Последняя из Танов - Лорен Хо

– Отстань, зануда, – сказала я, поворачиваясь в кресле, чтобы окинуть Суреша сердитым взглядом и оторваться от не совсем приличного созерцания. – Тебе что, своих проблем с женщинами не хватает?

Они с Анушей все еще спорили насчет бесплатного поместья. Чертовы избалованные богачи.

Суреш ухмыльнулся.

– Точно. Кстати, скверные новости. Я только что наткнулся на Мона в кладовке.

– Чего он хотел?

– Кажется, нам обоим завтра придется лететь вместо него в Люксембург. Помнишь тот отчет по результатам проверки, который Лех тебе присылал на прошлой неделе, – тот, после которого ты заедала стресс мармеладными мишками?

– Хм-м, – отозвалась я. Я часто ем мармеладных мишек, и не только в стрессовых ситуациях.

– «Санггух Кэпитал» хотят, чтобы мы занялись проблемой, обнаруженной люксембургскими юристами в их отчете по люксембургской холд ко, принадлежащей «ВизВэр».

«Санггух» инвестировали в какую-то новую технологию с сельскохозяйственными дронами, которую использовали на испанских и португальских фермах, под названием «ВизВэр». А люксембургская холдинговая компания (сокращенно «холд ко» на юридическом сленге) имела очень соблазнительную (если вас заводит тема налогообложения), собственно, холдинговую структуру с полностью легальной оптимизацией налогов. Это было масштабное поглощение, и Суреш тоже работал над этой сделкой, правда, ха-ха, а я в ней была старшим юристом. Ха-ха-ха.

– И почему Мон никогда не заходит к нам просто так, с интересным фактом или с шуткой «тук-тук, кто там»? – пробормотала я.

– Он бы тогда не был тем Моном, которого мы знаем и любим.

Я вздохнула.

– Мне ли не знать. Но почему нам лично нужно туда лететь? Дело же просто в небольшой задержке публикации финансовой отчетности. Судя по всему, мы этот вопрос можем решить по телефону.

Суреш пожал плечами.

– Инвестиционный комитет хочет, чтобы мы прилетели на встречу с люксембургскими юристами. И провели собственную, неформальную проверку. К тому же Тристан Лэнгфорд-Бауэр, который покрывает Сингапур в нашем лондонском офисе, тоже будет там и поможет с этим поглощением. Он отлично разбирается в люксембургских холдингах и налогообложении, и так как он все равно туда едет на какую-то конференцию, решил нам заодно помочь. Так что мы летим в Люксем– бург!

– Фу. Это же так далеко.

– Да, но клиент пообещал нам крутую гостиницу и перелет бизнес-классом.

Я победно вытянула вверх кулак.

– Мы летим в Люксембург!

Суреш похлопал меня по спине.

– Не переживай, у нас там из развлечений будет не только работа. Нам еще придется пойти с ним на презентацию и гала-ужин, потому что Лэнгфорд-Бауэр считает, что представители сингапурского офиса должны там присутствовать, знакомиться, бла-бла, там будут всякие богачи, бла.

Я закатила глаза.

– Звучит весело.

– С нетерпением жду нашего совместного путешествия, чтобы вызнать все твои слабости и впоследствии использовать, – сказал Суреш, не выдавая мимикой никаких эмоций.

– Аналогично, – отреагировала я, приосанившись, чтобы выглядеть более устрашающе. В боевом, а не сексуальном смысле.

Итак, Люксембург. Страна холмов и средневековой брусчатки, фермеров и компаний по управлению активами, пино гри и отличной свинины. Ну, и Суреш там тоже будет, в этом же нет ничего плохого?

Глава 26

Вторник, 3 мая

12:16. Ужасное начало командировки. Чуть не опоздала на самолет, потому что пришлось накраситься перед встречей с Сурешем в эту несусветную рань.

К слову, о несусветной рани – почему вообще люди используют это выражение? Каждый час протекает на этом свете. Для всех, кто еще не отправился на тот.

Успела в аэропорт, когда до закрытия регистрации оставались считаные минуты, но зато я выгляжу великолепно (ради себя самой, конечно же, а не потому, что лечу с Сурешем). Прошла контроль и стала лихорадочно писать СМС Сурешу, делая вид, будто я тут уже час. Но не сработало. Видимо, этот чудик уже здесь два часа – шатается по дьюти-фри, предусмотрительно покупая ананасовое печенье и чай компании TWG для предстоящей поездки.

Как будто наших клиентов – этих глистов, поклоняющихся Саурону, – можно задобрить ананасовыми печеньками.

Единственное, что понимают глисты, это… Хм-м. Я не думаю, что глисты вообще что-либо понимают. Ну, единственное, чем они руководствуются в жизни, это…

Да чем они вообще руководствуются?

12:25. Я теперь осведомлена обо всех типах кишечных паразитов, которые только бывают у человека, и как они попадают в организм.

12:27. Как бы заставить Женевьеву попить болотной водицы? И как заранее убедиться, что в этом глотке будут содержаться яйца трематод?

12:33. Как бы разжиться озерной водой с гвинейскими гельминтами? Они прямо-таки «Ламборгини» среди паразитов.

12:36. Приятные фантазии о гвинейских гельминтах, торчащих из тела визжащей от ужаса Женевьевы, прервались из-за настойчивой вибрации моего телефона. Это Суреш интересовался, в какой части дьюти-фри я нахожусь. Я вдруг осознала, что со времени прохождения контроля продвинулась метра на три с половиной, не больше. Черт. Я в десяти минутах от выхода на посадку, и он закрывается через семь.

12:40. Забежала в аптеку и купила упаковку «Зентела». Моя мама, дай ей Бог здоровья, была права в данном случае – лучше убить всех паразитов.

12:43. Прибежала в последнюю минуту, когда выход на посадку уже закрывали. Триумфально улыбнулась Сурешу, дефилируя в бизнес-класс самолета – я выглядела свежо и безупречно, поспав на целых два часа дольше, чем этот неудачник.

12:45. Черт. Только что посмотрела на ноги и поняла, что в спешке перед выходом в аэропорт нацепила балетки разных цветов и РАЗНЫХ МОДЕЛЕЙ.

Также я выронила упаковку «Зентела» на глазах Суреша, который сидит через проход, когда в панике наклонилась поставить сумку так, чтобы загородить ступни с разными балетками. Коробка вывалилась в проход, и название лекарства на ней было явно различимо.

– Все хорошо? – спросил Суреш, изображая озабоченность, когда я попыталась подобрать коробочку как ни в чем не бывало.

– Я просто предусмотрительна: европейцы пьют воду из-под крана не кипятя.

– Дикари, – отозвался он с непроницаемым лицом. – Слава богу, можно быть уверенным, что нам сто процентов времени будут подавать минеральную воду.

– Некипяченая минеральная вода ничем не лучше. Посмотрим, кто будет смеяться последним, когда ты проглотишь яйца паразитов, – ответила я. Я не стала говорить, откуда эти яйца возьмутся, но думаю, что мне удастся раздобыть немного болотной воды, когда окажусь в очередной раз в Малайзии.

10:00. И наконец мы в аэропорту Люксембурга после пересадки в Цюрихе.

– Просыпайся, слабак, – сказала я, пихнув локтем Суреша, который дернулся