Приметы любви - Эмилия Остен

Роберт, находящийся под впечатлением от научных изысканий Рассела, обязался вести антропологические исследования и восстанавливать утерянный словарь наречий. Кэролайн, вступившая с Уоллесом в переписку, занялась вопросами предотвращения тропических лихорадок, потому беспрестанно проверяла сохранность багажа, тревожась за хрупкие ампулы с лекарствами. Она не знала, получится ли подтвердить теорию о снижении смертности от этих заболеваний, но надеялась, что им с Робертом удастся оставить след в истории.

Последнее, о чем спросил ее жених перед венчанием в маленькой церквушке, касалось тревог Кэролайн.

— Уверена ли ты, что сможешь выдержать неблизкий путь, полный физических испытаний, и не опутать меня запретами? Корабли тонут, люди в сельве пропадают без вести, малярия не особенно церемонится с выбором жертв…

— Но я же буду рядом с тобой! Значит, изнывать от бездеятельных волнений мне не придется, — безмятежно ответила Кэролайн, но звезды шаловливо плясали в ее глазах. — Не забывай, это я сама предложила путешествие, потому что не смогла смириться с мыслью, что вечерами придется ожидать твоего возвращения из какого-нибудь клуба.

— Агата умрет от зависти, — пошутил Роберт, целуя пальцы невесты. — Ей даже наша поездка по Британии не давала покоя…

— Ничего, если она, увлеченная столичной светской жизнью, не забудет свои детские мечты, через пару лет мы возьмем ее с собой, например, в Африку, — по-прежнему безмятежно отозвалась Кэролайн.

* * *

В темном полупустом курительном зале звучала тихая музыка.

Три бокала с недопитым бренди грустно ютились на серебряном подносе. Заказавшие его люди безумно, неприлично скучали.

— Как это мерзко, делать уколы дикарям, — время от времени приговаривал один из них, пухлый толстячок, чья шея, несмотря на духоту, была обмотана теплым платком.

— Не лучше, чем всенародно заявлять о своей принадлежности к любителям мальтузианской теории, — ворчал другой, бледный молодой человек с нездоровой кожей. — Подумать только — выживание сильнейших… Какая пошлость!

Третий молчал, лишь поигрывание желваков на скулах выдавало, насколько он сердит.

— Не умничайте, Том, — проворчал сэр Ричард, презрительно кривя губы. — Если бы вы не забивали хорошенькую головку Кэролайн своими учеными бреднями, она бы не поддалась этому новомодному учению.

— Но не я склонил ее к ошибочной теории! Я, да будет вам известно, верен ламаркизму и убежден, что наследуются приобретенные признаки!

— Здесь все свои, Том, — наконец произнес Гарри, — можете не распинаться. Мы все равно ничего не понимаем, кроме того, что наша дорогая и несравненная мисс Джайлз сошла с ума и оставила нас без своего общества…

— Я не понимаю, чего ей не хватало, — Ричард Фленеган развел руками. — Обычная девушка, не то чтоб особой красоты, талантов или ума…

— Ум у девушки? Не смешите, — фыркнул Гарри. — Умом девушки обладают столь же редко, как и здравым смыслом. Случай с урожденной мисс Джайлз — лишнее тому подтверждение.