботливого и уникального, от всех, кроме меня.

Я не успела озвучить эту мысль, потому что вдруг раздался оглушительный сигнал пожарной тревоги, и с улицы послышались крики.

Глава 23

Майкл

Пребывая на пике ощущений, я смотрел, как обнаженное тело Сьюзан борется с остатками удовольствия. В уголках ее глаз выступили слезы, отчего серый оттенок стал ярче и прозрачней. Она смотрела в ночное небо, будто там были ответы на все ее вопросы. Я впитывал каждый стон, срывавшийся с покусанных губ, и каждую метаморфозу на раскрасневшемся лице.