Приметы любви - Эмилия Остен

В комнате установилась звенящая тишина, нарушаемая только редким тиканьем минутной стрелки ходиков на стене. Пэт заворожено смотрела на сестру, узнавая и не узнавая ее. «Лиззи Беккет, ты ли это?» — беззвучно шептали ее губы. Однако вскоре Патриция опомнилась. Права ли, нет ли Элизабет насчет причин своего состояния и насчет Эдвина Лоуэлла, прежде окончания расследования, предпринятого Робертом, никто ничего не должен узнать.

— Будешь сидеть в своей комнате и ждать, — в голосе Пэт прибавилось жесткости. Эта маленькая рыжая девочка взрослела не по дням, а по часам. — Я буду сообщать тебе все новости, когда они, как я надеюсь, появятся. И постараюсь не пускать к тебе Элис с Ребеккой. Если почувствуешь себя лучше и сможешь не показывать, что у тебя на душе, сойди вниз — меньше поводов для подозрений возникнет. Поняла?

Лиззи молча кивнула, благодарная небесам, а равно и Пэт, даже не попытавшейся ее укорять или тем паче проклинать за недостойное леди поведение.

— Я тебя не заслуживаю, сестренка, — прошептала Лиз, глядя на закрывшуюся за Патрицией дверь.

* * *

В хмурый рассветный час от станции Саутгемптона в сторону гостиницы двигались три человека. Один — бодрой трусцой, размахивая руками и что-то оживленно рассказывая. Второй — семеня ножками и неловко пыхтя. Третий — держа второго под руку и заливисто хохоча. Немного опустевший в связи с отъездом курортников, но все равно оживленный из-за то и дело причаливающих кораблей городок принял их дружелюбно — троица выглядела вполне платежеспособной, остановиться могла как на день, так и на полгода, поэтому упускать их было бы жалко.

И так как редкие прохожие охотно давали нужные разъяснения, почту, подходящий отель и ресторан с ранним завтраком Роберт Вуд, Артур и Кэролайн Джайлз нашли без особого труда.

Когда тосты были съедены до последней крошки, а чашечки с кофе немного подзадержались, усталости удалось поймать путешественников в свои мягкие, но настойчивые лапки.

Кэролайн прикрыла глаза, борясь с желанием долго и болезненно тереть их кулаками.

— Если бы мне удалось побывать в Чичестере просто так, не озадачиваясь поиском конкретного человека, я бы с удовольствием побродила по самому городу. У них любопытные церкви — дают ощущение покоя, издалека смотрятся так органично, словно стояли на этих местах века, а город возвели вокруг них.

— Частично так оно и происходило, дорогая, — пробормотал Артур, намазывая булочку маслом и пытаясь найти на кремово-бежевом блюде хоть какой-то рисунок.

Именно по утрам па мистера Джайлза накатывало тревожное состояние — аскетичность обстановки наемного жилья острее и острее колола сердце: все было не так, без родного уюта, который дома казался унылым болотом, без навязчивых безделушек, которые можно бесконечно рассматривать, без строгих распоряжении тети… Во что он влип сам и затащил Кэролайн?

— Да, мне тоже показалось, что город перестраивался, а старые здания оставались на своих местах, — согласилась Кэрри, — но как тщательно все это было продумано… Роберт, а почему ты молчишь?

— Устал. И… Вообще-то за прошедшие три дня я порядочно насмотрелся на этот городишко, больше уж точно не хочу. Хорошо, что мы наконец его оставили.

— Но плохо, что мистер Телуар ничего не смог нам подсказать…

— Это и неудивительно. На месте Лоуэлла я бы тоже никогда не обратился за помощью к школьному учителю, пусть и в отставке, — проворчал Артур и достал из сумки записи. — Так, вычеркиваем. А здесь у нас кто? «Алистер М. Джонсон, старый солдат, который с симпатией отнесся к мальчику и взял его под свое попечительство». Роберт, какой запрос ты сделал на почте?

— Я узнал его адрес, поинтересовался, не справлялся ли об этом человеке в последние дни кто-нибудь из приезжих, и пошел догонять вас. Мне обещали прислать мальчишку… А… Вот, вероятно, и он.

— Здорово спрятались, сэр. Мне пришлось обежать пять гостиниц, чтобы вас найти.

Роберт положил в требовательно протянутую ладошку шиллинг и без тени смущения пожал плечами.

— Все приличные гостиницы, включая ту, в которой мы находимся, видны из окон здания почты. Тебе не пришлось сильно трудиться.

— Я думал, вы спешите. А раз так — то могли бы и сказать, где остановитесь, — нахально заявил мальчишка, чем заслужил от Кэрри еще одну монетку.

— Продолжай же! Вы нашли Алистера М. Джонсона?

— Да, это владелец сувенирной лавки, находящейся вот по этому адресу, и… — мальчишка многозначительно замолчал, и Джайлз, начинающий чувствовать себя скаредой, сунул ему в руку третью монетку.

— Ты же что-то еще хотел сказать, так ведь?

— Ну-у… — мальчишка шмыгнул носом и потер его грязной рукой. — Вы интересовались, кто его спрашивал…

— И? — Кэролайн опередила своих спутников, бросив в карман мальчишки еще несколько монет.

— Ну, почтовые работники не знают, кроме одной девушки, сегодня не ее смена, и меня, я в тот день дежурил, и еще доктор был, марки покупал… К Джонсону иногда приезжают любители всяких диковин, многие справляются о нем на почте. Совсем недавно явился один мистер, наглый такой, спросил Джонсона, та девушка назвала адрес, а доктор сказал, что у него, у приезжего, очень плохой цвет лица и ему надо срочно обследоваться, а тот отмахнулся. Я и забыл про них, мало ли чего доктор увидел, он все время за чью-то печень переживает, наши его и не слушают, ясно дело, что велит поменьше пить, но сегодня доктор снова за марками приходил, уже после вас… Я и спросил у него, что с тем типом. А доктор помахал строго пальцем и сказал, что никогда не ошибается и мистер этот сейчас валяется у них в больнице.

— Что за больница? — быстро спросил Роберт. — Название?

Мальчишка осклабился и сгреб все монетки, что Роберт поспешно вывалил из своего кармана.

— Я бы мог предложить вам обойти все ближайшие, но она у нас одна. Называется Университетская больница. Или Королевская, без разницы.

— А фамилия доктора?

— Броуди.

— Ты — очень наблюдательный молодой человек, — проговорила Кэролайн, выдавая мальчишке последнюю монетку и выпроваживая его.

Артур и Роберт уже стояли у дверей, застегнутые на все пуговицы.

— Предлагаю хватать его в больнице, — сказал Вуд, глаза которого горели от нетерпения.

— Все сходится! — поддержал приятеля Артур. — Джонсон — скупщик краденого, которое он потом перепродает по договоренности или в открытую в своей лавке. Лоуэлл нес или уже успел отнести ему каргас, но по счастливой для нас случайности попал в больницу!

— И если мы сейчас придем к Джонсону — тот затаится…

— И перепрячет сокровище, если оно у него, или предупредит Лоуэлла о нашем приезде.

Кэролайн в задумчивости натянула перчатки.

— Мне кажется, вы оба правы, — произнесла она. — Начинать надо с больницы.